Тагир. Девочка бандита
Шрифт:
– У, тебя, феечка, дивно нежная кожа на бедрах, – заключает Тагир. – Сразу видно, всю жизнь провела в розовой комнате под заботой нянечек и прислуги.
Я почему-то судорожно вздыхаю.
Мужчина хочет еще что-то сказать, но вдруг с удимы доносится пронзительный собачий лай. Пес лает так громко, что у меня появляется дрожь в теле.
– Кого там принесло? – ругается Тагир.
Ему приходится отстраниться и освободить мое личное пространство.
Глава 7
7
Есения
– Наверх поднимись, – холодно командует он мне. – И не высовывайся, пока я не приду.
Мои глаза почему-то наполняются слезами. Вспоминаю свое детство, когда папа так же заставлял меня скрываться в своей комнате, когда принимал гостей.
И я понять не могу, что сейчас задевает больше: воспоминания о том, что его больше нет, или необходимость даже после его смерти прятаться за закрытыми дверями.
С другой стороны, даже до Тагира все, что я делала – в свободное от работы время сидела в подсобке. Никуда не ходила, не встречалась с друзьями. Потому что те оказались не друзьями вовсе, стоило мне только потерять свой статус.
Я осталась совсем одна, и мне было страшно.
И сейчас мне страшно.
За воротами этого лесного дома – тьма и опасность. И, скорее всего, я струшу сбежать отсюда.
– Живо! – слышу резкое от Тагира, когда он замечает, что я не спешу выполнять его приказ.
Приходится подняться с дивана.
Запахиваю на груди половинки разорванной рубашки. И мне становится хоть немного, но легче.
Тагир усмехается.
Он в последний раз бросает на меня свой темный взгляд, а затем направляется к выходу. Я же бреду к лестнице, ведущей на второй этаж.
Пока поднимаюсь по ступенькам, над головой постепенно загорается свет, реагируя на мои шаги. А затем тут же выключается, оставляя позади лишь мягкий полумрак гостиной.
Кто бы там не приехал к хозяину дома – мне не интересно. Вряд ли визит хоть как-то меня касается. Даже любопытство дремлет где-то внутри и не просит затаиться у края лестницы и наблюдать за происходящим внизу.
Хотя, возможно, мне было бы полезно. Сейчас любая информация важна, если хочу сбежать отсюда.
С другой стороны, после того случая, когда я, будучи еще подростком, разглядывала через щелочку Тагира, больше не хочется этого делать.
У меня пробегают мурашки от воспоминаний, когда в голове вновь всплывает его тогдашняя фраза: «Пусть останется». Он будто приговор мне ей подписал. Самый настоящий. И теперь я это как никогда понимаю.
Заглядываю в первую попавшуюся дверь.
Это спальня Тагира. Я ее сразу узнаю. Здесь все пропитано его аурой. Ее можно ощутить, даже закрыв глаза.
Бросаю взгляд на кровать, и тут же что-то сжимается внутри меня.
Неужели, между нами все случится? Здесь…?
Я стараюсь отогнать эти мысли, но непривычный дискомфорт между ножек не позволяет как-то переключить мозг. Решаю посмотреть, что там вообще происходит, и с опаской провожу пальцами по натянутым на промежность трусикам.
– Ооох… – вырывается у меня.
По телу будто ток проскальзывает. Словно я нажала невидимую кнопку и запустила этот процесс.
Тут же спешу убрать пальцы.
Их кончики оказываются влажными – так сильно пропитались трусики.
– Это ничего не значит, – говорю сама себе. Мне просто страшно, вот и реагирую на все. Организм так защищается.
К тому же, мне все в новинку… чтобы кто-то касался так нагло и интимно.
Но все же легкое разочарование в себе присутствует. Мне ведь хотелось просто тихо ненавидеть Тагира, а не увлажняться при виде него.
Пытаясь выбросить из головы мысли, осматриваю комнату.
Первым делом открываю небольшой шкаф, что тут имеется. Там висят разные вещи Тагира. В основном свободные спортивные. Футболки, штаны.
И я решаю, что не будет преступлением, если воспользуюсь одной футболочкой. Бандит ведь порвал мою одежду, потому теперь должен компенсировать.
И я хватаю первую попавшуюся футболку, пока не передумала и не стукнула себя по рукам. Надеваю ее на себя вместо бесполезной теперь рубашки.
Потом зачем-то залажу в выдвижные ящики, а там, в одном из них…
– Быть не может! – удивляюсь. Такая удача!
Прямо перед моими глазами два пистолета среди вещей. Даже не спрятанные. Лежат себе, красуются.
План в голове созревает быстро. Молниеносно.
Я подхватываю дрожащими руками один из стволов и проверяю магазин. Полный.
Стрелять я умею. Спасибо отцу.
Правда, обычно мы стреляли по тарелочкам, а сейчас в моих планах совсем другое…
Но думать некогда. У меня есть только шанс! И он один из тысячи.
Глава 8
8
Есения
Конечно же, я не буду его убивать.
Только пригрожу.
Заставлю, чтобы отпустил. Тагир ведь хочет жить?
Колени дрожат. Ноги ватные.
В горле ком такого размера, что я вряд ли смогу произнести хоть слово.
Снизу доносятся мужские голоса. Так и не определишь, сколько там человек.
Может, мне стоило дождаться, когда Тагир разберется со своими делами? Пока сам поднимется в спальню?
Нет… а вдруг я бы тогда струсила? Нужно ковать железо, пока оно горячо.
По мере моего продвижения к первому этажу, голоса становятся все различимее. Я даже могу расслышать Тагира. Я даже понимаю речь, но смысла ее уловить не удается, потому что в ушах шумит.
Развалившиеся на диване мужчины замечают меня.
В гостиной Тагир и еще один человек. Тоже бандит, в этом нет никаких сомнений. Вот только выглядит он совсем неприятно. Рыжая густая борода и маленькие злые глазки. Смутно припоминаю, что уже видела такого среди знакомых папы.
Я вообще много чего видела, но почему-то продолжаю быть наивной. Верить в хорошее и светлое. Добро ведь всегда побеждает зло?
– Так это… – начинает было гость, указывая на меня пальцем, но Тагир грубо его прерывает: