Сжимая жизнь в руках
Шрифт:
– Милорд, - громко обратился Гриз, привлекая к себе внимание, - у меня есть взаимовыгодное предложение! Мои ребята смело сражались, отбивая этот замок, и у нас достаточно сил, чтобы его удерживать. У графини же, я так понимаю, - Гриз бросил взгляд на девушку, но она, лишь слегка повернув свою высокомерную головку в его сторону, смотрела в пол. Нет, он даже не пыль под ногами. Она и то достойна большего внимания, нежели он. Гриз продолжил:
– И вовсе не осталось ничего и никого.
– К чему вы клоните?
– милорд нахмурился.
– О, я лишь хочу сказать, что готов с удовольствием разделить бремя охраны данного замка и границ, а так же замужества на графине и заботе о её дальнейшей судьбе.
А вот тут он внимания удостоился. В полной мере. Её взгляд вновь взметнулся к нему. Изумленный. Перепуганный. Просто мёдом по душе. Но лишь на секунды, а затем снова в пол. Часто дыша. Растерянно. Не ожидала? Ну чтож поделать, он тоже не был готов к тому, что всё это время с ним просто играли и надсмехались.
– Что?
Милорда, впрочем, Гризу тоже удалось удивить. Аж бровки вверх поползли, он уставился задумчиво в стол, сильнее облокачиваясь на спинку кресла. Но очень скоро на его лице мелькнула улыбка, нехорошая улыбка, ох не хорошая, и он сказал:
– Хым, действительно очень выгодное предложение. А Вы что скажете, дорогая? Согласны выйти замуж за… - а имени то милорд и не знал, зачем ему имена всякого сброда, однако ехидно продолжил - этого, я уверен, достойного господина.
А она совсем растерялась. Глянула так же перепугано на милорда, дёрнула едва заметно губами, будто хотела что-то сказать, но слова в горле застряли. Быстро опомнилась, потупилась в свой любимый пол, но и он не подсказал, что можно ответить в такой ситуации.
– Дорогая? Вы против? Вы не считаете данную партию достойной для себя?
– и этот любезнейший человек подался вперёд, вцепившись взглядом в девушку. И это был совсем не тот взгляд, каким он смотрел на неё вначале. Нет. Это взгляд хищника. Сокола перед пичугой.
Она даже слегка сжалась под ним, как показалось Гризу. Сжалась и тихо ответила:
– Прошу простить, я… несколько растерялась. Неожиданно. И… почту за честь.
А сокол тем временем уже расправил крылья:
– Мириалан, дорогая, послушайте, Вам больше нечего и некого бояться. Здесь и сейчас Вы под нашей полной защитой. Всё закончилось и если…
Но его полёт прервали. Маленькая птичка встрепенулась, вновь гордо вздернула свой подбородок и холодно отчеканила:
– Я, кажется, уже сказала, что почту за честь.
– Как знаете, - милорд разочарованно откинулся на спинку кресла, и продолжил в своей ленной манере, - Не вижу смысла откладывать, сыграем свадьбу завтра. Мы явимся к обеду, надеюсь, у вас уже будет всё готова. За сим прошу меня извинить.
И милорд уже почти ушёл, но в дверях опомнился, и Гриз вновь удостоился крупицы внимания:
– Ах да, время позднее, если желаете, можете остаться переночевать в нашем лагере.
Просто поразительное по своей щедрости и заманчивости предложение. Настолько, что даже слова подбирались с трудом:
– Спасибо, как-нибудь… в другой раз.
– Как знаете.
***
На улице им даже предложили карету, но к чёрту Гриз послал все эти удобства. Отцепил своего коня, закинул девушку в седло, влетел следом сам и что мочи в галоп! Обратно. В замок. В теперь уже его замок.
В свою комнату почти уже граф влетел не сбавляя темпа. С ноги. Бушующим ураганом, не знающим преград. Злым, взбешённым. Рывок и его будущая невеста, спотыкаясь, летит вперёд, врезаясь в кровать. На колени. Не поднимаясь. Не шевелясь. Лишь слегка потирая руку, за которую он её тащил. Слишком сильно сжал? Не страшно. Это не страшно.
– Значит, графиня Адьярашер? Честь-то какая!
– Гриз мерил комнату шагами, еле сдерживаясь.
– Непомерная… Что же вы молчали, графиня?! А впрочем, о чем это я! Зачем же тратить свои силы и внимание на недостойных, да? Ну что, смешно было наблюдать? Слушать? Я, надеюсь, я в полной мере позабавил тебя, а?
Она так и не шелохнулась. Она так и не повернулась. Она так и ничего не ответила.
– Смотри на меня, когда я говорю!
– сорвался Гриз.
– Молчишь, значит. Не смотришь, - гораздо тише, но крайне зло констатировал Гриз, - твоё право. Вы уж не обессудьте, графиня, но побыть немножко благодарной всё же придётся.
Стянув ремень и зашвырнув его в угол, Гриз ринулся к девушке. Она лишь успевает что-то пискнуть, попытавшись отстраниться, но резкий рывок ставит её на ноги.
– Ну что, малышка, развлечемся.
И руки жадно мечутся по спине, лопаткам, ниже, выше. Прижимая ближе, удерживая, не давая отстраниться. Сильно сжимая аппетитную попку и в тот же миг срывая ворот платья. Оголяя плечо и подставляя его не менее жадным и грубым поцелуям. Её маленькие ладошки упираются в плечи, пытаясь оттолкнуть, вырваться. Робко, несмело, безнадежно. И вот уже завязки платья сдаются напору, скользят, развязываясь, оголяя уже не только плечо, но и терзаемую учащенным дыханием грудь. Прекрасна, так беззащитна и прекрасна. И вся в его власти. Трепещет и дрожит.
– Нет, - шепчет она вырываясь, выгибаясь, пытаясь хоть как-то ускользнуть из этих цепких лап.
– Да!
– отвечает он, вновь приходя в ярость и перехватывая её руки.
И платье летит на пол, отброшенной тряпкой. Сама же девушка, спотыкаясь, летит в сторону трюмо. Морщится, ударившись об край и всё же поднимая на него взгляд, смотрит через зеркало. О да! Это прекрасное здоровое зеркало. Лучше места и не придумать. Гриз в полной мере насладится происходящим. Всем, каждой деталью. И её заставит смотреть на то, как она будет его.
Гриз не даёт ей повернуться. Нет малышка, стой так. Спиной ко мне, стой и наблюдай в зеркало всё, что я буду с тобой делать! Стой и смотри. Смотри, как мои руки сжимают твою грудь, а губы ласкают шею. Смотри, сколь ты беспомощна, смотри, сколько всего я себе позволю.
И руки скользят ниже, по животу, к бедрам, внутренней стороне, вглубь. Туда, где уже через каких-то пару минут он будет всецело хозяйничать - ооо, это сладостное ожидание.
– Давай-ка малышка, ножки пошире. Пошире-пошире, ты все равно сделаешь так, как я хочу. И прогнись чуть-чуть, вот так, давай.
Лишь капля силы и ей никуда не деться. Лишь подчиниться. Лишь сделать так, как он желает.
“Не надо, прошу”, - даже не слышит, нет, скорее читает по губам Гриз. Видит, в каждом движении, каждом всхлипе, этом умоляющем взгляде, заполняющимся слезами.
– Не переживай, дворовый пес трахается не хуже твоих породистых, я ещё самым лучшим у тебя окажусь, - усмехнулся Гриз, приспуская штаны.
Он был готов, как никогда получать удовольствие. Она? А кто её спрашивает - расслабится и получит. Или не получит, личный выбор каждого. В конце концов, бить её Гриз не собирался и как-то изощренно издеваться тоже. Так, лишь попользоваться пару раз - не убудет. И пробежала в голове мысль, Гриз её даже озвучил, наклонился и тихо прошептал на ухо: