Тактика законодательных собраний
Шрифт:
Не следует ссылаться на оправдательный документ, если он не был представлен собранию, вследствие сделанного предложения [14] .
Это правило основано на следующем: 1) необходимо иметь уверенность в подлинности документа, на котором основывают решение; 2) нужно облегчить всем членам знакомство с ним и значение способов его применения.
Во Франции первые политические собрания, вследствие упущения этой предосторожности, впадали в такие ошибки, в которых нельзя упрекнуть даже низших английских чиновников. Парижский парламент в своих знаменитых актах 16 и 24 июля 1787 г. приводил в числе королей, собиравших генеральные штаты, Карла V и Генриха IV, а это фактически неверно.
14
Omnis demonstratio ex praecognitis et praeconcessis.
Национальное собрание весьма часто основывало свои решения на простых случаях, на фактах, будто бы общеизвестных, упуская из виду, что нет ничего обманчивее народной молвы, и с другой стороны, что чем известнее факт, тем легче его проверить.
Законодательное собрание привлекло одного из министров короля-Лессара к высшему национальному суду, вследствие ни на чем не основанных обвинений и даже не выслушал обвиняемого {7} .
Не следует дозволять, чтобы отвергнутое предложение представлялось вновь в той же сессии или ранее известного срока (3 месяцев).
7
Каждый народ имеет свои слабости, свои характерные несовершенства, и чем они сильнее, тем важнее их сознавать, чтобы иметь возможность исправить. Главный недостаток французских писателей, наиболее бросающийся в глаза, – это неточность. Если английская нация имеет заметное преимущество перед своей соперницей, то надо искать причину сего в одном качестве, противоположном этому вопросу. Историческое сочинение, не основанное на точных данных, было бы принято в Англии, как голословный рассказ или как роман. Но во Франции многие историки не считают нужным ссылаться на подлинные документы. Первое условие, которое они ставят своим читателям, – это верить им на слово. Однако если автор имел подлинные документы перед глазами, то отчего же он не хочет сослаться на них? Разве это труднее, чем делать из них выписки? Разве можно доверять суждениям автора, если он не понимает, что доверие к нему зависит от точности излагаемых данных? Если это – небрежность или легкомыслие, то является предположение, что тот, кто не желает представить доказательств, и не способен добыть их. Есть пословица во Франции, говорящая, что нужно обращать внимание на смысл, а не на буку, и не придираться к словам; как будто смысл не зависит от выражений, и правильность идей не влечет за собой правильности терминов. Эта оговорка служит слабым и нерадивым головам, желающим прослыть сильными, так как нет такого недостатка, которого нельзя было бы замаскировать.
Это правило служит для борьбы с упорными партиями, которые постоянно ставят на рассмотрение одни и те же вопросы, уже решенные в отрицательном смысле, с целью поддержать рвение своих приверженцев и затруднить действия собрания. Это правило может строго применяться только к предложениям тождественным. Ни одна партия не допустит ограничения своей свободы, в виде запрещения возобновлять предложение. Если она надеется достигнуть успеха, то не пропускает случая представить его в другой форме. Но все-таки следует заключить эту статью в регламент для того, чтобы по крайней мере в обыкновенных случаях, отвергнутые предложения не появлялись в той же сессии.
Правило, которое допускало бы отвергать предложения окончательно и бесповоротно или предписало бы слишком длинный срок для их возобновления, являлось бы одним из серьезнейших покушений на свободу собрания. Устанавливать такое правило, это значит связать себя и своих преемников.
Глава XXI
О поправках
С первого взгляда может показаться, что поправки не могут быть классифицированы, так как они обнимают собой все изменения данного предложения, доступные человеческому уму. Но, разобрав вопрос, мы увидим, что этого не трудно достигнуть.
Поправки могут относиться только к выбору терминов или к способу их согласования. Поправки, относящиеся к терминам, могут иметь своим предметом лишь следующие три действия: отменять, дополнять, заменять. Последнее действие состоит в соединении обоих первых. Поправки, относящиеся к согласованию идей, могут только их разделять, соединять или переставлять.
Если основное предложение мне кажется очень сложным, я прошу, чтобы его разделили для того, чтобы доставить возможность собранию принять одну часть предложения и отвергнуть другую. Если мне кажется более удобным, чтобы два предложения, разделенные в основном проекте, были представлены единовременно, непосредственно одно за другим, я прошу их соединения. Поправка, заключающаяся в перестановке отдельных слов или целых фраз, может дойти до полного изменения проекта. Например, слово «только», в зависимости от того места, где оно стоит, может придать предложению абсолютно другой смысл.
Таким образом, поправки сводятся к шести разрядам и могут быть подведены под следующие весьма понятные и точные определения:
Поправки – отменяющие дополняющие заменяющие.
Поправки – разделяющие соединяющие переставляющие.
Эти технические термины необходимы для того, чтобы не смешивать понятий, имеющих едва заметное различие. Предметы, не классифицированные и не имеющие особых названий, всегда менее известны, и труднее на них указывать.
Особое наименование является большой помощью для умственных способностей, памяти и передачи мыслей. Главное возражение против новых терминов – это трудность их понять; но приводимые мной определения составлены в весьма употребительных выражениях и вполне понятны. Часто случается, что предлагают несколько поправок к одному и тому же предложению, и даже бывают такие поправки, которые имеют прямое отношение к предшествовавшим, – это так называемые добавочные поправки. В каком порядке следует их разбирать? Очень трудно предписать для таких случаев определенные правила, ибо каждый, поддерживая свою поправку, требует первенства. Если подобное затруднение всякий раз решают прениями, то главный вопрос теряется из вида, и внимание собрания отвлекается посторонними предметами.
Можно сократить количество и продолжительность прений, приняв за принцип, что поправки, относящиеся к согласованию, будут всегда приниматься во внимание первыми. Какая их цель? Приводить разбираемые предметы в наилучший порядок, способствующий правильному ведению дела. Среди поправок этого рода первое место должно быть предоставлено разделяющим, так как сложные вопросы возбуждают наиболее ожесточенные прения. Что касается поправок, относящихся к выбору терминов, то можно поставить общим принципом, что отменяющие должны рассматриваться первыми. Один отмененный термин может упразднить самые сильные возражения, и выпущенные слова уже не будут служить предметом прений; поправки же дополняющие и заменяющие могут вызвать много поправок того же рода.
Польза этих замечаний может быть оценена только теми, кто часто присутствовал в политических собраниях. Они знают, какую путаницу вносит чрезмерное количество поправок, и как необходимо, раз нельзя установить абсолютных правил, найти нить, которая помогла бы отыскать выход из этого лабиринта.
Этот вопрос еще совершенно не разработан. В тех случаях, например, когда вопрос идет о сравнительных достоинствах нескольких дополняющих поправок, в каком порядке их следует подвергать голосованию? Представлять ли их по одной или все одновременно? Если вы представляете одну, решая вопрос о первенстве по времени поступления, то другие поправки уже не имеют одинакового вероятия быть принятыми. Происходит то же, что и при выборах. Если у вас есть несколько кандидатов, то равенство между ними будет нарушено при поочередном голосовании. Тот, кто предложен первым, обыкновенно имеет преимущество, и если он избран, то тем самым другие отвергнуты, и к тому же у них было безусловно меньше шансов на успех. Следовательно, нужно ставить различные поправки на голосование по методу выборов. Я не вижу неудобств в таком приеме, кроме его продолжительности. В случаях особой важности непременно следует прибегать к этому способу, а в обыкновенных случаях президент должен обладать полномочием подвергать голосованию поправки в том порядке, который ему кажется удобнее; при возникновении же протестов, разумеется, должно решать собрание.
Конечно, всякому понятно, что поправки являются только попытками к улучшениям, и что они допускают всевозможные видоизменения. Если поправка проходит, это еще не значит, что исправленная статья принята. Предложение, измененное таким образом, становится предметом прений и может быть в конце концов отвергнуто. То, что было отменено, еще может быть восстановлено, а то, что было добавлено – вычеркнуто. Эта работа подобна исправлению стиля: она не влияет на содержание произведения и на его дальнейший успех.
Безусловным правилом должно быть недопущение поправок недобросовестных.
Я называю недобросовестной такую поправку, которая вместо того, чтобы улучшить предложение, намеренно делает его смешным или бессмысленным и ведет таким образом к отклонению предложения. Насмешка – очень удобный способ для выставления на вид нелепости, недостойной серьезных возражений; но эпиграмма, в виде поправки, это – игра остроумия, не совместимая с серьезностью и добросовестностью политического собрания.
Когда предлагают поправку, то этим доказывают, что желают изменить предложение к лучшему так, чтобы оно могло быть приемлемым. Поправка же, обращающая предложение в смешную сторону, является видом обмана и оскорбления и похожа на тот особый род дерзости, который в обществе называется издевательством. К тому же такие поправки совершенно бесполезны. Они могут быть приняты только в том случае, когда большинство собрания расположено отвергнуть данное предложение. Это все равно, что идти к цели кружным путем, вместо прямого. Приходится производить две операции вместо одной: начинают с принятия поправки, делающей предложение бессмысленным, а затем уже отвергают измененное таким образом предложение.