Чтение онлайн

Все это время я чувствовала на себе взгляд, но я не оборачивалась, не знала кому принадлежит, и много ли их, что говорят, и какие у них лица – мне было неинтересно, поэтому я продолжала смотреть в окно до самого звонка.

– Пойдем,– Лили вытащила меня из класса, ведя за собой по коридорам, где уже собирались ученики, идущие ровно туда же, куда и мы,– Хочу познакомить тебя кое с кем.

Хоть мы и выскочили из класса почти самые первые в коридор, но столовая была уже полна людей, и они все приходили, приходили и приходили, заполняя каждый кусочек маленького помещения, в котором гулял аромат еды и пота, переливающиеся в духоту и удушье. Я не хотела есть, да и толпиться в очереди, где каждый считает своим долгом тебя толкнуть, тоже не очень хотелось, поэтому мы проследовали сразу за стол, где сидели два парня.

– Питер и Томас, это Ванесса,– Рыжая улыбнулась, когда парни заворожено оглядывали меня глазами, мне даже начинало казаться, что те пытались меня раздеть и съесть.

– Приятно познакомиться,– Блондин подал голос первый и это был Питер, и пока, я видела в его глазах интерес, готовая к шквалу вопросов. Мы сели напротив них.

– Они, кстати, занимаются футболом, и скоро будет матч между нашей школой и приезжей, ты пойдешь?– В глазах Лили промелькнула надежда.

– Нет, я не смогу. Я занята после школы. Большую часть времени,– Самоуничтожением, конечно же, чем же еще я могу заниматься в доме, где мать почти каждый день мне подыскивает жениха для дальнейшей жизни.

– Жаль, но, мы все равно надеемся, что у тебя получится прийти и поддержать команду,– Спокойный голос Томаса, будто убаюкивал, заставлял расслабиться, но я держала свою оборону, не идя на поводу у этих уловок, которыми парни могут занимать всех безоговорочно. Некие колдуны в другом времени.

И начались разговоры ни о чем. Меня пытались узнать поближе, но я рассказала немного: сколько мне лет, причина перевода, откуда родом и слухе о богатстве, да и все, в принципе. В остальном ребята уже общались с Лили, так как от меня мало, чего можно было добиться. Я вспомнила, как в частной школе, в которой я училась до переезда, надо мной часто пытались подтрунивать, даже использовали слова, к которым эти люди и сам относились – богачка. Да, я была из богатой семьи, но я никогда не вела себя высокомерно и надменно, как моя мать, я никогда никого не мешала с мусором, не пыталась втоптать в землю, не пыталась уничтожить и похвастаться своим состоянием, потому что это не мои заслуги, да, даже, если бы они и были мои, какой в смысл в хвастовстве? Да никакого. Но люди любят вешать ярлыки, везде, всегда и постоянно. Дома, на работе, в школе, на улице, в магазине – люди видят лишь то, что дают, в моем случае, богатая оболочка «избалованной» девушки, которая без помощи родителей ничего сделать не может. Но это не так. Далеко не так. Но я никому не собираюсь этого доказывать, ведь всем не угодишь, это уж точно. Парни видят меня лицом и телом, похотью, девушки завистью и желчью, считая, что я виновата, что от них ушел парень, кидая на меня заинтересованные взгляды, но я ничего не сделала, даже не пыталась сделать. Но этого никто не понимает. В этом и состоит величайшая глупость человечества – в суждении по тому, что они видят, а не по тому, что скрыто внутри.

За своими мыслями и воспоминаниями, я не заметила, как осмотрела всю столовую, что начала пустеть, а значит гул голосов, что слился в единую какофонию, наконец, стихает, заставляя голову и уши отдохнуть, и что мой взгляд зацепился за парня.

Я его видела сегодня, кажется, его фамилия Редгрейв, если не ошибаюсь. Мой взгляд наконец сфокусировался на нем, осматривая внешний вид: черные джинсы, черная мешковатая толстовка, белая футболка, что торчала, из-за его положения за столиком, темные волосы, а рядом друг, что-то рассказывал ему, натягивая широкую улыбку. Видимо, он почувствовал, что его фигуру прожигают и повернулся на меня, отчего наши взгляды встретились. Я смотрела на него, видя в его глазах немой вопрос «Чего тебе?», о чем также говорила вскинутая недовольно бровь, и я, понимая, что уже неприлично долго смотрю на него, мотнула головой в отрицательном жесте и отвернулась, будто ничего и не произошло. Но я и не подозревала, что именно этот взгляд изменит мою жизнь.

Разговоры Лили, Питера и Томаса слились в единое жужжание, которое я давно не слушала и не понимала, потеряв всю суть разговора, поэтому просто встала, взяла сумку, и бросив небрежное «потом увидимся», ушла прочь в тихое место. В библиотеку.

Людей там был мало, практически, никого, если не брать в расчет сторожа кладези этих сокровищ – библиотекаря, и парочки ботаников, что горбатились над учебными материалами, пытаясь расширить свой мозг до небывалых размеров. Я же прошла между стеллажами, чувствуя, как в воздухе поселилась тяжелая пыль долгих лет, водя пальцем по полочке, где давно не протирали грязь, останавливаясь на книге, что обложкой привлекла мое внимание. Роман, написанный на пожелтевших страницах, пахнувших стариной, был полностью на французском, отчего на моем лицо поселилось удивление. Но как? Как такая книга попала в это место? Даже в частной школе не было их, а тут я нашла, да еще и случайно. Это была прекрасная находка, хоть французский я и не любила после родителей, я все же радовалась тому, что нашла ее, открыв на первой страничке. Многие слова я не понимала, но улавливала нить прочитанного и мысли автора, пытающегося донести ее до читателя. Я погрузилась в эпоху дуэлей, балов и запретной любви. Мои глаза медленно бегали по строчкам, цепляясь за каждое непонятное слово, возвращаясь каждый раз к началу. Да, скорость чтения была низкой, но меня это не останавливало, отчего становилось еще интереснее узнать продолжение истории.

– Это подобие книги скоро начнёт разлагаться, – Бархатный голос, словно мурчание кота, донесся от стены, что была расположена позади меня. Я не слышала, как кто-то пришел, отчего вздрогнула, попытавшись скрыть этот маленький факт.

– За ней не ухаживали и не уважали ее красоту,– Я ответила спокойно, наконец оторвавшись от сладостного чтения.

Я чувствовала себя пойманной врасплох за чтением на французском, будто это был запрещенный язык или книга. Знание второго языка всегда пригодится и чтится, но я, все же, не хотела рассказывать кому-либо об этом.

Мы чувствовали запах пыли, и почти видели, как она летает в воздухе, на фоне пробивающихся, из-под неплотно прикрытых жалюзи, лучей солнца.

– Книги – по сути, просто татуированные трупы деревьев, – отрезает парень, мыслями возвращаясь в настоящее время и удостаивая меня, стоящую в паре шагов от него, взглядом. – А уважения достойны даже не многие люди, – продолжает, как ни в чем не бывало.

– Но все же, это не повод к ним так плохо относиться,– Я поставила книгу на место, взглянув на незнакомца,– Если люди совершают глупые поступки, из-за которых теряют уважение, то что делают книги? Это просто неживая вещь, которая никому ничего не сделала, да и не может. Необязательно любить читать, чтобы восхищаться самой книгой.

Я достала книгу наугад, протянув ее парню, пытаясь показать ему свою мысль.

– Ты следил за мной?– Я смотрела пристально, обжигая его ледяными глазами, показывая всю свою неприступность. Показывая, что со мной нельзя играть. Но игра началась, мы просто этого еще не поняли.

– А что книги делают, чтобы получить уважение? – интересуется темноволосый, вскидывая бровь. Он сжимает пальцами корешок книги, которую я ему передала, и приподнимает мое лицо за подбородок противоположным концом. Я не отрывала взгляда от его темных глаз, скрестив руки на груди в своем привычном жесте. Я не боялась, не стеснялась, не волновалась – я просто боролась за свое место в этой жизни.

– Они спасают нас от мыслей, помогают окунуться в мир фантазий и грез, помогают прожить миллионы жизней, переживая каждое чувство в своей душе, помогают набраться опыта и показать другую сторону мира, дают знания и показывают, что не все так плохо, учат добру и злу. Они лечат тебя. Ты не ответил на мой вопрос: ТЫ следил за мной?

– А что, если и да?– Его краешки губ расплылись в ухмылке, будто то, что я говорила про книги, он прослушал или просто пропустил мимо ушей,– Что тогда будет?– он сделал шаг вперёд, одним своим существом оттесняя меня к книжным полкам, и заставляя напороться спиной на стеллаж.

– Жизнь – не фэнтезийная сказка, хоть в ней есть свои феи и гоблины. Если поддашься книжному очарованию и проникнешься далёкими несуществующими мирами, то станешь уязвимой. И тебя сломают,– Он чуть наклонился, тем самым сокращая между нами дистанцию, но зрительный контакт не прекращал, как и я, хоть я и чувствовала, как мои границы нарушались его игрой и издевательствами.

– Нельзя сломать то, что уже сломано,– На мое удивление он лишь усмехнулся, убрав книгу от моего подбородка. Похвально, это было куда интереснее, чем я думала,– Так, что ты от меня хочешь?

Я наконец вздохнула полной грудью, как только он отступил, сделав небольшой шажок назад. Казалось, что легкие до этого были сжаты тисками.

– Разумнее спросить – чего я не хочу, но,– Парень по-лисьи улыбнулся,– Если бы хотел давно бы уже рассказал.

Его слова звучали весьма логично, но все же, это не объясняло того факта, что он и правда следил за мной с самой столовой, найдя в самом укромном уголке этого места. Логика всегда была моим другом, но, увы, по большей части, над ней доминировали чувства.