Тагир. Девочка бандита
Шрифт:
Теперь я в безопасности.
Мы с малышом в безопасности.
Глава 53
53
Тагир
Время тянется бесконечностью.
Никогда не думал, что буду бояться за кого-то. Что буду готов на все, что угодно, ради другого человека.
Особенно женщины.
Фея…
Она обмякает у меня на руках, и я прижимаю ее к своему окровавленному телу.
– Тагир… – шепчут ее губы.
– Тише, фея… – сам отвечаю не совсем своим голосом. Сегодня мне знатно досталось.
Гружу ценную ношу в машину.
Укладываю на заднее сидение и закрываю дверь.
Фее больше ничто не угрожает, и я могу выдохнуть.
Она вся в моей крови. Маленькая. Напуганная. Стоит только прикрыть глаза, как вспоминаю ее, стоящую на коленях.
Клянусь, я желал Лису худшей смерти. Я хотел вырвать его маленькое сердце и раздавить прямо у него на глазах. Кровавый орел показался бы этой мрази детским развлечением. Но у меня не было на это времени. Я и так потерял его слишком много, не учтя, что малолетний дебил окажется вспыльчивым и не сдержанным и пальнет в меня.
Он похож на своего неуравновешенного отца. Тот слишком заигрался, и его пришлось устранить.
Вопрос с людьми Лиса решился очень просто. В нашем мире так устроено – полная иерархия, более слабые подчиняются сильному вожаку. И когда я свернул рыжему ублюдку шею, у его парней не осталось выбора.
– Есть еще кто-то, кто сомневается в моем праве? – прорычал я, осматривая затуманенным взглядом присутствующих.
Никто не посмел дернуться. Люди Лиса молча сложили оружие.
Кто-то бросился снимать меня с крюка, кто-то развязывать корчащуюся на полу от рыданий фею.
Я стиснул до скрежета зубы. Все еще внутри клокотало желание разодрать Лиса на клочки за каждую слезинку девчонки.
– Разошлись! – грубо скомандовал парням, что столпились вокруг феи.
Сам поднял ее на руки.
Никому не позволю трогать мое. И Лис поплатился за то, что забыл об этом.
А теперь я сижу в больничной палате, охраняя ее глубокий беспокойный сон. Слежу за дыханием. Буквально вздрагиваю в такт каждому вдоху.
Ненавижу ее за то, что собиралась сосать другим. Как представлю чужой член в ее горле, как кулаки сжимаются до такой степени, что лопаются все чуть зажившие на них раны.
Но, в то же время, понять не могу: какого хера эта дура собиралась делать? Спасала меня? После всего, блядь, спасала?
– В ее положении лучше исключить стрессы, – предупредил врач, который по моей указке делал УЗИ всех внутренних органов, пока я сидел рядом и капал кровью на идеально белый пол.
В машине получилось кое-как обмотать себя бинтами, но и они уже насквозь пропитались багряным, пока практически наощупь добрался до больницы.
– Тем более, такие стрессы, – продолжил врач, а я никак не мог одуплить.
– В каком положении? – уточнил сквозь зубы.
– Я говорю о беременности. Вы разве не в курсе?
– Фея беременна? – переспросил как идиот.
Конечно, я знаю, откуда берутся дети. И трахал фею я без гондона, но это никак не умаляет степени моего охуевания и того, что новость никак не укладывается в башке.
Фея беременна. У нее внутри мой ребенок.
Есения
Прихожу в себя.
Глаза открывать больно.
В ноздри пробивается странный свежий запах с примесью лекарств. Сбоку что-то пикает. Громко, неприятно. Раздражает.
Воспоминания накатывают, точно снежный ком. Лавиной накрывают. И я вопреки всему подскакиваю и резко открываю болезненные глаза.
– Тагир! – кричу при этом, и его имя отдается болью в груди.
Никто не отвечает.
Зато я вижу темное пятно, расположившееся в кресле. Оно привлекает внимание, но мне требуется время, чтобы узнать в нем своего мужа.
Мужа… горло пересыхает.
Тагир развалился в кресле. На нем все еще окровавленные штаны, порванные местами, и какая-то медицинская рубашка из-под которой виднеются бинты.
Над бровью наклеена большая повязка, а узнать в припухшем лице моего бандита очень сложно.
На секунду мне начинает казаться, что Ахметов умер. Ведь он никак не отреагировал на мой крик. Потому аккумулирую все оставшиеся силы и бросаюсь к креслу.
И вообще, почему он здесь? С такими повреждениями этот мужчина должен лежать на больничной койке, а я хлопотать рядом с ним, помогать менять повязки и приносить то, что нужно. Кормить, если потребуется.
Первое, за что хватаюсь, его крупная ладонь. Делаю это осторожно, чтобы не тревожить многочисленные повреждения.
– Теплая… – проговариваю одними губами. – Слава Богу.
На тело вновь накатывает непосильная слабость, и я опускаюсь на колени возле ног Ахметова. Прижимаюсь щекой к его коленке. Начинаю тихонечко плакать.
Все позади. Все, наконец, закончилось.
Глава 54
54
Есения
– Фея, – голос Тагира заставляет меня вздрогнуть.
По привычке отшатываюсь от мужчины, но он уверенно возвращает меня на место.
Держит крепко одной рукой, второй нежно проводит по моей щеке.
Внутри начинает трепетать.
Все ощущения, страхи и даже боль, словно вновь становятся реальными. Глаза увлажняются, хотя казалось, я уже иссушила себя до самого дна.
Мне так страшно думать о будущем, но еще страшнее представлять себя совершенно одной. Без Тагира.
Понимаю, как неправильно, наверное, остаться с ним, но у меня нет больше ничего. Никакой другой жизни. И выбора.
Зато есть малыш. И как далеко я бы не увезла его, Ахметов найдет нас всегда. Потому что у него тоже больше никого.
– Тебе страшно? – Тагир задает вопрос, от которого разбегаются мурашки. Удивительно, что он в принципе идет на диалог, и я сглатываю прежде, чем ответить.
Но отвечаю честно, потому что фальшь будет видна сразу. Ахметов раскусит меня, и я точно пожалею о вранье.
– Да… – получается хрипло и тихо. – Мне очень страшно.
На душе почему-то становится легче. С этими словами я будто выпускаю изнутри затаенную тревогу.
Тагир осторожно тянет меня вверх, вынуждая подняться, и усаживает на свои колени. Прижимает.