Чтение онлайн

Толпа гостей чуть поредела, и она попыталась разыскать взглядом своего мужа, но не увидела его. Так же, как и Вернал. Он может быть где угодно, попыталась успокоить себя Джудит, этот дом настоящий лабиринт. И все же… все же где он может быть?

Подчиняясь какому-то смутному наитию, Джудит начала подниматься по лестнице на верхний этаж. В коридорах горел свет. За некоторыми приоткрытыми дверями комнат виднелись разобранные постели — для тех гостей, которые оставались на ночь.

Джудит подошла к арке. Несколько узких каменных ступеней вели в одну из башен. Джудит поднялась наверх и зябко поежилась. Невысокий лестничный пролет подводил к тяжелой двери, обитой по краям металлическими полосами. Она толкнула ее. Дверь с трудом подалась, заскрипев несмазанными петлями.

Джудит остановилась у входа. Через узкое оконце робко проникал лунный свет, но комната тонула во мраке. На мгновение Джудит показалось, что она видит чьи-то очертания. Вернал и Роберт, подумала она и, полная безудержной ярости, ворвалась в комнату. Однако комната была пуста. Стул, стол, еще какая-то мебель, свернутый ковер…

Двигаясь на ощупь вдоль грубой кладки стен, Джудит вернулась на площадку. Возвращаться к гостям было свыше ее сил. Она понимала: нужно взять себя в руки, успокоиться. Должно быть, она сошла с ума, потому что, окажись Роберт и Вернал в той комнате, она бросилась бы между ними, как безумная, забыв о достоинстве.

А что случилось бы потом, об этом стыдно и подумать. Роберт наверняка спокойно, полностью контролируя себя, схватил бы ее за руки и оттащил. А Вернал откинула бы назад свои длинные волосы и рассмеялась низким горловым смехом. Если они и скрываются за одной из этих дверей, следует сделать все, чтобы не столкнуться с ними. У нее ведь нет никаких супружеских прав — только право получать материальные блага. И эти подачки, будь они прокляты, нужны не ей, а ее семье, а потому никогда нельзя терять над собой контроль, как это чуть-чуть не случилось.

Джудит простояла довольно долго, анализируя свои настоящие и будущие действия, и наконец, набрав полную грудь ледяного воздуха, решила спуститься в зал, к гостям — долг есть долг. И вдруг кто-то коснулся ее плеча. Она резко обернулась и от неожиданности забормотала что-то несвязное:

— Это ты?.. Я думала… почему ты…

— А кого ты ждала? — протянул в своей обычной медлительной манере Роберт.

— Никого. Но… как ты узнал, что я здесь?

— Дворецкий видел, как ты входила в башню. А что ты, собственно, тут делаешь?

Не рассказывать же ему, что меня сюда привело! И Джудит с легким сердцем слукавила:

— Мне захотелось немного побыть одной.

— Одной? В чем дело? Что у тебя на уме?

Джудит промолчала, и Роберт опять с требовательной настойчивостью повторил:

— О чем ты думаешь? Жалеешь о нашей сделке?

У Джудит оборвалось сердце. Ей следовало бы спросить: «А ты?» — но она промолчала. Роберт мог бы ответить утвердительно, а она еще недостаточно сильна, чтобы услышать это. Джудит покачала головой.

— Тогда вернись к гостям, — отрывисто бросил Роберт и пошел вперед.

Спустившись по узким каменным ступеням, он остановился, наблюдая, как Джудит преодолевает последний лестничный пролет, потом повернулся и, не оглядываясь, пошел по коридору.

Похоже, Вернал поджидала его, потому что пять минут спустя Джудит опять увидела их мило воркующими в еще многолюдном зале. Я ему не нужна, думала Джудит, Вернал прекрасно справилась бы с ролью хозяйки, но Роберт платит мне. А этот человек всегда получает то, за что платит. И поэтому Джудит ходила среди гостей и щедро раздавала улыбки.

После завтрака, поданного в три часа ночи, большинство гостей отправилось восвояси, оставшихся слуги проводили в отведенные им комнаты. Джудит тоже решила подняться в спальню. Луиз и Эрбан направились в свою.

— Чудесный вечер, просто чудесный! — щебетала Луиз, а Эрбан, сильно навеселе, целовал Джудит руку.

Войдя в спальню, Джудит, не раздеваясь, опустилась на кровать. Какая же сегодня трудная ночь, подумала Джудит. Пока я тут в спальне терзаюсь одиночеством и грустными мыслями, Роберт и Вернал резвятся где-нибудь в одной из комнат, и все, включая слуг, знают об этом. Нет-нет, не надо об этом думать. К чему изводить себя бесполезными мыслями? Джудит встала, сняла драгоценности, стянула платье.

Нужно уснуть, приказала она себе, потому что завтра мне предстоит опять выполнять свой долг. Но заснуть не удавалось. Перед глазами проплывали тревожащие душу и тело эротические картины — ведь она так хорошо знала изощренные ласки своего мужа.

Промаявшись часа четыре, Джудит вскочила, оделась потеплее и спустилась вниз. Большинство гостей еще спали, только из-за некоторых дверей доносились утренние звуки пробуждения. Нужно чем-то занять себя, пока гости будут бороться с похмельем, а Роберт с Вернал приводить себя в порядок после бурно проведенной ночи.

Джудит никого не встретила — ни в доме, ни во дворе. Конюха тоже не было. Она окликнула Блэки, и та громко заржала. Джудит уже несколько раз садилась в седло, и лошадь узнавала ее голос. Эта новая Блэки, казалось, полюбила ее так же, как и прежняя. Джудит решила взбодриться и взнуздала лошадь. Снег был неглубокий, и легкая пробежка по холмам не повредит Блэки. В случае чего всегда можно повернуть назад.

Рассвет был тяжелым, сумрачным, но расстилавшийся вокруг пейзаж казался фантастически красивым.

Джудит вела лошадь в поводу до самых ворот, выходящих на холмы, затем вскочила в седло и позволила Блэки бежать неторопливой рысью по уже знакомой тропе.

Снег, выпавший недавно, уже сполз в долины, и пологие холмы стали неузнаваемы. Будто на другой планете, думала Джудит. Хорошо бы так оно и было, потому что этот мир стал чертовски неуютным. Возвращение в «Розен-хаус» ужасало ее. Хорошо бы умчаться далеко-далеко… Джудит закрыла глаза, прижалась щекой к лошадиной шее и представила, что несется бешеным галопом, оставляя за собой сомнения, беды, тревоги…

Однако пора было возвращаться, и Джудит нехотя натянула поводья. Белыми мотыльками кружили вокруг редкие снежные хлопья, развеивая своим легким танцем ее невеселые мысли. Снова пошел снег, и, как это часто бывает, через несколько секунд разыгралась снежная буря.

Джудит подумала, что в снегопад лошадь может споткнуться и сломать ногу. Она спешилась и взяла Блэки под уздцы.

— Домой, девочка моя, домой. Похоже, мы заехали слишком далеко.

Они действительно заехали слишком далеко, потому что скоро у них под ногами оказался глубокий снег. А ненастье разгулялось не на шутку. Теперь вокруг лошади и ее хозяйки кружил настоящий снежный хоровод, ослепляя их, сковывая движение.