Чтение онлайн

В этот момент я увидел, как он меняется.

Исчез испуганный юноша, который приплыл в Порт-Арми.

Может быть, его и отправила родня на войну, чтобы он погиб. Исчез романтик, мечтавший о подвигах. Перед мной стоял молодой политик. Он смотрел на серебро не как на сокровище, а как на инструмент.

Он видел в этом ящике наёмников. Он видел оружие. Он видел власть, которую можно купить в его родном Умаре, где сейчас, вероятно, уже начинается подготовка к грызне за трон.

— Сто тысяч, — пробормотал он и я понимал, о чём он.

Наш с ним договор существовал в двух вариантах. В одном из них цена на услуги умарцев была занижена и всё равно выше, чем если бы его наняли бруосакцы. И это, не говоря о том, что если бы он выступил против меня, то его кости давно бы удобряли поля около Вальяда.

Занизив стоимость, он прикарманит сто тысяч лично себе.

Но принц явно не собирался утопать в роскоши, покупая украшения, любовь женщин или тратя деньги на элитную недвижимость.

Полгода, проведённых со мной в почти что постоянных походах, научили его, что лучшая недвижимость — это три-пять казарм, плац и три роты тяжёлой пехоты с собственными стрелками и ремонтной ротой.

Он здорово научился воевать и сейчас видит в этом серебре не собственно серебро, а сталь.

Когда сундуки были готовы, а мы проверили всё, то я расписался в бесчисленном количестве журналов и книг в получении, в предупреждении о рисках и так далее.

Принц Ги тем временем написал управляющему короткое письмо к управлению банком, которое сводилось к тому, что он, принц Ги, хотел бы, чтобы в будущем Гномий банк открыл свои отделения и в Умаре.

И банк в лице бородатого старичка, и принц понимали, что это имеет смысл, если правителем Умара станет он, один из дюжины наследников.

Но принц закладывал второй камень своего политического влияния.

Первый — донести серебро до лагеря, который имеет самостоятельный проход в порт.

— Боевое построение! — проорал я и Сводная рота закрылась щитами.

Плевать, понравится ли горожанам это или нет. Но в центре гномы с сундуками (мои гномы — банковские лишь помахали нам ручкой), по флангам умарцы, на острие охранного ордера лично Лиандир. Часть эльфов уже перемещались по крышам, чтобы если начнутся проблемы, обрушить на головы проблем рой убийственно-острых стрел.

Да, управляющий прав, город кишит бродягами и разбойными элементами, но ты попробуй возрази двум ротам (а личная охрана принца — это примерно сто отборных орков) в полном боевом облачении.

— Забрала опустить! Оружие обнажить, прикрывать того, кто слева. Медленный марш! — скомандовал я.

Мы распределили риски по серебру с принцем так, что я должен передать его серебро ему около его порта. Его суда уже ждали и в отличие от нас, они отплывают прямо сегодня, сейчас, лишь бы поскорее.

Четыреста тысяч ему, тридцать мне на карманные расходы.

Двинулись. Рота двигалась сурово и при необходимости одаряла пинками тех, кто оказывался на пути.

Горожане были недовольны, на пути трижды попадались вооружённые отряды, по меньшей мере по три сотни мордоворотов.

Но одно дело пьяные бунтовщики, а другое — мои и принца Ги регуляры.

До самого лагеря нас провожали явно разочарованные местные. Ну да, они не дураки, понимали, что мы зашли такой толпой в банк не чтобы поменять пару сотен баксов для покупки сувениров.

Мы стояли на пирсе.

Лишь когда серебро принца оказалось на умарских кораблях, лишь когда его орочья пехота выстроила арьергард и начала грузиться на суда с умарскими флагами, мы с принцем выдохнули.

Воздух здесь был другим. Он пах солью, преющими водорослями, ощущением близости дальних странствий. Ветер охлаждал разгорячённые лица.

Погрузка шла полным ходом, а мы могли чуть выдохнуть.

Мои солдаты стали в лагере и выстраивали оборону, так же, как всегда. Умарцы уплывали. Ящики с оружием, мешки с зерном, ценные и не очень вещи исчезали в трюмах кораблей. Никакой суеты. Никаких криков. Только ритмичный топот сапог и скрип трапов.

Орки радовались возвращению домой. Они везли добычу и без сомнений, они возвращались в свой родной Умар победителями.

Принц Ги смотрел на море.

— Тут мы расстаёмся. Не хочешь приплыть в гости? — спросил он.

— Я путешествую только всей толпой, а твоему отцу не понравится прибытие Штатгаля в Умар. Больно напоминает вторжение.

— Ну да, он не поймёт. А в будущем?

— Почему бы и нет, но сроки не называю.

— Чем займёшься?

— Газария ждёт. Мне нужно строить государство и убраться подальше от местных мамкиных революционеров с разбойными мордами.

— А я вернусь в Умар. Твоё герцогство меньше, чем провинция которой я управляю. Но ты сам себе владыка. Это немного страшно и немного пьянит.

Он повернулся ко мне. Орк снял свой шлем. Только сейчас я обратил внимание, что он не таскает свои золочёные вёдра, как в первые дни. Его шлем был утилитарным, анатомичным и более лёгким. Без пафоса — просто доспех для воина.

Ветер растрепал его волосы, но лицо оставалось спокойным. Слишком спокойным для его возраста.

— Знаешь, Рос, я многому научился у тебя.

— Чему же? — спросил я, наблюдая, как умарцы с трудом прут при помощи портовых кранов целую телегу со специями. Умарские корабли были вместительны.

— Тому, что правила существуют для тех, кто не умеет их писать для себя. Тому, что сталь весомее любого другого металла. Тому, что выучка и дисциплина стоят в сотни раз больше, чем любые речи. Тому, что орк без роду и племени, который держит удар лучше, чем высокородный орк из благородного рода, воспитанный прислугой, не сдохнет в пустыне или болоте. Что в любом деле нужен контроль и решительность. Решимость пройти по острию ножа и не брать в расчёт собственную жизнь.

— Главный совет, принц. Тяжело в ученье, легко в бою.

Я протянул руку.

Он пожал её. Его ладонь была сухой и горячей. Рукопожатие было крепким. Слишком крепким.

— Прощай, Суверенный герцог, — сказал он.

— Прощай, будущий Великий Падишах.

Зелёный Океан оправдывал своё название. Воды были чистыми, спокойными и действительно имели зеленоватый оттенок.

К тому же, он не был большим пустым водным пространством, как какой-нибудь Индийский на Земле. Напротив, Зелёный океан кишел островами и архипелагами. С севера был основной континент Гинн, которые местные так и называли, одноимённо — Гинн. Зато с юга его водная громадина омывала Южный континент, имевший множество названий, например, Алкбулан, Кушникх, Хаамтан.