Чтение онлайн

Среди рабов были и орки, причём всегда не орки Леса Шершней. Однако в большинстве случае орки, попадая в Лес Шершней, имели хорошие перспективы войти в тот клан, к которому попадутся. Так что такие орки были скорее исключением, чем правилом.

Капралы провели предварительную работу. Многие вообще не отвечали на вопросы.

Ближе к вечеру, когда их покормили и переодели (хвала запасливости гномов, у нас были некоторые запасы одежды), я посетил ту часть лагеря, где обретались наши «бедолаги».

Я забрался на выставленные вместе четыре бочки как на трибуну и похлопал в ладоши, чтобы привлечь внимание.

Толпа мгновенна повернулась ко мне и как по команде затихла. Тишина стала почти осязаемой. Толпа ждала. Ждала приговора, новых приказов, чего угодно. Я набрал в грудь воздуха.

— С этой минуты все вы свободны.

Мои слова упали в тишину, как камень в болото. Ни всплеска, ни волн. Только недоумение. Бывшие рабы лишь моргнули, да переглянулись. Они не поняли. Или не поверили.

— Я выкупил вас у орков не для того, чтобы занять место ваших прошлых хозяев, — сказал я, и мой голос прозвучал жёстко, почти зло. — Я ненавижу рабство. Я считаю его отвратительным и оскорбляющим как раба, так и рабовладельца. Живи свободным, умри свободным. В Штатгале для рабства нет места.

Гномы поняли, им объяснили это свои и заранее. Эльфы тоже поняли, даже те, кому не поясняли. Многие гномы и эльфы пожелали вступить в Штатгаль, хотя и не все.

— Я не лгу и не шучу. Это не ловушка. Мы вас пару дней покормим, потом сформирует караваны, которые выйдут за пределы леса и вы пойдёте в направлении Эклатия, на юг. Любой, кто хочет уйти, может это сделать. В дорогу вам выдадут еды на три дня пути. Я понятно объясняю?

В толпе вспыхнули сотни разговоров, негромких, шёпотом, они всё ещё боялись говорить в полный голос. В разговорах смешались недоверие, растерянность и робкая, слабая надежда.

— Но, — я снова сделал паузу, давая им сфокусироваться на мне. — Есть и другая возможность. Альтернатива.

Я обвёл взглядом собравшихся:

— Вы можете остаться. Не как рабы или пленные, а как свободные. Кто захочет — может присоединиться к нам и завербоваться в Штатгаль. Я сейчас подчеркиваю, мне нужны только добровольцы. Вы обрели свободу и не так-то просто снова отдавать её. С вами пообщаются вербовщики и расскажут про условия. Но в целом, служба в армии, которая активно воюет, причём воюет с родным для большинства из вас Бруосаксом — это не сахар. Хорошенько подумайте, потому что дороги назад не будет.

Я видел, как они напряглись, ожидая красивых обещаний. Я не собирался их давать. Тут не предвыборная компания, ничего общего.

— Я не буду вам врать. Тех, кто завербуется, ждёт тяжёлый труд. Марши, подъёмы, отработка приёмов, беспощадная дисциплина. Постоянный риск смерти. Некоторые из вас не увидят конец войны.

Я видел, как угасает надежда в некоторых глазах. Отлично. Мне не нужны были мечтатели и фантазёры. Мне нужны были реалисты.

— Но те, кто выживет, получат равенство. Не на словах. На деле. В моей армии не имеет значение раса или даже отсутствие точного определения таковой. Бывший раб или бывший дворянин. Имеет значение только то, что ты умеешь делать, и чтобы ты сделал это хорошо. Решайте сами. У вас есть сутки, чтобы подумать, пообщаться с капралами, позадавать вопросы. Через сутки вы дадите ответ. После этого вас сепарируют на тех, кто остаётся и тех, кто уходит. Решайте с умом.

…

Многие не стали ждать. Конечно, тут каждый первый был худой как жердь и тем не менее, они стали собираться в толпу, один из них повернулся ко мне, поклонился и закричал:

— Мы хотим вступить в Вашу армию, милорд!

— Что, вот так сразу? — скептически спросил я.

— Да, Ваша милость, светлость, ээээ… генеральское высочество.

— Собирайтесь отдельно, но у вас всё равно есть сутки на «охлаждение».

Бараков не было, Зойд выделил им отдельный угол, и они получили свою пайку, равную для всех, рекруты они или нет.

…

Остаток дня я потратил на обход долины.

Гномы, не будь дураки, пробивали проходы. Конечно, когда уровень местности плясал, как стакан в руке пропойцы по утру, дороги особенно не проложишь. Но гномы народ упорный.

Проходы и логистика — это основа основ, я это понял во время обороны Каптье. Недостатки численности можно нивелировать маневрированием, для чего ко всем границам долины пробивались прямые (по возможности) проходы — широкие и узкие, для тайных проходов разведки.

В принципе, мы были готовы вычистить всю долину, но пока ограничивались радиусом в четыре сотни метров.

Сапёры даже нашли участки ровные, с минимум камней и предложили, что тут в стародавние времена были огородики.

Я сельским хозяйством на пустоземье заниматься не спешил, информацию просто принял к сведению.

Камни собирали, стены восстанавливали, брёвна заготавливали в каком-то титаническом масштабе. Отряды с лопатами (лопаты в мире Гинн были деревянными, Мурранг мне пробовал объяснить, почему — я не понял, просто поверил) и мотыгами, тачками, изготовленными умелыми руками, вычищали от мусора, наносов и завалов помещения крепости.

Хорошее планирование, хорошая мотивация и наша крепость не обещала стать долгостроем. Солдаты понимали, что стены мы тут строим не из любви к фортификациям, а по очень практическим причинам.

Работа кипела.

«Босс, тут рабы задают вопросы, а почему мы их не эксплуатируем, не бьём и не заставляем работать на рубке леса или земляных работах», — ко мне через Рой обратился Фомир.

«Без сопливых гололёд»… Скажи им, это противоречит нашей идеологии, а что такое идеология, не объясняй! И вообще, не понятно, чем эти черти чумазые не довольны? Кто чувствует в себе силу и так пойдёт в учебные роты, а кто не чувствует, тот пусть валит на все четыре стороны'.

« Ладно, сошлюсь на волю богов. Так проще всего, босс. А то это мы с тобой давно знакомы, а они в первый раз видят».

«И в последний, надеюсь».

Утром мы и правда завербовали почти сотню «добровольцев». Состояние у них было аховое, но берём какие есть. Совсем нетрудоспособных среди рабов не было.

Утром, после сепарации, тем, кому по словам Зульгена можно без риска здоровью идти, толпу рабов повели к Сосновому тракту, а оттуда к южной границе леса, в направлении Эклатия.

Но та толпа, что привели вчера, не оказалась единственной. Орки разных кланов продолжали вести всё новых и новых пленников, включая откровенных стариков.

— Хайцгруг, а пошли-ка со мной.

Капитан кивнул своим подчинённым (а Первый полк тоже выполнял строительные работы, как и почти все прочие соединения) и пошёл со мной.

— Что, командор? — нахмурился орк.

— А есть у меня одна догадка, мне нужна твоя подстраховка.

Мы подошли как раз к моменту, когда закупщики разложили оружие, чтобы выкупать рабов у орков. В группе «рабов» было два таких старика, которые мне показались шибко подозрительными.