Чтение онлайн

– Да, что-то похожее есть. Только на картине ведь был песок. Я помню, там была дорога.

– Но сто лет назад здесь и могла быть дорога! А с учетом того, какие обильные бывают здесь дожди, ее вполне могло затопить. Это ничего не значит!

– И... что нам от этого?

Ирина развела руками, дивясь такой заторможенности.

– Арист, ты что, не понимаешь? Моя прапрабабушка рисовала самое важное, а Юлька фотографировала самое важное. То, что имеет для нас какой-то смысл! Эта дорога куда-то ведет, и мы должны выяснить - куда!

– А-а, - Аристотель наконец-то уловил суть. - А как же мы пойдем по реке?

– Как бы сейчас сказал наш с тобой общий знакомый по имени Владыка, вариантов миллионы. Надо только выбрать. Можно идти по правому берегу или по левому, можно самим плыть по реке или построить для сплава плот, можно изобрести и собрать дирижабль или иссушить русло реки, можно...

– Я понял, понял! Думаю, левый берег нам подойдет.

– Что ж, тогда обедать - и в дорогу!

От плохого настроения женщины не осталось и следа. Ирина легко и бодро спрыгнула с дерева в измятую ее спутником траву.

– Да, конечно, - юноша посмотрел вниз и крепко вцепился в ствол дерева. - Только, знаешь, Ир, я, кажется, немного боюсь высоты. Скажи, а ты не могла бы мне помочь как-нибудь спуститься?

Ирина подняла кверху голову и скептически оглядела бледного от ужаса Аристотеля.

– По своему образу и подобию, говоришь? - тихо сама себя переспросила молодая женщина. - Уж лучше бы ты просто свалился, что ли...

Новенькие

Михаил и Эдуард после бесконечных перемещений посредством телепортационных ворот с планеты на планету теперь летели вниз головой, в глубину черного колодца, куда их скинули люди в военной форме без опознавательных знаков. Сильное магнитное поле в створе колодца не позволяло им падать слишком быстро, но эта медлительность была еще страшнее смерти. Эдуард орал во всю силу своих легких, чертыхаясь и вспоминая последними словами бывшую супругу, по вине которой он находился в столь плачевном положении. А также ругал хойеров, коим, надо полагать, принадлежал данный «парк аттракционов» - место, откуда никто не возвращается. Михаил, тоже крича и зажмурив от страха глаза, падал в неизвестность, вспоминая рыжие кудри и светло-серые глаза самой большой неприятности своей жизни - девушки, которая ему начала почти что нравиться и которая так жестоко с ним поступила.

Падение было мягким. Большая эластичная сеть, натянутая в основании воздушного колодца, аккуратно поймала летящих на нее людей, подкинула их вверх на несколько десятков сантиметров и вновь приняла в свои объятия.

– А вот и еще новенькие прибыли, - услышали переставшие кричать Михаил и Эдуард чей-то пьяный голос внизу, прямо под их головами.

– Где мы?
– осторожно спросил Михаил, перебираясь к краю сети и свешивая над зеркальным полом ноги.

Небольшая полукруглая комната со всех сторон была обшита зеркалами, создавая множество дублируемых изображений всего лишь одного человека, сидящего в углу на корточках и медленно потягивающего из пластикового пакета какую-то жидкость.

– Где? На планете Вильгорд. В мировой, культурной и политической столице. Точнее - под ней. Мы глубоко под землей. Это секретная военная тюрьма хойеров и Совета Правителей.

– Секретная военная тюрьма хойеров и Совета Правителей? - переспросил Эдуард, по-прежнему лежа в центре сети и ощупывая голову на предмет целостности. - Что-то я о такой ничего не слышал.

– Так на то она и секретная, - засмеялся незнакомец. - Никто из тех, кто сюда попал, ничего ранее не слышал об этом месте. Кстати, я вам порекомендую слезть с сетки. Не все, падая, орут так громко, как вы. Некоторых сбрасывают вниз в бессознательном состоянии. Вдруг вам еще кто-нибудь на голову прилетит?

Михаил спрыгнул на пол, осматриваясь по сторонам, а Эдуард шустро перебрался на его место, на край, но спускаться вниз пока не спешил:

– А сколько здесь сидит народу?

– Это зависит от того, что понимать под словом «народ». Если посчитать всех, кого сюда сбросили за те восемь лет, что я тут нахожусь, то на целый город, пожалуй, наберется. А если посчитать только живых и нормальных, как я...

Мужчина оторвался от пакета с жидкостью и принялся производить в уме какие-то сложные, только ему ведомые математические расчеты. А Михаил и Эдуард с великим сомнением по поводу «нормальности» посмотрели на говорившего. Небритый, немытый, с косматой головой и красной от частого употребления спиртного кожей, в одежде с чужого плеча и в ботинках, явно не соответствующих его маленькому росту, незнакомец если и не выглядел преступником или сумасшедшим, то уж во всяком случае не заслуживал ни жалости, ни доверия.

– Да, если посчитать и меня, и вас, то... Наверно, человека три наберется. Ха-ха-ха! - мужчина рассыпался в неестественном хохоте, и, протягивая вперед свое питье, добавил: - Как я рад, что вы ко мне попали. Одиночество - это жутко. Пить хотите?

– Нет, не хотим, - Михаил отрицательно замотал головой. - Вот уж не думал, что Бог пошлет нам еще и такое испытание, как общение с сумасшедшим.

– Откуда вы об этом знаете? - шепотом спросил мужчина, подскочил на ноги и вплотную подошел к своему прозорливому узнику. - Я ведь еще вам ничего об этом не сказал? Не открыл вам очень страшный секрет.

– По-моему, ты нам уже сказал достаточно, чтобы мы самостоятельно могли сделать кое-какие выводы, - бесцеремонно выпалил Эдуард, спрыгивая с сети.

А Михаил, не желая огорчать и провоцировать на негативные эмоции их не вполне дружащего с головой товарища по несчастью, дипломатично переспросил:

– Какой еще страшный секрет?

– Тот секрет, что вы разгадали. Там, - незнакомец указал рукой на стеклянные двери. - Там все сумасшедшие. Все!!!

– Там? - Эдик и Михаил многозначительно между собой переглянулись. - Так за дверями еще кто-то есть? Что ж ты молчал об этом, несчастный?

– Я не молчал. Я просто хочу вас предостеречь: туда нельзя ходить. Там все с приветом. Если вы туда пойдете, то не вернетесь тоже. Там все превращаются в говорящие растения.

– В растения? Что это значит?

– Они едят, пьют и ничего не делают.

– Эка невидаль! - Эдик фыркнул. - Я тоже дома, будучи в отпуске, ем, пью и ничего не делаю. Ты называешь это растениеводством? Пошли, Мишка, нечего тратить на него время. Нам еще надо осмотреться и сообразить, как отсюда выбраться.

– Знаете, как мне удалось продержаться здесь целых восемь лет, оставаясь человеком?

– И как же? - небрежно спросил Эдуард, подходя к стеклянным дверям, которые автоматически при его приближении плавно разъехались в стороны.

– Я не захожу в коридоры и комнаты с кривыми зеркалами, - незнакомый мужчина вздохнул и, вернувшись на свое место, вновь присел на корточки и прильнул к пакету с напитком. - Ловушка в том, что еда, вода и надувные матрасы для отдыха появляются именно в них. Продукты сбрасывают через такие шахты, как эта, а потом шахты сразу же перекрывают. Вы мне можете не верить, но послушайтесь доброго совета: если чего-нибудь захотите - попросите помощи у этих ходячих растений. Пусть они принесут вам то, что требуется. Не заходите сами в коридоры с кривыми зеркальными стенами.