Чтение онлайн

Я отдернул шпингалеты, открыл окно и прокричал.

— Никита! Никита!

Сын Андреева обернулся, выискивая глазами, кто его позвал. Увидев, что это я, он несказанно удивился.

— Ну? Чо тебе?

— Ты не мог бы сейчас зайти ко мне на минутку? — вкрадчиво попросил я. — Я хочу передать тебе кое-что для твоего отца.

— Я в школу спешу, — заявил Никита, и пошел дальше.

— Я дам тебе денег на мороженое, — вдогонку крикнул я.

Никита остановился.

— Правда дашь? — спросил он.

— Правда, — ответил я.

Никита немного подумал.

— Ну, хорошо, сейчас зайду, — сказал он, и направился к моему подъезду.

Я захлопнул окно и бросился в комнату, лихорадочно выискивая какую-нибудь веревку. Мой взгляд упал на валявшийся в углу телефонный шнур. Сойдет. Еще мне нужен полиэтиленовый пакет. Это не проблема. Вон их сколько валяется у стены. Вытряхнув из одного из них старые рубашки, я прошел в прихожую, из которой уже раздавался настойчивый звонок, и открыл дверь. На пороге стоял Никита.

— Ну, давай, чего у тебя там, — бесцеремонно бросил он и поморщился. — Фу-у-у! Как от тебя воняет.

— Пройди, не бойся, — вкрадчиво пригласил его я.

— Чего мне тебя бояться? — усмехнулся он, видимо убежденный в своей абсолютной власти надо мной, и перешагнул через порог.

Я захлопнул входную дверь, провел его из прихожей в комнату, и резкой подсечкой опрокинул на пол. Навалившись на него всем своим телом, я натянул ему на голову полиэтиленовый пакет, закрутил на шее шнур, и изо всех сил стал его стягивать.

Никита отчаянно сопротивлялся. Он хрипел, брыкался, выворачивался, но ничего поделать не мог. Спустя несколько минут все было кончено. Немного побившись в предсмертных конвульсиях, Никита затих.

Я поднялся с пола и вытер со лба пот, мучительно пытаясь отдышаться. Вот так! Так им всем! Теперь будут знать, как надо мной издеваться!

Я почувствовал, как меня начинает пробирать нестерпимая тошнота. Мой желудок буквально выворачивало наизнанку. Все мое тело пронзил холод. Меня трясло. Но вместе с этим я упивался злорадным удовлетворением, вызвавшим в моих мыслях торжественный гул фанфар. Мои губы непроизвольно искривились в садистской усмешке.

"Что ж, — подумал я, — теперь настала пора заняться собой".

Я поднялся с пола, прошел на кухню, взял с подоконника снотворное и водку, после чего вернулся в комнату, и сел на раскладушку. Мои руки и ноги онемели. Голова гудела и кружилась. В глазах плясали звездочки. Сердце заходилось в бешеном ритме.

Отдышавшись, я медленно, одну за другой, выдавил таблетки из пластины, и собрал их в руке. Затем поднес руку ко рту, и в нерешительности остановился. Мне было страшно. Мне не хотелось умирать. Мне мучительно хотелось жить. Но именно жить, а не влачить жалкое существование. А может, все еще образуется? Может, мне все же кто-нибудь поможет? Но кто? Всех, кто мог бы мне помочь, кто был со мною близок, я в разное время от себя оттолкнул. А может, они меня простят? Может, они сжалятся надо мной? Тот же Славик. Ведь мы когда-то, все-таки, дружили. Та же Ира. Я, все-таки, отец ее ребенка.

Я резко помотал головой. Хватит! Хватить плодить пустые иллюзии! Мне никто не поможет. Я не достоин помощи. Я проиграл в этой жизни. Проиграл все. Нужно набраться мужества, и достойно, по-мужски, принять это поражение.

Мои уставшие, издерганные нервы не выдержали. В глазах защипало. Они повлажнели и наполнились слезами. С ними из моей души вылилось все, что там еще оставалось. С последней их каплей она совершенно опустела, и я почувствовал полное безучастие ко всему, что меня окружало.

Я должен это сделать! Должен! Ведь я не перестану существовать. Моя душа не умрет. Она переселится в какое-нибудь другое тело, и я снова буду жить. Я обрету другую жизнь, другую судьбу. Но для того, чтобы обрести другую жизнь, нужно покончить с этой. Ну, давай! Не бойся! Смелей!

Я глубоко вдохнул, закрыл глаза, резким движением руки забросил таблетки себе в рот, и запил их водкой. Отбросив опустевшую бутылку в сторону, я быстро лег на раскладушку, и накрылся одеялом с головой. Вот и все. Вот я это и сделал. Сейчас я уйду в небытие.

Мое сознание заволок туман. Оно постепенно меркло. Я стал терять ощущение тела. Меня всего вдруг как-то повело и закружило. Все звуки стали отдаляться, пока не исчезли совсем. Я почувствовал, что проваливаюсь в какую-то бездонную пропасть…

Некоторое время я словно пребывал в вакууме. Вокруг меня царили мрак, холод и гнетущая тишина. Затем я ощутил легкую вибрацию. Вибрация сопровождалась звуком, отчасти напоминавшим гул самолета. После этого меня что-то потянуло вверх. Окружавший меня мрак рассеялся, и я снова увидел свою квартиру.

Я поднимался к потолку. Я не ощущал боли. Я не испытывал страха. Я не чувствовал даже волнения. Все это во мне словно перестало существовать. Меня охватили легкость и покой. Я словно пребывал в невесомости. При этом я перестал ощущать себя физически. Я не мог повернуть голову, подвигать рукой или ногой. Потому, что ничего этого у меня не было. У меня вообще не было тела. Я словно превратился в прозрачное облако, в некую энергетическую субстанцию. Я ничего не мог сказать. Но в то же время я мог думать. Я все понимал и осмысливал. Я мог размышлять. Я мог видеть все, что находилось вокруг. При этом в поле моего зрения попадало не только то, что находилось прямо передо мной, но и то, что было сзади, сбоку, вверху, внизу. Я мог одновременно смотреть во все стороны. Я продолжал подниматься вверх, и стоявшая внизу раскладушка, на которой лежало мое накрытое одеялом тело, отдалялась от меня все больше и больше.

Достигнув потолка, я словно прошел сквозь него, и очутился в длинном темном туннеле, в конце которого брезжил яркий свет. Некая неведомая сила потянула меня к нему. Свет постепенно приближался. Соприкоснувшись с ним, я словно в нем растворился. После этого вокруг меня стали постепенно проявляться какие-то очертания. Вскоре я увидел, что стою на лугу среди сочной зеленой травы и разнообразных фруктовых деревьев. Рядом с лугом тек ручей с кристально чистой водой. Такой прозрачной воды мне еще никогда встречать не доводилось. На горизонте виднелись верхушки высоких гор, скрываемые густыми белыми облаками. Воздух просто поражал своей свежестью.

На лугу я был не один. Здесь находилось много других людей. Они были одеты в чистые белые одежды, общались между собой, и выглядели очень счастливыми. От них исходило такое душевное тепло, которое чувствовалось даже на расстоянии. И тут внутри меня словно раздался какой-то взрыв. Я оцепенел. Среди этих людей я увидел свою мать. Она словно помолодела лет на тридцать. Мать улыбалась и что-то весело кому-то говорила. Я сделал шаг вперед, чтобы броситься к ней, но меня остановил чей-то мягкий, приятный голос, раздавшийся сзади.