Чтение онлайн

Я хватаю бабушку за руку.

– Ну-ну, – говорит она. – Все будет хорошо.

Для бабушки, которая давно служит горничной у Гримторпов, это всего лишь очередной рабочий день, но для меня это первый визит. Годами бабушка описывала мне это поместье: и его гостиную, наполненную сокровищами из заграничных книжных турне мистера Гримторпа либо из его семейной коллекции; абстрактную живопись в главном коридоре, которую бабушка назвала «буржуазными кляксами»; а совсем недавно она рассказала, что за кухней недавно ремонтировали зимний сад и там есть автоматические жалюзи, поднимающиеся и опускающиеся по хлопку.

– Это еще что, – сказала однажды бабушка, когда я потребовала подробностей. – Свет в коридоре наверху включается и выключается, когда кто-то входит или выходит.

– И не нужно щелкать выключателем? – удивилась я.

– Нет. Само поместье будто знает, где ты находишься.

Звучало сверхъестественно, волшебно, едва ли не сказочно. И хотя бабушка расписала мне детали, до сих пор я не видела это поместье своими глазами. Неудивительно, что я чувствую себя космонавтом, впервые высадившимся на Марс. Как бы то ни было, мне гораздо лучше здесь и с бабушкой, а не в школе, где я должна быть в будний день.

Собственно, сюда мы ехали как раз из школы. Сегодня утром бабушку еще до занятий вызвала к себе моя учительница, мисс Криппс, протесты которой не помешали бабушке привести на встречу и меня. Встреча с учительницей проходила в кабинете директора, где я уже бывала больше раз, чем мне бы хотелось. Мисс Криппс села за большой деревянный стол директора, а мы с бабушкой – на жесткие стулья перед ним.

– Спасибо, что пришли, – сказала мисс Криппс.

Я представляю ее лицо с натянутой улыбкой, которую я не могла расшифровать. Мисс Криппс казалась мне по-настоящему вежливой. Но теперь-то я знаю, что она не такая.

– Образование внучки – мой высший приоритет, – сказала бабушка; но, прокручивая в памяти этот эпизод, я замечаю, что свои сложенные руки бабушка специально положила на стол – этот едва заметный жест означал мольбу и желание защититься.

– Позвольте поинтересоваться, а где же мать Молли? – спросила мисс Криппс. – Не то чтобы я против общаться с вами, но вас и Молли разделяет целое поколение.

– Молли живет со мной. Я ее опекун. Юридически я за нее отвечаю.

Я собиралась указать бабушке, что она не ответила на вопрос учителя, чем мисс Криппс была явно недовольна, но, не успела я открыть рот и заговорить, рука бабушки упала мне на колено – и почему-то заготовленная речь застряла в горле. Припомнив «Песенку скелета» о том, как кости стопы связаны с костями ноги и так далее, я тихо пропела все куплеты, но так и не поняла, как связаны язык и коленные чашечки.

Тем временем мисс Криппс вела вежливую беседу с моей бабушкой.

– Я знаю, что вы очень заняты, миссис Грей. Вы ведь замужем, не так ли?

– Называйте меня «мисс Грей», – поправила бабушка.

– Молли говорила мне, что вы все еще не на пенсии. Должна сказать, это впечатляет – в таком-то возрасте.

Бабушка кашлянула.

– Вопрос вот в чем, – продолжила мисс Криппс. – До конца учебного года всего несколько недель, и сейчас мы думаем, как распределить учащихся по классам в новом году.

– Такая заблаговременность – это мудро, – ответила бабушка. – Молли не терпится узнать, кто будет ее новым учителем, не так ли, Молли?

– Не терпится, – кивнула я. – Хотелось бы и новых одноклассников.

– В том-то все и дело, мисс Грей, – продолжала мисс Криппс, будто не замечая меня. – Я пришла к трудному решению, что Молли лучше остаться на второй год. Боюсь, ее успеваемость не соответствует нашим образовательным стандартам.

Бабушка поерзала на стуле, переводя взгляд с меня на мисс Криппс.

– Не понимаю, – проговорила она. – В ее табеле об успеваемости проставлены неплохие оценки.

– Да, учится Молли удовлетворительно. Ее знание языка, способности к чтению намного превосходят таковые у ее сверстников. Порой она даже забегает вперед, поправляя одноклассников и пополняя их словарный запас.

– Такая уж она, моя Молли. – Бабушка подавила смешок.

– Но вы же понимаете, что она… не такая, как все.

– Нельзя не согласиться, – кивнула бабушка. – Таких девочек больше нет. Но замечали ли вы когда-нибудь, мисс Криппс, что все мы разные, но все равно одинаковые?

Теперь пришла очередь мисс Криппс уклоняться от вопроса. Вместо ответа она произнесла:

– Молли плохо социализирована. Она так и не завела друзей в школе, в общении она полный ноль. Мисс Грей, я бы охарактеризовала социальные навыки Молли как… примитивные.

– Примитивные, – повторила я. – П-Р-И-М-И-Т-И-В-Н-Ы-Е. Примитивные.

Я ждала, что бабушка одобрит мое знание орфографии, но та ничего не сказала. Вместо того чтобы радоваться, что я знаю написание слова, она была на грани слез.

Я хотела сказать ей, что все будет хорошо и что это слово я услышала в документальном фильме Дэвида Аттенборо [7] , когда мы вместе смотрели его несколько недель назад. Фильм был про обезьян, это удивительные животные, которых так часто недооценивают. Они применяют примитивные орудия труда себе на пользу не только в лабораториях и зоопарках, но и в дикой природе. Это же замечательно!

– Мисс Грей, – сказала мисс Криппс, – на днях Молли отругала одноклассника за то, что тот жевал с открытым ртом. У нее есть привычка стоять вплотную к ученикам младших классов, и это их пугает. Она настаивает, что школьного уборщика зовут «сэр Уолтер из Швабрляндии». Иногда Молли прячется в туалетной кабинке и отказывается выходить. Вы поймите, она и ее сверстники вовсе не на одном уровне.

Бабушка выпрямилась на стуле.

– Я полностью согласна. Она иного уровня, нежели другие дети. Молли, – сказала бабушка, поворачиваясь ко мне, – отчего ты прячешься в туалете?

– От грязи, – ответила я как ни в чем не бывало.

– От грязи? – повторила бабушка, и я была так горда, что смогла различить аккуратный вопросительный завиток в конце ее фразы, означавший, что она хочет подробностей.

– Другие дети пригласили меня поиграть в футбол на переменке. Я согласилась побыть вратарем и только потом заметила от штанги до штанги лужу грязи. Когда я отказалась стоять на воротах, мои товарищи по команде схватили меня, и держали, и черпали грязь моей же обувью. Я стала кричать, но меня всю облили грязью и сказали, чтобы я привыкала. «Нечего бояться грязи», – говорили они.

Бабушка слушала меня с открытым ртом. Безмолвствуя, она повернулась к мисс Криппс.

– Дети есть дети. Они не желали вреда, – пояснила мисс Криппс. – К тому же Молли нужно как-то учиться.

– У меня нет возражений по последнему пункту, – ответила бабушка. – Но разумеется, Молли не должна учиться таким образом, а ее сверстники не должны ее учить.

Это она интересно сказала. Должна признать, до этого момента мне и в голову не приходило, что мои одноклассники тоже могут быть моими учителями. В моих глазах такой подход к образованию был весьма сомнительным. Чему должно было научить меня макание головой в унитаз время от времени или чужие плевки в мой пенал? Или прозвища вроде Двинутой Молли, Мисс Чистюли, Пылесосины и самое обидное – Чудно`й Моли?