Чтение онлайн

– Правда? - Наиль опять засмеялся. - Когда вспомнишь, как именно ты умеешь драться, дай мне знать - я отойду подальше, на безопасное расстояние. А сейчас ты слабее двухлетнего ребенка. Такой же неуклюжий и рассеянный. Так что не выделывайся тут. Вспоминай лучше своего друга, с которым вас закинули сюда, в эту тюрьму. Ну, вспомнил, как вы летели по длинной шахте и орали благим матом? А потом на мягкую сетку - бац!

– А, ты про Эдика? Он мне не друг. Просто товарищ по несчастью. Решил ему помочь.

– Помог? «Спасатель». Э-эх, молодежь! Всему вас учить надо. Твоему другу, к сожалению, уже ничем нельзя помочь. Он - одно из этих «растений», что бегают тут иногда по коридорам. А тебе лично нужно благодарить два обстоятельства. Первое - то, что ты был совершенно трезвым, когда попал в этот проклятый кривой коридор, и даже с собственной галлюцинацией пытался общаться логически. Второе - то, что грохнулся ты у самого входа. И я смог тебя вытащить. Пробеги ты за своим товарищем чуть подальше - и на одного разумного в этой тюрьме было бы меньше. Опять сидел бы я тут в полном одиночестве.

– В одиночестве? Точно! - Михаил улыбнулся. - Я вспомнил! Вы сидели тут, когда мы с Эдуардом упали в этот колодец. Вы тогда еще обрадовались, что не будете одиноким! Я вспомнил!

– Да, было дело, - Наиль удовлетворенно кивнул. Его «пациент» определенно шел «на поправку».

– А как... Как Вы меня нашли в том коридоре?

– Как? По голосу, конечно. Вы очень громко ругались с Эдуардом. Я ведь все это время вас искал. По совести говоря, мне не следовало вас отпускать в самый первый день вашего прибытия в тюрьму. Так я ведь и не знал заранее, что здесь будет пополнение. Выпил, а этот коктейль слишком отупляет. Догонять было лень. А утром, как протрезвел, сразу же кинулся на ваши поиски. И нашел бы, если бы вы сидели на одном месте, а не ползали по коридорам. Я четыре раза видел вас на горизонте, сквозь туннели с кривыми зеркалами, но идти напрямик не мог, а кричать было опасно. Я мог или напугать вас, или спровоцировать на проход по опасным коридорам. Приходилось обходить, а вы к тому моменту уже меняли свою дислокацию. Вот так и бегал за вами по пятам, пока не нашел.

– Спасибо, что нашли.

– А то? Ладно, не благодари. Физиономия все равно пару дней от ударов болеть будет, так что вспоминать будешь часто и разными словами. Извини. Натренировался сражаться с этими «растениями» за кусок еды, мыло и приличную одежду. Мощи своей не чувствую. Кстати, умойся и приведи-ка себя в порядок. Вон, в пакете, чистая вода, есть расческа и бритва. А то ты уже на местных «кактусов» стал похож. Теряешь человеческий облик.

– Спасибо, - Михаил поднялся на ноги и проследовал к самодельному умывальнику. Критически осмотрел и ощупал свое лицо. - Да, так сильно можно было и не бить, - он умылся. - А как Вы так быстро нашли комнату с сетью? Мы с Эдуардом ее где только не искали.

Наиль пожал плечами.

– Походи по этим коридорам с мое - сам будешь здесь даже с закрытыми глазами ориентироваться. И потом, я по профессии математик. Мне это в жизни сильно помогает.

– Математик? О! А как Вы здесь оказались, Наиль? За что Вас сюда?

– За что меня сюда - это не интересно. Истинные ученые во все времена страдали за науку. А вот за что вас сюда - таких молодых и несмышленых - это вопрос.

– Э-э... Я пытаюсь вспомнить, но пока как-то бессвязно все получается. Я помню свое далекое прошлое, помню даже академию, ну, какие-то отрывки, яркие моменты. Помню, как мы с Эдуардом здесь все по коридорам бродили, а так больше ничего не вспоминается... А я давно в этой тюрьме нахожусь?

– Почти три недели. Время здесь летит незаметно, поэтому я веду календарь. У меня там своя система исчисления, но для тебя расшифровать даты смогу.

– Три недели? Ужас.

– Приятного мало. А кто такая Ольга?

– Какая Ольга?

Михаил непонимающе взглянул на математика.

– Когда я тебя нашел, ты сидел на полу перед кривым зеркалом, смотрел на свое отражение и называл себя Ольгой, а потом, когда я тебя приводил в чувство, ты Ольгой назвал и меня. О чем вы с ней разговаривали?

– Я не помню.

– Плохо. А вообще она кто? Мать?.. Дочь?.. Сестра?.. Коллега?.. Невеста?..

– Невеста? - Михаил встрепенулся. - Конечно! Я вспомнил! Ольга - моя невеста! Удивительная девушка. Она... Подождите, - он помрачнел.
– Ольга погибла. Моя невеста, она... Ее нет в живых.

– Понятно, - Наиль поднялся на ноги и прошелся по комнате. - О тех, кого с нами нет, мы вспоминать не будем. Мои наблюдения за местным «садом растений» показывают, что в качестве отражений в зеркалах люди чаще всего видят или свои страхи, или несбывшиеся мечты. Это ошибочный путь. Когда тебе трудно или особенно тяжело, ты должен думать только о самом главном. Вот скажи: что для тебя сейчас самое главное?

– Что для меня самое главное? Выбраться отсюда.

– Выбраться - это средство, а не цель. Зачем тебе выбираться? Для чего, для кого? Что такого особо важного ты должен сделать там, наверху? Кто такой особо важный ждет тебя там?

Михаил задумался:

– Я не помню. Наиль, я правда не помню. Но ведь, наверно, кто-то ждет? Ведь так не бывает, чтобы не ждал никто? Но как... Как мне вспомнить?

– Спокойно, спокойно, парень! Михаил, не нервничай так, голову себе сломаешь от натуги. Расслабься. Память вернется, хотя, может, и не сразу. Я лишь задал тебе направление. На чем именно ты должен будешь сосредоточиться, чтобы твое заключение не было чрезмерно тяжелым. Расслабь свою память, займись арифметикой, складывай числа. Ты же видел, что это действует.

– Мы должны выбраться отсюда!

– Конечно, должны. Я же тебе говорил - эта шахта, через которую сюда скидывают заключенных, - единственный путь к свободе. Но, по моим расчетам, нужно не менее полутора десятков взрослых человек, поставленных друг другу на плечи, чтобы самый верхний смог подняться на поверхность. Нам потребуется недюжинное терпение, пока мы соберем такую команду. «Растения», сам понимаешь, нам не помощники.

Наиль запрыгнул на сетку, натянутую в основании шахты, вышел на ее середину и с тоской посмотрел в небо.

– А как часто сюда сбрасывают новых заключенных? - спросил Михаил, также подходя к сети и поднимая голову вверх.

– Месяц на месяц не приходится. Иногда - с десяток, иногда больше. Знаешь, я часто часами стою здесь, смотрю на небо и мечтаю лишь об одном: чтобы сюда сбросили заключенного с телефоном за пазухой. Ну ведь это же так просто - взять и забыть обыскать человека! Или просто не заметить у него эту технику. Телефон был бы таким шансом выбраться отсюда! Эх, глупая мечта, да?

– Почему? По-моему, было бы неплохо.

– Неплохо?
– Наиль горько засмеялся. - Это было бы ужасно. Еще хуже, чем когда у нас его нет. Представляешь, появился такой случай, а как им воспользоваться? Как описать другу или подруге, где мы находимся, если и сами не очень четко представляем, где мы сейчас? Что, позвонишь им и скажешь: «Дорогие мои! У меня серьезные неприятности, мне нужна ваша помощь! Я же ваш друг, достаньте меня из-под земли скорее!»? До чего тяжело мечтать о победе, когда ты уже готов сдаться и признать собственное поражение.