Таинственный Босх: кошмары Средневековья в картинах художника
Шрифт:
Нет надежных доказательств того, как выглядел Иероним Босх, а из предполагаемых портретов можно больше узнать о его славе, нежели о внешности. Однако даже если мы ничего не можем сказать о том, как он выглядел (хотя многие заявляют, что он изображен в качестве одной из фигур на собственных картинах), мы можем попробовать описать, во что он мог быть одет. [65] Будучи членом Братства Богоматери, на официальные церемонии он надевал мантию, цвет и фасон которой менялся каждый год 24 июня во время праздника Святого Иоанна Крестителя. К красной, фиолетовой или синей мантии крепилась серебряная табличка, на которой была высечена строка из Песни царя Соломона «Sicut lilium inter spinas» — «Как лилия среди шипов». [66] Мы можем обнаружить и другую деталь в его образе, ведь Босх был клириком. Он был женат, и, в отличие от священника или дьякона, не должен был соблюдать целибат. Но, тем не менее, так как он принадлежал к одному из четырех орденов клириков, его статус предполагал, что он должен пройти kruinschering (пострижение) как минимум несколько раз, чтобы доказать, что он сын Божий. [67]
65
Dijck 2001, 77–8.
66
Mosmans 1947, 78; Goertz 1977, 16; Harris 1996, 78; Unverfehrt 2003, 83.
67
Dijck 1973, 69–70; Unverfehrt 2003, 84.
Скорее всего, как и у большинства присягнувших, у Босха была своя религиозная должность. Он мог быть привратником и поддерживать порядок в церкви, или в качестве чтеца читать Библию во время священной службы; он мог быть экзорцистом или аколитом, работающим у алтаря. [68] В любом случае, мы можем быть уверены, что он обладал значительными познаниями в теологии. В его работах четко прослеживается знакомство с религиозной литературой, житиями святых и толкованиями мистических произведений. [69]
68
Unverfehrt 2003, 84.
69
Fischer 2009, 48–62.
В числе тысяч членов братства были сотни священников, людей из низшей знати и аристократов, представителей торговцев, аптекарей, докторов, ремесленников и администрации города. Только беднякам не предоставляли членство в Братстве, так как они не могли заплатить даже скромный административный взнос в размере семи стюверов. [70] Члены Братства преимущественно принадлежали к высшим слоям общества. Среди всех Босх был единственным художником, половина была священниками или магистрами, теологами, лекарями или юристами, получившими специальное образование. То, что Босх состоял в узком кругу привилегированных членов Братства Богоматери, является доказательством его образования и соответствующего общественного статуса. Братство не только доверило Босху заказ на декорирование Sint-Jan, собора Святого Иоанна в Ден Боше, но и открыло художнику доступ к потенциальным покровителям. Братство, сильно увеличившееся в 1500 году, стало сетью, связующей элиту священников и мирян, распространившейся далеко за пределы германских земель. В годы членства Босха (1488–1516) в состав Братства входило два епископа из Льежа, а также шесть старших братьев из других епархий. [71] Здесь присутствовали представители высоких должностей, даже члены судов Габсбургов и Бургундского двора. [72] Пфальцграф Роберт Баварский и маркграф Фридрих Баденский тоже были в числе Братства наряду с Диего де Гевара, стюардом Филиппа Красивого и Генрихом III Нассау, который мог быть заказчиком «Сада земных наслаждений» (иллюстрация 4 ). [73]
Сохранившиеся документы дают нам представление о повседневной жизни и праздниках в Братстве. Например, 10 марта 1510 года проходили похороны рыцаря Яна Бакса, чей герб был написан на щите помощниками Босха в 1503–1504 годах. После торжественной мессы присягнувшие члены отправились «парами из церкви в дом нашего брата Иеронима ван Акена, известного как Иероним Босх». [74] Нескончаемые напитки и угощения были подробно описаны в книге Eating and Drinking at the House of Jheronimus Bosch 2003 года, где упоминались даже рецепты блюд. [75] Ежедневная деятельность членов Братства была сформулирована очень четко и даже расписана по календарю. Неисполнение обязанностей, в которых клялись все Братья, влекло наказание. [76] Не сохранилось данных о том, нарушал ли Босх принятые на себя обязательства. Все указывает на то, что он был всецело поглощен церковной жизнью города, которая проникала во все аспекты его быта и творчества. [77]
70
Dijck 1973, 85–96; Unverfehrt 2003, 87.
71
Dijck 1973, 70, 79–81, 81–5, 444–6; Unverfehrt 2003, 86.
72
Dijck 1973, 70, 79–81; Unverfehrt 2003, 86.
73
Belting 2002, 71–84.
74
Marijnissen 1987, 13–14; Gerlach 1988, 48; Dijck 2001, 182; Fischer 2013, 289.
75
Unverfehrt 2003.
76
Dijck 1973, 70f., 178; Unverfehrt 2003, 86.
77
Unverfehrt 2003, 84.
Не сохранилось записей ни о причине, ни о дате смерти Босха. Он мог умереть от инфекционного плеврита, бушевавшего в то время в Ден Боше: согласно городским летописям, эта эпидемия унесла огромное количество жизней и была «сродни чуме». [78] Художника похоронили по христианскому обряду 9 августа 1516 года. В приходно-расходной книге Братства Богоматери зафиксирована стоимость похорон: «Отслужившему службу Вилхелму Хамекеру 1,5 стювера за пение и 0,5 стювера за присутствие. По одному стюверу диакону и иподиакону. По полстювера каждому из священников, певчих, чтецов, церковных служителей, могильщиков, звонарей, органисту». [79] Каждый певчий в хоре получил по оболу, и даже каждому присутствующему бедняку дали немного денег. В качестве своего взноса Братство подарило вдове черную ткань, которой покрыли алтарь, и установило памятник почившему. В книге, изданной ближе к концу XVI века, с указанием имен и гербов благословленных членов Братства, имя Иеронима Босха расположено под пустым местом, отведенным для герба, и подписано «seer vermaerd Schilder» — известный художник (иллюстрация 5 ). [80]
78
Cuperinus/Hermans 1846, 79; Dijck 2001, 186; Unverfehrt 2003, 60.
79
Marijnissen 1987, 14; Gerlach 1988, 48; Dijck 2001, 182; Fischer 2013, 289.
80
Marijnissen 1987, 14; Gerlach 1988, 48; Dijck 2001, 182; Fischer 2013, 289.
Глава третья
Религиозные дары
Все свидетельства указывают на то, что Иероним Босх был образованным и религиозным человеком: его имя часто упоминается в числе благотворителей Католической церкви, некоторые свои работы он создавал не для продажи — например, полотняная драпировка, которую он создал для бедняков в 1487 году в Geefhuis (Доме дарений — доме «Картины Святого духа»). [81] Художник обновил светильник из оленьих рогов, расписанный почти пятьдесят лет назад его дедом Яном ван Акеном. [82] В 1488 году Братство наняло плотника, чтобы тот изготовил створки для вырезанного Адрианом ван Везелем алтаря, который в то время расписывал Иероним. [83]
81
Dijck 2001, 174; Fischer 2013, 288; for the ‘Geefhuis’ see Kappelhof 1981, 1–54.
82
Vink 2001, 102f.
83
Vink 2001, 103f.
Позже Босх не прекратил помогать церкви. В 1491–1492 годах, к примеру, он закончил работу, на которой значились имена присягнувших членов Братства. [84] Два года спустя для братства был заказан витраж у мастера по стеклу Виллема Ломбарта. Дизайн был придуман «художником Иоеном» — Иеронимом Босхом — который помогал Ломбарту и следил за его работой. Двадцать стюверов были выделены за несколько старых покрывал, которые «художник Иоен должен был использовать для рисунка». [85] Выше мы упоминали, что за плату помощники Босха в его мастерской расписали металлический щит рыцаря Яна Бакса и двух других членов гильдии (1503–1504 гг). Также был оплачен триптих «Страшный суд», заказанный Филиппом I Красивым в 1504 году. В 1508–1509 годах Братство обратилось за советом к Иерониму и архитектору Яну Хейнсу относительно позолоты и росписи алтаря, который еще не был готов. [86] Возможно, речь шла об Алтаре Богоматери Адриана ван Везеля. Очевидно, что такая дорогостоящая задумка не была одобрена. Вместо этого позже были засвидетельствованы два более мелких заказа. В 1511–1512 годах Босх получил вознаграждение за дизайн креста vanden cruce. [87] К сожалению, нет никаких записей, дающих представление о том, как он выглядел. Как предполагают многие эксперты, это был набросок вышивки для ризы. Помимо этого свидетельства, упоминание о кресте vanden cruce не встречается больше нигде, так же как и о медном светильнике, за создание которого в 1512–1513 годах заказчики готовы были заплатить Босху «столько, сколько он пожелает». [88]
84
Marijnissen 1987, 12; Gerlach 1988, 45; Dijck 2001, 175; Fischer 2013, 288.
85
Marijnissen 1987, 12; Gerlach 1988, 45; Dijck 2001, 176–7; Fischer 2013, 288.
86
Marijnissen 1987, 13; Gerlach 1988, 48; Dijck 2001, 182; Fischer 2013, 289.
87
Marijnissen 1987, 14; Gerlach 1988, 49; Dijck 2001, 183; Fischer 2013, 289.
88
Marijnissen 1987,14; Gerlach 1988, 49; Dijck 2001, 183; Fischer 2013, 289.
После смерти художника его картины еще долго показывались в Ден Боше, в том числе в часовне Братства Богоматери и в нескольких алтарях собора Святого Иоанна. Как описывает Жан-Батист Грамае в 1610 году, эта церковь была украшена пятьюдесятью алтарными картинами, «которые ничуть не уступали скульптурам Праксителя и изображениям Апеллеса». Самая ценная из них располагалась в верхних хорах — Священный алтарь Святой девы Марии, Святой Екатерины и Святой Варвары. Роспись верхних хоров и большого алтаря Богоматери (в часовне Братства), созданная Босхом, сохранилась до наших дней. На картинах показано сотворение мира за шесть дней, а также легенда об Авигее, которая скромно вручает свои дары Давиду в качестве извинения за нанесенное ее мужем оскорбление. На маленьком алтаре художник изобразил поклонение волхвов. Алтарь архангела Михаила изображает осаду Ветилуи, убийство Олоферна, драки и распри ассирийской армии, победу Юдифи, а также триумф Мардохея и Есфири и радость освобожденных еврейских народов. [89]
89
Gramaye 1610, 13 (recte 21).
Несколькими годами позже, в декабре 1615 года часть этих картин подверглась критике в связи с одним официальным визитом. Обнаженные фигуры на изображении сотворения мира были признаны чересчур откровенными. [90] В финансовых документах города числится платеж от 4 января 1671 года служителю церкви Святого Иоанна, которому заплатили 75 гульденов за створки главного алтаря. [91] Что было потом — неизвестно. Городской совет купил работы Босха, которые все-таки пережили противостояние с иконоборчеством, что свидетельствует о том, что их художественная ценность была не меньше религиозного значения. Главный алтарь Доминиканского монастыря в Брюсселе в XVII веке был украшен запрестольными образами Босха, и раз в год там проводилась служба за упокой души художника. Эта работа тоже бесследно исчезла, но существует запись о том, как Мишель ван Опховен тщетно пытался купить ее за 100 гульденов после своего назначения первым епископом Ден Боша 22 июня 1626 года. [92] Через несколько лет работа пропала.
90
Gerlach 1988, 59–60; Vink 2001, 102.
91
Gerlach 1988, 60.
92
Vandenbroeck 2002, 326–7, 399, note 1411.
Сегодня существует мнение, что картины в алтаре Богоматери, которые Грамае назвал «отображающими неординарное искусство Иеронима», сохранились. [93] На одной из них показан Иоанн Креститель в пустынной местности в лесу (иллюстрация 6 ), на другой — Иоанн Богослов, которого во времена Босха считали автором Книги откровений (иллюстрация 7 ). Логично предположить, что эти картины были створками алтаря, так как на их обратной стороне тоже есть изображения (иллюстрация 8 ). [94] Возможно, эти работы, написанные в серых и голубых тонах в технике гризайль, когда-то были внешней частью створок, прикрывающей раку с мощами. В центре картины изображен пеликан, которого окружает овальный пейзаж открытой, но туманной местности, а вокруг него расположена серия сцен из Страстей Христовых.
93
J. Koldewij, in Koldeweij 2001; Vink 2001, 101; Wattel 2001, 13; Fischer 2009, 90.
94
Fischer 2013, 242.
Во времена Средневековья Страдания Христа часто символизировала фигура пеликана. Так, «Физиолог», ранний христианский сборник сведений о животных, представил ошибочное описание пеликана и религиозную интерпретацию его поведения. [95] Считалось, что это птица в порыве гнева убила свое потомство, а через три дня, раскаявшись, разорвала себе клювом грудь, чтобы оживить своих детей кровью. Также поступил и Христос, подарив вечную жизнь человечеству, принеся себя в жертву.
95
Physiologus vi.
Медальон с изображением Страстей Христа и пеликан изображены на темном фоне, и при ближайшем рассмотрении на картине оживают ужасные существа. На внутренней части створки нарисован Святой Иоанн, сосланный на остров Патмос, здесь Босх изображает святое писание как пророческое видение происходящего. Одно из этих откровений — «жена, облеченная в солнце, под ногами ее луна, а на главе ее венец из двенадцати звезд» (Откровение 12:1). В соответствии с принятой в те дни теологической интерпретацией этого видения, Босх таким образом демонстрирует явление Богоматери в виде небесного сияния. Ангел указывает на это Иоанну который прекращает писать. Его взгляд устремлен вверх, поэтому он не видит, что происходит у него под ногами. Орел в левой части картины (птица, символизирующая Иоанна Богослова) смотрит на похожее на демона существо, изображенное в правой части картины. Оно подняло напоминающие обрубки руки, выпустив крюк, возможно, чтобы украсть письменные принадлежности Богослова, лежащие на земле. В ряде голландских картин с изображением этого святого запечатлены демонические существа, застигнутые за этим постыдным занятием. [96]
96
Marijnissen 1987, 287; Silver 2006, 206.