Чтение онлайн

– Уже и не надо. Мне отчасти до сих пор было стыдно смотреть ему в глаза. Но с другой стороны, ведь у меня есть мужчина, который не побоялся ничего и рискнул всем, чтобы вернуть меня.

– Кто он? тихо произнес мужчина, видимо осознавая, что ему дали от ворот поворот. И что теперь обратной дороги нет.

– Он - отец Кира и Дани. Я боязливо подняла взгляд на Сашу.

– Маш, ты себя слышишь. Он моментально завелся, а я удивленно разглядывала стоящего передо мной человека. До сих пор я была уверенна, что он является эталоном спокойствия и рассудительности. Кажется, я очень сильно ошибалась.
– Маша, какой отец? Мы два года с тобой вместе были. А тут за две недели появляется какой-то мифический отец, к которому ты бросаешься, словно в омут с головой. Бросаешь все, что у тебя было и так резко уходишь к нему? мужчина начал нервно мерить кабинет шагами. Светлова, ты себя слышишь?

Снова раздался жизнерадостный всклик «аськи» и через мгновение в кабинете появляется мой муж.

– Железнова она. Димка гневно разглядывал Сашу. Машк , а что тут происходит? Крики слышны на весь офис. С появлением супруга пространство в кабинете мгновенно уменьшается.

– Уже все нормально, Дим. Просто немного эмоциональный разговор получился. И, да, Саша, это мой муж, Дмитрий Владимирович Железнов. И чтобы в дальнейшем не возникало вопросов, он действительно родной отец Кирилла и Даниила. Саша стушевался под грозным взглядом моего супруга, и тихо извиняясь, покинул кабинет.

– Машуль , ты ничего не хочешь мне объяснить? муж подошел и обнял меня. Что случилось такого, что мой Светлячок так перенервничала? он ласково поцеловал меня в нос и одной рукой начал нежно гладить мою напряженную спину.

– Да ничего особенного не случилось. Жизнь без тебя случилась. И вот до сих пор дает о себе знать. Я уложила голову ему на плечо. Плохо было без тебя, Дима. Очень. Кажется, в этот момент я всхлипнула, и прижалась к нему сильнее.

– Машк , ты чего? муж взял меня за подбородок, заставляя посмотреть на него. Ну, было и прошло. Главное, что сейчас мы все вместе. Мы теперь всегда будем вместе, слышишь, Светлячок. Всегда. И мои губы смяли в ласковом неспешном поцелуе.

– Угу, - я кивнула головой, и вновь спрятала лицо, обнимая любимого мужчину сильнее.

– Так, хорош страдать, а то кушать очень хочется, что аж переночевать негде. он перефразировал известное изречение.
– Идем в ресторан обедать.
– Вновь поцеловал и уже за руку вывел из кабинета.

А вечером, забрав Даню из городской квартиры, Дима повез нас показывать строящийся дом. Данька, оказавшись на стройке, с задумчивым видом бродил по мрачно-серому сооружению, который постепенно начали отделывать, что-то тихо бормотал себе под нос, прижимая указательный и средний пальцы руки к губам, полностью копируя Димку, когда тот о чем-то задумывается. Затем, обойдя весь первый и второй этажи, спокойно изрек:

– Замаешься ты, Маня, столько веником махать. Мелкий окинул взглядом пространство.

– В смысле? Дима недоуменно разглядывал сына, пытаясь понять последнюю фразу.

– А чего тут понимать. Даня пожал плечами.
– Не любит наша мама пылесосов. Совсем не любит. Вот Кир у нас всегда пылесосил, причем именно тогда, когда Мани дома не было

– Значит, мы с тобой будем теперь пылесосить. Супруг щелкнул Даньку по носу, когда тот недовольно скривился от услышанного. Димка нагнулся и шепнул, но я услышала. Не дрейфь, у меня есть для этого нужные люди.

– Угу, - задумчиво произнес Даня. Он все также держал пальцы у своих губ, чем вызвал у меня веселый и громкий смех.

– Что?! два мужских голоса одновременно спросили у меня, провоцируя еще больший хохот.

– Ничего, - Я, попытавшись остановить приступ смеха, махнула руками и ушла в сторону, в очередной раз оставляя моих мужчин наедине.

Уже успокоившись, обошла стройку, отмечая в блокноте те недостатки, которые выявила в работе ремонтников, просмотрела наличие и качество заказанных материалов, установленных окон и дверей.

– Маш, а что это было? супруг, подойдя сзади, крепко обхватил меня за талию.

– Знаешь, Дим, - я развернулась к нему лицом. Хоть и внешне Данька больше похож на меня, но характер, мысли, и даже движения ясно говорят о том, чей он сын. Я поцеловала своего любимого мужчину. И если когда-нибудь кому-нибудь придет в голову противоположная мысль, - мой взгляд устремился в эти невероятные серые глаза. То тут даже тест ДНК не потребуется.

– Машка, - он тихо прошептал, крепче прижимая меня к себе. Он мой сын, и мне больше ни каких доказательств не нужно. Поняла?

Я, счастливая от признания Димы, кивнула головой, когда откуда-то сбоку раздалось недовольное ворчание.

– Так я не понял, а где будет моя и Кира комнаты? я улыбнулась, глазея на младшего.

– А ты где бы хотел, сын? Димка выпустил меня из своего стального обхвата.

– Я так понимаю, что комнату с большими окнами и видом на огромные ели, мне вряд ли отдадут? мелкий ответил вопросом на вопрос.

– Извини, Дань. Если ты про ту, что на втором этаже - то это наша с мамой спальня, а на первом - гостиная. Дима привычным уже жестом потрепал сына по голове. Выбирай другую, - он с хитрым прищуром посмотрел на Даньку. У тебя есть еще выбор, потому что Киру останется только та комната, которая будет свободна.

– Точно?
– мелкий с ехидством взглянул на отца. Ну ладно. и я поняла, что в его голове уже созрел какой-то хитрый план.

– Точно-точно. Муж тепло улыбнулся, глядя на сына. Беги, выбирай.

Уже распределив все комнаты, мы вышли из дома, наблюдая только испуганного приездом хозяина, охранника. Дима с Данькой подошли к нему, о чем-то негромко разговаривая. Затем вернулись к машине, в которой я сидела, ожидая их, и с восторженным возгласом «Хорошо!» уселись в автомобиль.

Дима

– Это что? передо мной на стол легла бумага.

Ирина расправила плечи и ответила:

– Заявление!

Я отодвинул нехорошую бумажку одним пальцем в сторону и демонстративно отвернулся. Ирина вернула ее всей пятерней на прежнее место и припечатала ладонью.

– Нет, - сварливо ответил я, так и не глядя в бумагу.

– Да! рявкнула моя «правая рука».

– Ирина Пална , - начал я, разворачиваясь, - вы не имеете права так поступать со мной.

Ирка вздохнула, отошла к дверям и распахнула их, провозгласив:

– Входи.

Я с любопытством взглянул на визитера и скривился. Георгий Ломовой, с ударением на последний слог, вломился в мой кабинет, как взбесившийся локомотив. Домчался до моего стола и, едва не издав звук «ч-тс-с-с», навис над моей скромной и заинтересованной персоной.

– Совсем совести нет, Железяка? грозно вопросил Жорик.

– Привет, Лом, - приветливо улыбнулся я. Как дела? Как поживаешь? Что нового?

– Привет, Димон , - кивнул мне Лом.

– Так ты присядь, что ты меня своим жарким дыханием обдаешь? Я уже потеть начал, - продолжил я проявлять чудеса этикета. Приложи зад, в ногах правды нет.