Чтение онлайн

– По одному за каждый день моей отлучки, – сказал он. – И еще пара поцелуев про запас. Уверена, что справишься без меня?

– Ну конечно. Что может пойти не так?

Итак, несколько дней назад Хуан сел в свой самолет, а я осталась и занялась приготовлениями к мероприятию Гримторпа.

Этим утром я пружинистой и нервной походкой шла к месту знаменательного события, одновременно радостная и беспокойная. Завернув за угол последнего квартала в деловом центре, я сразу увидела наш отель.

Вот и он, «Ридженси гранд», величественный и неподвластный времени, особенно на фоне наскучивших глазу современных бизнес-центров и безвкусных рекламных щитов. Невысокий ряд ступенек, ведущих к роскошному портику отеля, устилала красная ковровая дорожка. Ослепительно сияющие латунные перила обрамляли вход за сверкающими вращающимися дверями.

Лобби наводняли болтливые постояльцы с багажом на буксире, а также репортеры и авторы подкастов, тащившие через главный вход свое оборудование в ожидании главного события этого утра.

На полпути к лестнице, на площадке перед портиком, стоял мистер Престон, с давних времен швейцар «Ридженси гранд», одетый в представительную фуражку и длинную ливрею, украшенную гостиничными галунами.

– Доброго утра тебе, Молли, – сказал мистер Престон, когда я приблизилась к стойке швейцара. – Сегодня важный день.

– Да, это так, – ответила я. – Но мы к нему готовы. Вы уже видели чайную? Она великолепна.

– Согласен, – кивнул он. – Послушай, Молли. Я тут подумал, что отъезд Хуана Мануэля не помешает нам с тобой собраться для традиционного воскресного ужина. Зачем кому бы то ни было из нас ужинать в одиночестве? Кроме того, я хотел кое о чем с тобой поговорить.

– Воскресный ужин – звучит заманчиво, – ответила я. – Но давайте посмотрим, как пройдет неделя. В отсутствие Хуана Мануэля я буду очень занята и не могу пообещать, что справлюсь без него вовремя.

Мистер Престон снова кивнул и улыбнулся:

– Понял тебя. Я знаю, как много ты работаешь, и, конечно же, не хочу тебя обременять.

Традицию воскресных ужинов с мистером Престоном мы соблюдаем уже несколько лет. Раз в неделю мы собираемся все вместе за уютным кухонным столом в нашей квартире и отмечаем встречу, поднимая бокал за еще одну успешную, с блеском завершенную рабочую неделю. Готовим мы без изысков, но зато во время ужина обычно рассказываем друг другу истории о странных случаях, происшедших на неделе, – и следует отметить, что в «Ридженси гранд» странности – часть обыденности. Фактически не далее как в прошлое воскресенье я развлекла Хуана и мистера Престона подробным описанием номера 404, который мы с Лили вычищали буквально тем утром.

– Номер был просто завален мусором, коробками и папками, – рассказывала я, – настоящая крысиная нора. Кто бы ни занимал этот номер, он копит пожизненный запас шампуней «Ридженси гранд». Представляете, сотни миниатюрных флакончиков!

– И все это, чтобы просто принять душ? – спросил Хуан Мануэль.

– Флаконы обнаружились даже не в душе, – ответила я, – а наверху мини-бара рядом с горой закусок и большой банкой арахисового масла, открытой, с торчащей изнутри ложкой из нержавеющей стали.

Мистер Престон и Хуан рассмеялись, а затем подняли бокалы шампанского, притворившись, что оно было разлито во флакончики с шампунем «Ридженси гранд».

Вынырнув из воспоминаний, я взглянула на мистера Престона, стоявшего на красной ковровой дорожке. В его волосах прибавилось седины, на лице появилось больше морщин, но даже так он по-прежнему справляется со своей работой. Я всегда питала нежность к этому человеку. На протяжении многих лет он был исключительно добр ко мне, а еще знал мою бабушку. Давным-давно, задолго до моего рождения, мистер Престон был бабушкиным кавалером – то есть ее парой, возлюбленным, – но родители бабушки наложили вето на этот союз. В итоге мистер Престон женился на другой, у него появилась семья. Но свою дружбу он и бабушка сохранили. Она любила его до самой смерти, притом что дружила с его женой Мэри. Но теперь, когда Мэри мертва, а Шарлотта, его умница-дочь, которая так выручила меня после гибели мистера Блэка, живет далеко, мне любопытно, не чувствует ли мистер Престон себя одиноко. Возможно, именно поэтому наши воскресные ужины так важны для него. В последнее время он проявляет заботу больше обычного, и я не знаю почему.

– Если сегодня что-то пойдет не так, просто знай, что я здесь, – сказал он, по-прежнему стоя на лестнице, покрытой красной ковровой дорожкой. – В мире очень мало такого, чего я не сделал бы ради тебя, Молли. Не забывай об этом.

– Спасибо вам, – ответила я. – Вы замечательный коллега, мистер Престон.

Попрощавшись, я прошла сквозь вращающиеся двери «Ридженси гранд», ведущие в великолепное лобби. Даже после всех этих лет у меня перехватывает дыхание от вида итальянских мраморных полов, натертых мастикой с запахом лимона, золотой балюстрады парадной лестницы со столбиками в виде змей, бархатных диванов, повидавших немало тайных свиданий и прочих секретов.

В лобби было очень оживленно, и консьержи на ресепшене, похожие в своих черно-белых костюмах на изящных маленьких пингвинов, перенаправляли носильщиков и постояльцев в нужные номера. Посреди лобби в украшенной золотой раме красовалась огромная вывеска, которую я еще вчера отполировала до блеска, оставив ее мерцать, сверкать и сиять:

Нельзя было терять ни минуты, еще столько всего следовало подготовить. Я бросилась по лестнице к подвалу с рабочими помещениями. Узкие коридоры с низкими потолками, освещенные флуоресцентными лампами, являли собой целый лабиринт с комнатушками, включая прачечную, кладовые, душную кухню и, конечно же, мои излюбленные комнаты для прислуги.

Я прошла прямо к своему шкафчику. На дверце меня уже ждала облаченная в тонкий полиэтиленовый чехол униформа – невероятно красивая. О, как мне нравится моя униформа горничной – крахмальная белая блузка и облегающая черная юбка-карандаш из эластичной лайкры, ткани, благодаря которой я могу сколько угодно нагибаться и тянуться, ведь именно из этого состоит рабочий день любой трудолюбивой горничной.

Не теряя ни минуты, я переоделась и с гордостью прикрепила над сердцем значок старшей горничной. Я взглянула на себя в напольном зеркале, пригладила несколько непослушных темных прядей, что выбивались из аккуратно уложенного каре, и пощипала щеки до разбавившего бледность румянца. Довольствуясь увиденным, я заметила в зеркале позади себя кого-то еще. Там отражался мой двойник – Лили, живое воплощение идеальной горничной. На ней уже была опрятная униформа, ее значок с надписью «горничная-стажер» был приколот так же, как и мой, аккуратно и ровно, прямо над сердцем.

– Ты рано. – Я повернулась к ней лицом.

Лили кивнула.

– Ты пришла пораньше, чтобы помочь мне?

– Да, – тихо произнесла она.

– Моя дорогая девочка, – обрадовалась я. – Ты просто сокровище! Давай приступим к работе.

Мы вместе направились к двери, но проход нам преградила грушевидная фигура Шерил, бывшей старшей горничной. Шерил, которая ничтоже сумняшеся терла раковины постояльцев той же тряпкой, которой отмывала их унитазы. Когда-то она была моей начальницей, но я никогда бы не причислила ее к наставникам. Мистер Сноу понизил ее после фиаско с мистером Блэком, а освободившееся место отдал мне.