Свяжи меня
Шрифт:
— Ты разве не знаешь его? — спросила Венера.
Я покачала головой и сделала глоток клюквенного сока.
— Наверное, он один из тех, кто приехал оторваться на выходной.
— О, девочка моя, это Уильям. Он член клуба уже примерно год. Играл с разными Леди, а потом стал встречаться с Каллой.
Я с отвращением наморщила нос.
— Такая внешность и очевидная несостоятельность в выборе Госпожи.
Лайл рассмеялся.
— После всех этих лет ты все еще фукаешь?
— Если бы кошки были шлюшками, она была бы кошкой-шлюхой.
Не будучи никогда ранее в клубе, я обнаружила, что большинство Домин оказались приветливыми и дружелюбными. Точнее, все, кроме Каллы. Когда я только начинала, она тоже являлась новичком. Все пошло хорошо, и меня начали разыскивать те, кто был постоянными посетителями. Вот тогда-то она и начала сходить с ума, и потекло говно. Естественно, что мне хотелось сказать ей, чтобы та отвалила, но она была подружкой владельца, потому пришлось прикусить язык. Но, слава Богу, та в основном работала в выходные, не считая нескольких странных вечеров в будни, так что мы нечасто пересекались.
Венера постучала черными ноготками с металлическим отливом по барной стойке.
— Мне жаль Уильяма. Калла приложила руку, чтобы оставить его вне игры.
— Зачем это? — спросила я.
— Очевидно она желала лайфстайл Д/с (примеч. пер.: Доминант/сабмиссив) отношений вне клуба, но ему это было неинтересно. Так что она попыталась его выжить, сделав так, чтобы ему не с кем стало играть.
— Вот отмороженная, — пробормотала я.
— Можешь повторить. Учитывая насколько близкие отношения у нее с Робертом, никто из персонала к нему не подойдет. Его единственная надежда — найти реальную, а не игровую Госпожу, которая захочет с ним поиграть.
Оглянувшись, снова посмотрела на Уильяма. Забытое ощущение бабочек, которые шевельнулись в животе — я не чувствовала их так долго.
Желание.
Мне никогда не хотелось играть с сабмиссивом просто так. Это всегда было работой… из-за денег. Но пять минут назад он пробудил во мне интерес, и теперь, узнав про его бедственное положение, мне действительно захотелось с ним поиграть. По непонятной причине я чувствовала, что должна отдать дань своим увлечениям, прежде чем покину клуб «1740» и уйду на учительскую стезю.
Глаза Лайла расширились.
— О, девочка, выброси эту идею из своей головы прямо сейчас.
— Какую? — невинно спросила я.
— Ты же подумываешь над тем, чтобы поиграть с ним, да?
— Возможно.
— Хочешь уйти с помпой?
— Сегодня мой последний вечер в «1740». А это значит, что и с Робертом покончено. Я имею в виду, что все равно не смогу попросить у него рекомендаций. — Я снова взглянула на Уильяма. — Почему бы мне не повеселиться напоследок?
— Калла придет через час.
Я подняла брови в сторону Лайла.
— И что?
Он покачал головой.
— Я просто радуюсь, что буду далеко, когда полетят пух и перья.
— Я позабочусь о том, чтобы запереть за собой дверь.
Венера вздохнула.
— Да ладно тебе, Лайл. Посмотри какой он жалкий. С ним никто не играет. Это как секс из жалости.
Он фыркнул.
— Не поощряй ее.
— Будто я смогла бы ее остановить, даже если бы захотела, — отмахнулась Венера.
— Хорошая была бы попытка, — ответила я обоим и одним глотком допила свой сок. А потом встала со стула. — Увидимся позже, ребята.
— Повеселись. И я жажду деталей, — сказала Венера.
— Ой, обязательно все запишу. Для тебя.
Лайл покачал головой.
— Вероятно, она сама все увидит в одиннадцать. В конце концов, новости разлетятся, как горячие пирожки.
Я рассмеялась над заявлением Лайла. Потом танцующей походкой направилась туда, где стоял Уильям.
— Здравствуй, маленький сабмиссив.
Он опустил взгляд.
— Снова здравствуйте, Госпожа.
— Я немного подумала и решила, почему бы мне не поиграть с тобой сегодня?
Не подумав о последствиях, он поднял на меня глаза.
— Правда?
— Ты выглядишь удивленным.
— Просто у меня создалось впечатление, что я тут персона нон-грата.
— Правильное впечатление. Твоя бывшая Госпожа приложила руку, в этом клубе у нее есть кое-какая власть.
Темные глаза Уильяма расширились.
— Тогда почему Вы хотите поиграть со мной?
— Потому что мне нравится вызов. И я люблю злить людей.
Уголки его губ приподнялись, сложившись в улыбку.
— Понятно.
— Я — Госпожа Джульетта.
— Уильям, — ответил он, скользя взглядом к бару. — Мне принести вам что-нибудь выпить?
— Боже, Боже, как формально. Твоя последняя гребаная Госпожа ожидала от тебя этого?
Уильям снова ответил улыбкой:
— Нет, Мэм. Можете винить во всем мое воспитание.
— Не нужно никого винить. Мне все нравится. Образованный мужчина с хорошо подвешенным языком меня заводит.
Что за черт? Я действительно это сказала?
— Рад услужить. — Уильяма впились в меня своими карими глазами.
Они были настолько темно-коричневыми, что казались практически черными. Другой мужчина выглядел бы бездушным, будь у него такой взгляд. Но у него он был переполнен эмоциями — удовольствием, добротой, желанием, сопереживанием и привязанностью. У него такие глаза, в которых можно потеряться.
Я быстро кивнула.
— Так, насчет выпивки…
— Да, Госпожа.
И персонал, и гости могли получить только один напиток, содержащий алкоголь. Трудно соблюдать правило БДР, когда ты не владеешь собой. Я передала Уильяму свою карту служащего, чтобы бармен мог просканировать ее и выдать напиток.
— Мне возьми водку с клюквенным соком. Себе — все, что захочешь.
— Сейчас вернусь.
В ожидании его возвращения я присела на мягкий диван с подушками. И нервно постукивала ногой по полу, а по моей коже побежали мурашки, меня охватило какое-то странное чувство. Интересно, те Домины, которые занимались Темой не из-за денег, чувствовали то же самое, когда находили нового саба?
Уильям вернулся с моей выпивкой. Себе он взял пиво.
— Интересный выбор, — задумчиво произнесла я.