Чтение онлайн

Уронив уже ничего не соображающего приятеля на покрывало огромной двуспальной кровати, он принялся вытряхивать его из брюк, когда вдруг почувствовал себя крайне скверно. Развязав дрожащей рукой галстук и расстегнув воротничок, побледневший как полотно адвокат присел на край постели. Прямо перед ним, почти касаясь его ног, покачивался край чёрного плаща. Андрей Константинович не спешил поднимать голову. Он крепко сжал пальцы в замок, тряхнул волосами и только потом, прищурившись, холодно взглянул прямо в лицо неожиданного визитёра.

– Верни диск, – хладнокровно приказал Господин в чёрном, яростно сверкая полными непроницаемого мрака глазами. – Зачем ты отдал его? Забери у него ключ. Если надо – убей. – Холодные пальцы коснулись подбородка, не позволяя отвести взгляд. – Ты получишь назад всех твоих слуг. Ты можешь получить всё, что захочешь. Но ты должен исполнить наш договор до конца.

– Боюсь, теперь это невозможно, – бесстрастно ответил Руднев.

– Это моя забота. Сделай, что я сказал. Если нужна моя помощь… – Наводящий ужас господин отпустил Андрея Константиновича и повернулся к раскинувшемуся на кровати Панарину. Он уже протянул к Женечке руку, когда Руднев почувствовал, как его спину опалило жаром. Он оглянулся и сразу же вынужден был закрыться от яркого света ладонью. Незнакомый тихий старичок в монашеской скуфейке и сером подрясничке мирно стоял с другой стороны кровати.

– Убирайся вон! – строго велел он незваному гостю. Того просто перекосило от злости, он зарычал и прямо на глазах начал терять свой человеческий облик. Руднев бестрепетно смотрел, как он корчится, съёживается и исчезает.

– Кто защитит тебя в следующий раз? – Старичок стоял уже напротив смертельно уставшего Андрея Константиновича. Его голос укорял очень мягко, глаза глядели ласково. – Подумай… – Он шагнул к Женечке и положил ладонь ему на лоб. Тот, не просыпаясь, вздохнул и порозовел. Только сейчас Руднев понял, что всё это время доктор выглядел явно не самым лучшим образом. Он и не сообразил, что это совсем не от алкоголя…

Старый монах исчез совершенно незаметно. Руднев некоторое время смотрел в одну точку, потом стянул пиджак и, как сидел, так и упал поперёк кровати. Закрыв глаза, он уговаривал себя, что сейчас соберётся с силами, поднимется, доделает всё, что нужно… Да так и уснул. Женечка сначала пытался положить на него ноги, но потом, найдя эту позу не слишком удобной, переместился Рудневу под бок и, обняв его, успокоился совершенно. Эту трогательную мирную картину и застал забрезживший через пару часов рассвет. Надо ли уточнять, что на работу эти двое, конечно, проспали?..

====== Глава 69. Бодрое утро ======

– Ты руку мне отлежал, чучело! – морщился Андрей Константинович, спихивая с себя недовольного, сонного Женечку. – Я понял, почему от тебя жена на самом деле ушла, – пробормотал он, со стоном садясь в постели и растирая плечо. – Ты мне всю шею своей бородой исколол. Ни одна женщина такой пытки не вынесет…

– Много ты понимаешь, – хмыкнул Панарин, протирая глаза и с интересом оглядываясь в светлой рудневской спальне. – Ох, мы, кажется, вчера так толком и не поговорили… – припомнил он.

– Ничего, – зловеще пообещал Андрей Константинович, – Сегодня поговорим, – и, хромая, удалился в сторону ванной.

Уже разливая по чашкам кофе, он вдруг вспомнил о чём-то, покосился на дверь и, убедившись, что, судя по звукам, Панарин всё ещё плещется в душе, прохромал в комнату за мобильником.

– Надюша? – без особой нежности в голосе сказал он в трубку. – Не беспокойтесь, я буду позже. Позвоните Филину, скажите, что в его деле появились дополнительные факторы. Если ему удобно, я могу принять его сегодня в три. Если нет, тогда выберите ему время на завтра… Нет, я просто проспал. Как видите и со мной такое бывает… Всё в порядке? Отлично. Тогда – до встречи…

Возвращаясь в кухню, Руднев столкнулся в коридоре с Панариным.

– Ты что надел, негодяй?! – с неподдельным возмущением воскликнул он. – Это же мой халат!

– А что я должен был надеть? – искренне заинтересовался Женечка.

– Ну… не знаю – мог бы в полотенце выйти… – нашёлся Руднев.

– Знал бы – голым бы вышел, – сдержанно ответил Панарин.

– М-м-м… Я… погорячился… – тут же исправился Андрей Константинович. – Тебе очень идёт синий цвет. Носи на здоровье, Кисонька…

Панарин, ухмыляясь, проводил товарища ехидным взглядом и следом за ним направился в кухню.

– А овсянки у тебя не найдётся? – подозрительно оглядывая стол, поинтересовался он.

– Овсянки? – скривился Руднев, хрустя тостом. – Нет, Евгений Алексеич, такой гадости у себя в доме я не держу.

– Эх, Руди, – с укоризной покачал головой доктор. – Такой взрослый, можно сказать, условно сознательный человек – и не понимает важности здорового питания!..

– Человек, который накануне в одиночку вылакал целую бутылку коньяка не будет читать мне лекций о здоровом питании, – осадил его господин адвокат.

Женечка сел за стол и со вздохом потянулся за чашкой.

– Ну уж в этом только ты виноват. Ты меня расстроил…

– Не плачь, Киса. Сейчас я тебя обрадую. Можешь передать своему Карабасу, что я готов с ним встретиться.

Панарин замер с чашкой у самых губ.

– Что случилось? – Голос у него охрип от волнения, и он торопливо сделал пару глотков кофе, не отрывая встревоженного взгляда от рудневского лица.

– Что случилось, то случилось, – философски заметил на это Андрей Константинович, кроша пальцами остатки тоста. – Я теперь человек, которому есть, что терять. Ты вот свалился вдруг на мою голову… – Про Наденьку он почему-то промолчал. – Всё, что меня интересует – это защита и твёрдые гарантии полной моей безопасности. Ферштейн, Евгений Алексеич?

– Руди! – ужаснулся Панарин – Какая же я свинья!

– А я давно это утверждаю, но мне почему-то никто не хочет верить…

– Руди, прости, – Женечка неожиданно встал на колени и снизу заискивающе посмотрел Рудневу в глаза. – Я ж тебя подставил! Он не должен был к тебе подобраться! Если бы я не отключился…

– На место сядь, шут гороховый, – снисходительным взглядом окинул его Руднев. – Передай Радзинскому, что мальчика я готов сдать ему со всеми потрохами. Если бы ты знал, как я его ненавижу! – добавил он, скрипнув зубами.

– Кого? Радзинского? Или мальчика? – не понял Женечка. Вместо того чтобы встать, он устроился на полу у ног Руднева и, стянув с его тарелки второй тост, захрустел им увлечённо, влажно блестя умными карими глазами.

– Их обоих. Но Роман Аркадьича в тысячу раз больше – прям загрыз бы его… – Господин адвокат задумчиво стряхнул на Женечку крошки со своих коленей. – Как же мне убить его хотелось! Да кто ж мне позволит?.. Одно счастье, что, когда я его нашёл, его память была девственно чиста. А не то пришлось бы мне перед этим щенком пресмыкаться. – Руднев горько усмехнулся, вспоминая, – У него проскакивало иногда – на «ты» вдруг ко мне обращался. Я каждый раз вздрагивал: неужто очухался? Повелитель… Хорошо, мне Радзинский глаза отвёл, и я на какое-то время забыл, о том, кто он. Иначе придушил бы сопляка…