Чтение онлайн

Я несколько раз глубоко дышу, чтобы успокоиться. Бабушка строго запретила мне посещать туалеты на первом этаже, а последнее, чего я хочу, – это рассердить миссис Гримторп своим пренебрежением к правилам, из-за которого с меня могут снять шкуру, что звучит крайне неприятно.

Я направляюсь в переднюю и замираю под ледяными осколками модернистской люстры. Возможно, если я воспользуюсь туалетом наверху, все свидетельства моего присутствия припишут мистеру Гримторпу или его секретарю. Я на цыпочках поднимаюсь по главной лестнице – ступени скрипят от каждого моего шага. Лестница ведет к небольшой площадке у окна, а затем вздымается дальше, на второй этаж. Я добираюсь до самой ее вершины и смотрю на длинный коридор, оклеенный темными обоями, которые должны казаться красивой парчой, а кажутся сотнями прищуренных глаз, наблюдающих за каждым моим движением.

Я иду по коридору, а свет над моей головой включается, как по волшебству. Прохожу одну роскошно обставленную спальню за другой, быстро заглядывая в каждую: в одной – кровать с балдахином, в соседней – старинная латунная кровать, словно из фильма «Набалдашник и метла» [9] . Наконец я нахожу туалет, где закрываю за собой дверь. Сделав все необходимое, я намыливаю и мою руки под водой из золотых кранов, вытираюсь полотенцем для рук, настолько мягким, что оно похоже на облачко. Открыв дверь, я с чувством огромного облегчения покидаю уборную.

Я знаю, что мне следует спуститься по лестнице и вернуться к чистке серебра, но, глядя в коридор, вижу открытую дверь, что ведет в просторную комнату, от которой у меня перехватывает дыхание. Это библиотека, бабушка уже описывала мне ее, но ничто не могло подготовить меня к тому, чтобы увидеть ее в реальной жизни. Даже издалека я вижу, что она от пола до потолка заставлена книжными полками, на которых виднеются дорогие кожаные корешки, красные и синие, зеленые и золотые.

Бывают дни, когда мои ноги меня не слушаются, и сегодня как раз такой день. Ноги крадутся на цыпочках по коридору, верхний свет манит меня вперед. Прежде чем я это осознаю, я оказываюсь на пороге впечатляющей библиотеки. В углу вблизи окна стоит бархатная кушетка, а рядом с ней лампа для чтения в виде застывшей в танце медной нимфы, которая придерживает абажур. Высокая лестница с колесиками прислонена к дальней стене. Благодаря ей я могла бы добраться даже до самых верхних полок.

Очарованная, я переступаю порог. Некоторые из этих книг я видела в публичной библиотеке, о других слышала там же. Здесь есть и новые для меня книги, в том числе с именем Джей Ди Гримторпа на корешках: «Секрет покойника», «Яд и наказание», «Таинственный гость». Я протягиваю руку и провожу кончиками пальцев по полке с кожаными обложками ослепительных оттенков. «Граф Монте-Кристо», «Сказки братьев Гримм», «Поворот винта» [10] … И хочется мне теперь лишь одного: вынуть какую-нибудь из них, свернуться калачиком на кушетке и затеряться меж страниц.

Клац-клац-клац-клац-клац.

Печатные клавиши снова звучат, теперь намного ближе. Именно тогда я вижу это: тонкий луч света из трещины внизу ближайшей, заставленной книгами стены. Я приближаюсь к лучу.

Тут я слышу шаги. Кто-то расхаживает по другую сторону стены.

– Бессмысленная переменная! Чепуха, все чепуха. Чума на оба ваших слова! – рычит и хрипит мужской голос.

Шаги переходят в топот, затем что-то стучит по полу. Я чувствую вибрации под своими ногами.

Тень падает на лучик света на половицах. Я делаю несколько неуверенных шагов ближе к стене, и доски под моими ногами поскрипывают.

– Кто здесь?! – слышу я оглушительный рев.

Я слишком молода, чтобы иметь проблемы со слухом, и мои уши не могут ошибиться: то звучит злобный голос кровожадного тролля.

– Отвечайте! – требует тролль.

Меня охватывает дрожь, ведь я вижу его мысленным взором – горбатого и волосатого, с торчащими клыками и налитыми кровью глазами. Он схватит меня за завязки фартука и сунет мое извивающееся тело прямо в свой зияющий, ненасытный рот.

Я не двигаюсь, не бросаюсь бежать и даже не пытаюсь выяснить больше, потому что, как говорит бабушка, любопытство сгубило кошку, и в данном случае кошкой я быть не хочу.

В комнате становится тихо, так что я чувствую ужасное облегчение. Но тут мои ноги снова действуют сами. Внезапно я крадусь вперед, приседаю. Мне не совладать с собой. Я растягиваюсь на полу горизонтально, чтобы через зловещую трещину в стене можно было заглянуть в соседнюю комнату, на сколько хватит глаз. Я подбираюсь все ближе и ближе к трещине, пока… чужой глаз – стальной синий глаз тролля – не впивается в меня с другой стороны стены.

– А-А-А-А-А! – кричу я, и адреналин расходится по всему моему телу.

Торопливо поднявшись, я выбегаю из библиотеки и несусь по длинному коридору, как раз чтобы услышать, как распахивается входная дверь поместья и миссис Гримторп приказывает бабушке внести сумки с улицы.

Я мчусь вниз по главной лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, застываю, запыхавшаяся, у входа и всеми возможными способами стараюсь сделать вид, что все как обычно.

– Молли? – говорит бабушка, ставя на пол охапку пакетов с покупками. – Выглядишь так, словно привидение увидела.

Я цепляюсь за перила в отважной попытке вернуть себе здравомыслие.

– Не привидение. Не совсем.

Мне снится, как я брожу по заколдованному лесу недалеко от нашего пряничного домика.

«Что ты делаешь?» – спрашивает меня странного вида овца.

«Собираю целебные травы для бабушки», – отвечаю я.

«Тогда поспеши, пока еще не поздно», – говорит овца и убегает дальше по тропе.

Когда я возвращаюсь в пряничный домик, бабушка лежит в постели, плотно натянув одеяло до самого подбородка.

«Я добыла лекарство! Все будет хорошо».

«Ты опоздала», – отвечает мне бабушка.

Только тут я понимаю, что в постели не бабушка, а тролль, мистер Гримторп, завернутый в овечью шкуру и с белым чепцом на голове.

«Нет! – кричу я. – Вы умерли! Прочь от меня и больше не возвращайтесь!»

Он начинает смеяться глубоким маниакальным смехом. Как раз в тот момент, когда он готовится выпустить когти и схватить меня, я просыпаюсь от звонка телефона на прикроватной тумбочке.

Я не та девочка из кошмара, а взрослая женщина в собственной постели.

Провожу пальцем по экрану, принимая звонок.

– Алло? – задыхаюсь я.

– Молли, – говорит Хуан Мануэль, – ты будто бы только с пробежки.

– Я спала, – отвечаю я, вся в поту и в растерянности.

– Прости, что разбудил тебя, mi amor. Просто хотел пожелать тебе доброго утра и напомнить, что пора просыпаться, начинается новый день.

Он цитирует бабушку. Я рассказывала ему, как она здоровалась со мной, еще маленькой девочкой, каждое утро, распахивая шторы. «Проснись и пой! Начинается новый день», – звенел ее голос, яркий и веселый, как у певчего воробушка. Бабушка умерла еще до того, как Хуан Мануэль смог с ней встретиться, и все же (я никогда полностью не пойму, каким образом) часть ее как будто бы оживает в нем так же, как она живет во мне. Это правда, в любой день приносящая мне утешение.