Сын маминой подруги
Шрифт:
– Да-а, вот раньше, помню, - вздохнул притворно Елисей, потирая лоб и качая головой. – Мелкий, пухлый, такой забавный точно йоркширский терьер. А тут что-то пошло не так и вымахал волкодав.
– Ой, брось, не такой уж большой, - пожал плечами Татошка, вдыхая полной грудью свежий воздух, пропитанный озоном.
От дождя, несмотря на апрель, холодно не было. Наоборот, он принес с собой ощущение весны, пока капли разбивались о ветки деревьев и кустарников, орошая влагой первые появившиеся молодые зеленые листочки. Несколько минут они просто стояли, наслаждаясь этими ощущениями. Елисей даже в какой-то мере пришел к согласию с собой, решив. Что проблемы будет решать по мере их наступления. Например, прибытие нового шеф-повара в понедельник, конкурс, поставки…
– Кстати, а зарплата твоя теперь тоже кастрированная, как должность эта? Помощник помощника шеф-повара – это ж надо придумать, мама – злобный гений, - вновь завел шарманку Татошка, заставляя Лису яростно сжать кулаки, мгновенно взбесившись от очередной подколки.
– У тебя теперь полдня будет триумф самоутверждения за мой счет что ли? – огрызнулся Елисей в ответ, разворачиваясь к выходу и снимая электронную блокировку с дверного замка. – Все никак не успокоишься, обидки детские вымещаешь – надоел уже.
– Да, все, правда, - примирительно потянул Татошка, поднимая руки. – Ты просто так забавно бесишься. Шучу же.
– Ясельная группа, честное слово. И над юмором поработай – он у тебя на три ноги хромой, да еще туберкулезник, - буркнул Канарейкин, входя в полутемный коридор и свет тут же вспыхнул, стоило им войти внутрь.
– Ай, нельзя быть таким впечатлительным, брат, - скучающе потянул Антон, сунув руки в карманы джинсов и догоняя брата. – Понимаю, обложаться по-крупному дело такое, бывает…
– Ладно, извини! – взорвался наконец Канарейкин, останавливаясь посреди холла. Несколько младших менеджеров подняли головы, стоя у стойки администратора, привлеченные криком Лисы. Молодая пара, ожидающая очереди на освободившийся столик, присев на мягкий кожаный диванчик, - удивленно принялись вертеться, пытаясь найти источник шума. Пришлось схватить брата за рукав, заводя за одну из колона и Елисей с шипением выдохнул:
– Я был не прав! Долго будешь злиться? Извини, что на тебя наорал!
Антон молча поднял на него глаза, смотря очень внимательно и выжидающе. Будто ждал чего-то, но никак не хотел помогать. Его подколы, подковырки и шутки, цепляющие гордость Елисея - были результатом какой-то затаённой обиды. Это Лиса осознал это лишь сейчас, а не в тот момент, когда брат стащился со своего громыхающего монстра. Глядя в его лицо, поймав чуть недовольный отцовский прищур и легкое раздражение, мелькнувшее в таких похожих с Павлом чертах.
– И-и-и? – нетерпеливо топнул Лиса, ожидая хоть какой-то реакции.
– Что «и»? – Антон прислонился спиной мраморной поверхности, делая вид, что рассматривает собственные ногти.
– Извинился – молодец, с полки три пирожка возьми. На глазах растешь. Еще немного – можно будет присудить «Человека года» по версии журнала «Гламур». Дядю Ярика попросим тебя сфоткать, бабы увидят – потекут точно пластилин на жаре…
– Ты достал! – возмутился Елисей, ударяя кулаком в холодный мрамор. Костяшки больно обожгло, а вот скопившееся недоумение и злость вылились наружу. Пришлось в очередной раз понижать тональность, разглядывая насупившегося Антона. – Нормально сказать можешь? Ладно бы молчал, как мама показательно. Нет надо мозг грызть, что за идиотская привычка?
– А ты не передо мной извиняйся, - язвительно отозвался Татошка. Сбивая брата с толку. – Или че, мне сказать «извини» не стремно, зато на девушку орать можно сколько влезет?! – последние слова прозвучали с такой агрессией, что Елисей невольно отступил. Моргнул пару раз, пока не дошло.
– По-го-ди-ка, - по слогам потянул Лиса, расплываясь в улыбке и разглядывая еще более помрачневшего Антона. – Так вон че, хо-хо. Ты потому взбрыкнул тогда? Из-за Миланы, да? Ой, тили-тили… куда пошел!
– Не хочу тебя слушать, ты мозгами не дорос. В нашей семье старший - дурак. Непреложная истинна, доказанная тобой!
Антон резко развернулся, двинувшись в сторону лестницы, ведущей на верхний этаж и игнорируя попытки брата до него докричаться. Лиса бросил взгляд на время – оставалось еще несколько минут до конца перерыва. Глядя вслед сбежавшему, усмехнулся и насвистывая, шагнул в сторону черного входа. Через который можно было беспрепятственно попасть на кухню, не попадаясь никому из гостей.
На кухню он вернулся в приподнятом настроении. Будто не уходил полчаса назад с мрачным видом и не бросал на присутствующих недовольные взоры, полные невысказанного предупреждения. Парень пару раз пошутил, приобнял охнувшую от удивления Галю, и даже потрепал по металлическому корпусу робота-помощника, вызвав у того недоуменную реакцию. Несчастный продукт современных технологий завертелся на месте, пиликая и издавая неясные звуки, отчего Владимир хмыкнул:
– Да ты сломал нашего А2757.
– Переживет, - махнул рукой Елисей, проходя мимо смотрящей на него Алисы.
– Все нормально? – тихо спросила она, едва Лиса оказался рядом.
Она невольно вдохнула исходящий от него аромат дождя, смешанный с едва ощутимым запахом сигарет. Сердце забилось в тоске, а внутри все сжалось в предвкушении чего-то. Вряд ли ее ожидания имели под собой основания, но помечтать Алиса себе все-таки позволяла. Затянувшаяся забастовка ей самой становилась в тягость, однако сдаться – признать поражение. А этого Ежова себе сделать не могла.
– Ага, - бросил он, оглядываясь по сторонам. Очередная партия заказов прилетела им от официантов в зале. Олег засуетился, крикнув, что нужно еще несколько бутылок вина для мяса.
– Гребанные любители, так все запасы сожрут раньше времени, - бурчал он, бегая по кухне от стола к столу.
Пока робот-помощник пытался перестроить команды от всех, кто находился на кухне, вертясь на месте, Елисей внезапно схватил Алису за запястье и потянул за собой, вызвав удивленный возглас:
– Ты чего?