Чтение онлайн

Вот и сейчас Татьяна начала спрашивать без всяких церемоний:

– Ты ведь водишь машину, да?

Радость Ирины немного "выцвела".

– Да, но у меня нет прав и...

– Права есть. Роксаны. Мне сказала тётя. Вы на фотографии похожи как две капли воды.

Таня вовсю цитировала тётю Жанну, хорошо хоть не называла ангелочком. Но Ирина всё же попыталась возразить:

– А если...

– Да ничего не случится. Роксана бывала здесь, нас тут все знают, любые патрули машину будут узнавать издалека. А я буквально опаздываю на работу. Ирочка, ну будь ангелочком!

Кто бы устоял перед таким напором? Кроме того, Татьяна была как раз тем человеком, к которому Ирина могла без стеснения обратиться с вопросами и недоумениями насчет странного дворца и его обитателей.

– Далеко ехать?
– уточнила она.

– Нет, до Лесогорска. Серафим уже вывел машину из гаража. Я тебя жду внизу.

И Татьяна исчезла за дверью словно фея, которая пришла поторопить Золушку на бал.

Через несколько минут они уже ехали по аллее через старый парк. Вчера в темноте и из-за волнения Ирина почти не рассмотрела его, сегодня же была изумлена толстыми дубами, старыми липами, попеременно светлыми и мрачно-замшелыми аллеями, то асфальтированными, то выложенными каменными плитами, а то и еле-еле присыпанными гравием. Татьяна начала было болтовню на тему "Кто из наших знакомых где и почему?", но Ирина то и дело спрашивала её, куда повернуть и как объехать очередную живую изгородь. Надеялась поговорить о странном дворце и его обитателях на ровной дороге по дороге в Лесогорск, но времени не хватило из-за звонка тёти Жанны.

– Деточка, будь ангелом.

Опять? Ирина явственно ощутила, как у неё между лопатками свербят пробивающиеся крылья.

– Будь так добра, моя дорогая, встреть в Лесогорске на автостанции в десять минут мельника, мы его с таким трудом раздобыли...

– Кого?

– Ну знаешь, такой человек, который знает, куда сыпать зерно, а куда - муку.

Ирина представила себе огромные элеваторы в степи, цепочки барж и почему-то Дон-Кихота с Дульсинеей на крупе коня.

– Муку и зерно?

– Ну знаешь, такой человек, который умеет работать на мельнице.

Дон-Кихот и Дульсинея воинственно огляделись, а Ирина заинтересовалась:

– У вас есть своя мельница?

– Да, старинная, но дело не в этом. Мы его еле упросили приехать, так что поулыбайся ему, будь с ним заботливой и очень приятной.

– Понятно, не волнуйся, тётя. А как я его узнаю?

– Я описала тебя и машину. Хорошо?

– Хорошо, но...

– Здесь, здесь, вот тут!
– перебила их разговор энергичная Татьяна. Разрываясь между ней и тётей, Ирина вдруг поняла, что говорит в выключенную трубку. Вчера из-за странного сна, чужой машины и других хлопот забыла подзарядить телефон, а после ночной катавасии во дворце тем более не вспомнила об этом. И это она, которая всю жизнь была пунктуальной и аккуратной!

Тем временем Татьяна исчезла в недрах высотки, да и не будешь же гнаться за ней и отнимать трубку. Зарядник в сумке и сейчас... Ирина обшарила всю панель и в районе пепельницы, и дальше, но прикуривателя или чего-то похожего на него не обнаружила. Та-а-ак, приплыли, зарядка не удается. Впрочем, почему приплыли? Мельник знает, на какой машине его встречают, и как выглядит та, кто его встречает. Что ещё нужно? Ирина махнула рукой, сосредоточилась на том, чтобы ни в коем случае не нарушать правила движения, и поехала в центр Лесогорска, к автостанции.

Однако через два часа она уже не была так самоуверенна, а через час гадала, что же делать.

Мельник не появлялся. Сначала она просто сидела в машине, потом ей это надоело, и она принялась ходить вокруг. Купила у разносчицы газету. Опять села в машину и попробовала читать. Снова вышла из машины. Купила у разносчицы два апельсина и съела один. Мельник не появлялся! Самое неприятное, что Ирина боялась отойти от машины, опасалась создать любую ситуацию, в которой ей придётся показать права. Наконец терпение у неё лопнуло.

Всё! Она едет назад во дворец! А мельника пусть забирает кто угодно. Она и так уже чувствует себя преступницей, за которой наблюдают все стражи порядка.

Но на всякий пожарный случай ещё раз вышла из машины и оглядела человеческий муравейник автостанции.

– Вы не меня встречаете?
– спросил загорелый мужчина с весёлыми карими глазами. Ирине с мельниками встречаться не приходилось, но им не обязательно быть измазанными мукой. Правда, этот мог быть и потолще, но он ведь только делает муку, а булки пекут и едят другие. И вид у него достаточно уверенный, сразу понятно - опытный специалист, хотя из тех людей, чей возраст сразу не определишь: с равным успехом мельнику могло быть и около сорока, и почти пятьдесят, о возрасте говорили только резкие морщины к уголкам рта, седина на висках и тот взгляд, который бывает у мужчин, если им за сорок. Серые брюки, серая куртка, удобные ботинки, у ног - дорожная сумка...

– Наконец-то! Поехали!

Он прищурился, улыбнулся шире и кивнул.

Только усевшись за руль, Ирина сообразила, что, во-первых, не подсказала ему, куда положить сумку и куда садиться, во-вторых, она ведет себя не слишком заботливо. Но мельник не растерялся, пристроил свою сумку на заднем сидении, и проявлять заботу было поздно. На всякий случай она сказала ему как можно более приятно:

– Ехать совсем ничего, скоро будем на месте.

– Это хорошо, - сказал он и улыбнулся теперь уже насмешливо.

Помня, что его еле уговорили приехать, Ирина улыбнулась в ответ ещё более приятно, чем в первый раз. Но тут же вспомнила о правах и сосредоточилась на безошибочном вождении. Только когда они съехали на трассу, можно было опять продолжить улыбки и разговор.

– Вам там понравится, - заговорила она как можно более приятным тоном.
– Я сама, когда ехала туда, не ожидала такого. Но уверяю вас, там очень красиво. Природа, пейзажи, очень хорошая мельница.

"Что я плету? Я же не видела мельницу! Но его-то должна интересовать именно она".

– Я рад, - ответил мельник, но посмотрел на Ирину с удивлением.
– Хорошая мельница - это очень хорошо.

– Она даже замечательная! Очень замечательно... э-э-э... работает. Работает... э-э-э... как часы.

"Что я плету?! Совсем одичала в своей мастерской, не могу поддержать тары-бары с незнакомым, но нужным человеком!"

– Правда?
– опять вежливо удивился мельник.
– А она ветряная или водяная?

Это был настоящий удар под дых, но Ирина за свою жизнь держала и не такие хуки.

– И зерно замечательное, - непринужденно сменила она тему.
– Качественное зерно очень много значит. Хорошее зерно - это очень хорошо.

"Что я болтаю? Совсем отупела среди поломанной мебели!"

– Да, конечно, хорошо, - рассеянно ответил мельник и глянул в окно, за которым тянулись рощи.

– Да, представьте себе, это очень важно.

"Какого черта я болтаю о зерне? Но мука зависит от зерна - это все знают, и он не возражает".

– Важно? Правда?
– ещё более рассеянно отозвался мельник.