Чтение онлайн

— Ради бога, вы что, хотите получить еще одну пулю? — прошипела она.

Став сбоку от окна, он выглянул в задний двор.

— Проклятье. Никого. Уже сбежал.

Сбросив оцепенение, Софья схватила его за руку и потащила к кровати. Ранение герцога беспокоило ее куда больше, чем бегство неизвестного стрелка.

— Сядьте, ладно? Вы весь в крови.

Он неохотно, не проявляя ни малейшего интереса к своей ране, опустился на край кровати.

— Ничего особенного. Простая царапина.

— Нужно позвать врача. С удивительным для раненого проворством Стефан схватил ее за руку.

— Нет.

— Вы ведете себя как мальчишка. Рану необходимо осмотреть и почистить. Чтобы не было заражения.

— Конечно. И тогда весь Париж узнает, что герцога Хантли подстрелили в номере дочери княгини Марии. Вы этого хотите?

— Никто в Париже не знает, кто я такая.

— Послушайте меня. Обратитесь к врачу, и расследования не избежать. Этого потребуют французские власти.

— По-вашему, расследования не будет, если герцог Хантли истечет кровью в номере парижского отеля?

Его губы дрогнули в усмешке.

— Так легко вы от меня не избавитесь. Мне случалось получать ранения и пострашнее. Не передадите мне сюртук?

Она наклонилась, подняла с пола сюртук и подала Стефану. Пальцы наткнулись на что-то пухлое во внутреннем кармане. Кошелек?

Если бы у нее были эти деньги, она смогла бы выехать из Парижа еще сегодня, не дожидаясь, пока починят колесо. И тем самым отвести беду от Стефана.

— Зачем он вам?

Достав из другого кармана небольшую плоскую флягу, Стефан вернул сюртук Софье.

— Эта штука очистит рану не хуже какого-нибудь костоправа. Не поможете? — Он криво усмехнулся. — Уверяю вас, жжет как черт.

— Хорошо. — Расстроенные чувства лучше всего скрывать за показным гневом. — Подставили себя под пулю, вот и помучьтесь теперь. Заслужили.

Софья плеснула содержимого фляжки на оказавшуюся, к счастью, неглубокой рану. Стефан только моргнул.

— Мой брат выразился бы в таком же немилосердном духе. — Он кивком указал на валявшуюся на полу рубашку. — Оторвите пару полосок. Думаю, повязка получится неплохая.

Она так и сделала. Сложила ткань в несколько раз, наложила на рану и перевязала длинной полоской.

— Вижу, своей драгоценной одеждой вы пожертвовать не пожелали.

— Я обещал купить вам целый гардероб. — Стефан повернул голову и коснулся губами ее щеки. — Конечно, это обещание действительно только при условии, что мне будет позволено срывать одежду с вас.

Она резко выпрямилась, огорченная собственной реакцией на его прикосновение.

— Мой бог, в вас только что стреляли, а вы уже думаете о том, как будете срывать с меня одежду!

— Когда вы рядом, я только об этом и могу думать, — угрюмо, словно признаваясь в постыдной слабости, пробормотал Стефан. — Но вы правы.

Неожиданно для нее он поднялся с кровати и посмотрел в дальнее окно.

— Что вы собираетесь делать? — раздраженно спросила Софья.

— Стрелявший, чтобы заглянуть в комнату, должен был забраться на дерево.

Софья представила, что было бы, попади пуля чуть ниже, и в животе затянулся пульсирующий узел страха.

Удивительно, но мысль о том, что Стефан мог бы лежать сейчас на протертом ковре мертвый, отодвинула все прочие. Она даже не подумала, что злодей, возможно, стал свидетелем жаркой постельной схватки или что пуля предназначалась не герцогу, а ей самой.

— Похоже на то.

— Из чего следует, что выстрел был не случайный. — Стефан пронзил ее сердитым взглядом. — Стреляли, чтобы убить кого-то из нас.

— Да.

— Значит, либо кто-то здесь, в Париже, узнал вас, либо у меня появились враги, о существовании которых я даже не догадывался.

Она в отчаянии заломила руки.

— Вам не нужно было преследовать меня.

— Хватит. Мне надоели ваши игры. Вы расскажете всю правду, — прохрипел он и коротко выругался — в дверь громко постучали, и оба вздрогнули от неожиданности. — Не отвечайте.

— Мадам, — донесся из коридора встревоженный голос управляющего. — Мадам, я слышал выстрел. Вы не ранены?

Софья тихонько прошептала:

— Если я не отвечу, он войдет сам.

Стефан стиснул зубы, сдерживая боль.

— Ладно. Но…

— Что?

— Это должно остаться между нами, — предупредил он. — Не вмешивайте посторонних.

Софья откинула назад растрепанные волосы и направилась к двери.

— Оставайтесь здесь и не шумите, — бросила она.

В дверь снова постучали, громче и настойчивее. Софья открыла ее и вышла в коридор.

— Ну, хватит, — бросила она, принимая властный тон и суровое выражение матери. Перед ней стоял суетливый, невзрачный мужчина с мышиного цвета волосами и печальным, пепельно-серым лицом. — Почему вы колотите в мою дверь? Что случилось?

Управляющий нервно теребил накрахмаленный платок.

— Стреляли… — заикаясь, выдавил он.

— Стреляли?

— Да. Я слышал пистолетный выстрел.

— Ах да, меня что-то разбудило. — Софья покачала головой, задумчиво сдвинула брови и, прищурившись, уставилась на управляющего. — То есть вы хотите сказать, что в отеле завелся сумасшедший, который стреляет в ваших постояльцев?

Управляющий замахал руками и нервно оглянулся, желая убедиться, что коридор пуст и никто не слышит прозвучавших обвинений.

— Нет, мадам. Конечно нет. Это тихий, спокойный отель. Нашим гостям ничто не угрожает.

— Тогда почему кто-то стрелял?

— Я…

На лице несчастного отразился ужас при мысли о том, что покою его гостей может что-то угрожать, и Софья поспешила воспользоваться ситуацией к собственной выгоде.

— Наверное, мне лучше съехать. Не хочу, чтобы меня застрелили в постели.

— Мадам, уверяю вас, никакой опасности нет.

— А как же выстрел, который вы слышали?

— Я ошибся. — Управляющий расправил узкие плечи, счастливо убедив себя, что ничего столь буржуазного под крышей его заведения просто не могло случиться. — Наверное, служанка уронила поднос с чаем.

— Поднос… — Она остановилась, потом взяла управляющего за руку и повела к лестнице, подальше от номера, чтобы ее не услышал Стефан. — Да, конечно. Все это так действует на нервы. Мне понадобится чашка горячего чаю… и побольше сахару.