Чтение онлайн

– Красиво спустилась, - восхищенно продолжал. – Мне повезло, что я увидел это шоу.

– Я ненавижу тебя, - проговорила шутливо и сквозь смех. – Ты специально заказал такую лестницу.

– Конечно. Отлично отбивает желание чрезмерно пить, - поучительно тряс указательным пальцем. – В прямом и переносном…

– Не смешно! Я потом ходила с синяком на щеке.

– Зато в клубы не ходила некоторое время, - удовлетворенно припомнил. – С таким фейсом, фейсконтроль не пройти…

– Иди на фиг, - обиженно бросила, корча печальную гримасу, чем вызвала громкий смех отца.

– Ну всё, не плачь, - встал, отчаянно пытаясь унять смех, и подошел к компактной серой кофемашинке. – Сейчас кофе сообразим.

Сильнее укуталась в одеяло и подавила зевок, наблюдая за папой. Он вопросительно взглянул на Алису, указывая на бутерброды, что приготовил себе на завтрак.

Охотно кивнула и облокотилась на стол, подпирая голову рукой.

Поправив, ранее закатанные, рукава красной рубашки, папа уверенно пошагал к холодильнику и через полминуты, небрежно взвалив на стол нужные ингредиенты, принялся мастерить для дочи бутерброды.

И теперь на его безымянном пальце красовалось широкое кольцо. Ведь не мог нацепить раньше, чтобы она не палилась с информацией, которую знать никак не могла. Эх, папа...

Полусонно наблюдала за старательными движениями папы-повара, думая, что всё-таки рано собралась в офис. Надо было поспать ещё пару часиков. А с другой стороны, с такой философией никогда не получится выдрессировать в себе дисциплину.

За всё это время, папа ни разу не упрекнул её за отношения с Романовым, что всё-таки настораживало - но сто процентов!
– он продолжал тайно протестовать против выбора дочери.

Положила руки на холодную, глянцевую столешницу и замялась, предвкушая колкость последующего вопроса.

– Па… - проследила, как он положил ломтик колбасы на хлеб. – Ну и когда закончится ссылка Романова?

Он ответил недоумевающим взглядом и спокойно отрезал прямоугольный кусочек сыра.

– Ты не можешь вечно держать его в Германии, - продолжала атаку, нервно постукивая пальцами по столу. – А вот я могу легко махнуть за ним.

– Алиса, он решает свои проблемы, - строго ответил, кладя бутерброд на зеленое блюдце. – Решит и вернется. Никто насильно там его не закрывает.

– И твои проблемы заодно, да?

– Так ты собираешься работать на фирме? – беззаботно пропел вопрос, ставя перед ней чашку кофе.

– Лихо и почти незаметно ушел от темы.

Перевела дыхание и обхватила ладонями горячую зеленую чашку.

– На, - поставил перед ней тарелку и нежно, по-отцовски поцеловал в макушку. – Кушай.

На секунду закрыла глаза, наслаждаясь моментом и запечатывая его в памяти.

– А как собираешься… - вернулся за стол и аккуратно притянул к себе чашку кофе. – Разрываться между двумя городами? Фирма-то здесь.

Задумалась, но уже через секунду беззаботно пожала плечами, забрасывая кусочек сыра в рот.

– Может, уговорю Романова…

– Не уговоришь, - четко сказал, провоцируя её на удивленный взгляд. – Он не согласится. Во-первых, там его территория. Во-вторых, хватит уже, побаловалась и возвращайся в город.

– Поскорее расстанься с хахалем и не выдумывай ничего, – нервно перефразировала. – Это ты хотел сказать?

– Да, - нагло подтвердил и беззаботно откусил кусочек бутерброда.

– Так вот почему ты такой спокойный всё это время…

– Я просто искренне надеюсь, что он тебе надоест, и ты уйдешь. Или поймешь, что это за человек.

– И что это значит?

– Он жестокая мразь и ты совершенно его не знаешь, - отчеканил, закрепляя речь глотком кофе. – Закончится ваша недоразвитая версия конфетно-букетного периода, и ты всё поймешь.

С шумом выдохнула, сделала глоток и демонстративно громко вернула чашку на стол.

– Я уже всё поняла, - голос стал на тон выше. – Проблема только в тебе. Ты просто не хочешь, чтобы…

– Моя дочь связала свою жизнь с отпетым бандитом, - продолжил фразу грубым тоном.

– Когда ж ты будешь доволен? – язвительно поинтересовалась. – Бедные не подходят, богатый – тоже не то. А может это вообще не твоё дело?

– Это опасный статус, - бросил в своё слабое оправдание. – Жена бандита.

Сбросила одеяло с плеч, крайне неудобно скандалить в таком виде.

– Мне плевать с каким уровнем жестокости Романов ведет криминальные дела, если эту жестокость он не направляет на меня, - перевела дыхание, внимательно глядя на отца.
– И вообще, не тебе швырять в него булыжник. Ты сделан из такого же криминального теста.

Завершила речь и даже завтракать перехотелось. Показательно отодвинула всю посуду в центр стола.

Папа же спокойно продолжал наслаждаться трапезой, запивая каждый кусок бутерброда глотком кофе. Будто вообще не слышал её или слышал, но не воспринимал всерьез. Мол, кричи-кричи, а решение за мной.

– Да твою ж мать, - выругался, но с такой интонацией словно пожелал спокойной ночи. – Пусть это будет какой-то бизнесмен, бедный бизнесмен или хоть тот же детектив, но не отпетый преступник.

– Любви все статусы покорны.

Папа драматично и беспомощно развел руками и вернулся к завтраку.

Всё-таки невозможно объявить бунтарскую голодовку, когда напротив кто-то наслаждается завтраком. Цокнула языком и одновременно подтянула ближе чашку и тарелку.

– Я тридцатилетняя, бесплодная, странная художница, - спокойно перечисляла, беспечно наслаждаясь вкусом явно дорогой колбасы и запивая напитком. – Отличный набор. Это не значит, что я хватаю первого встречного, но Романов мне нравится… Очень, - бросила на выдохе, будто пытаясь достучаться до более высоких чувств упрямого родителя.
– Что может быть круче? Мы прожжем эту жизнь вдвоем, наслаждаясь друг другом.

– Всё равно это… другой тип мужчин, - странным и напряженным голосом заявил он. – Ты просто не знаешь, как эта хата осталась мне при разводе. И другое имущество. Ты думаешь, твоя мать так просто отдала бы мне такой куш?

Задержала дыхание, и тон его голоса заставил замереть. Исподлобья взглянула, отмечая блеск угрозы в его глазах. Таким обманчиво-спокойным голосом мерзавцы в фильмах обещают убить, если их посмеют ослушаться. Четкая злоба, укутанная в напускную вежливость, уже заставляет кровь немного застыть.