Чтение онлайн

Удивительное дело, но на этот раз Уна отреагировала на сверкание ясных глаз и белых зубов моего друга более спокойно и даже позволила себе задержать на нем взгляд, не отводя и не пряча глаза сразу. Да и цвет девичьих щек при этом приобрел всего лишь нежно-розовый, как яблоневый цвет, оттенок.

Кажется, у девочки начал вырабатываться определенный иммунитет к персональной неотразимости Брайана.

Собрав сумки, я отправилась одеваться. Натягивая джинсы и рубашку в этническом стиле с замысловатой вышивкой на вороте, я вспомнила про амулет, подаренный мне Эвлинн. Несколько дней я не надевала его, подвеска лежала в коробочке, в которую я складывала свои украшения.

Надевая амулет, внезапно вспомнила, что именно он и привел меня в этот дом.

— Брай, можно тебя на минутку! — крикнула я.

Брайан появился сразу же с вопросительным выражением на слегка встревоженном лице.

— Ты чего? Орешь, словно паука увидела.

— Не боюсь я пауков, — отмахнулась я. — Но ты сейчас снова посчитаешь меня чокнутой.

— Тоже мне, новость, — фыркнул Брайан.

Я проигнорировала его небрежный выпад в мой адрес.

— Иди сюда и посмотри, — приподняла талисман, висящий на шее, и поднесла его к самому носу друга.

Он непонимающе уставился на подвеску, потом посмотрел на меня.

— И, правда — чокнутая, — осторожно сказал он, нахмурившись.

— Посмотрел? А теперь гляди туда, — я указала пальцем на стены, бордюр которых был украшен аналогичным узором.

Брайан некоторое время скептически изучал стены, явно не понимая, о чем я пытаюсь ему втолковать. Потом на лице его отразилось напряженное озарение, он снова глянул на амулет, потом на стену.

— Хочешь сказать… — начал он.

— Ничего пока не хочу сказать, — прервала я его. — Это еще не все. Иди за мной.

И я потянула его за руку.

Тщательное изучение навесов на ставнях и входной двери окончательно ввели Брайана в ступор. Он хмыкал, почесывал макушку, глубокомысленно поглаживал подбородок. И молчал.

— Не знаю, что и сказать, — наконец, изрек он. — Сходство рисунка и стиль исполнения очевидны. Но…

— Но как это объяснить? — добавила я. — Вот и мне стало интересно.

— И когда ты это заметила? — поинтересовался Брайан.

— Недавно, — уклончиво ответила я.

Не стану же я сейчас объяснять, что именно это странное совпадение и сыграло свою роль в моем решении переехать в этот домишко.

— Надо спросить у Эвлинн, — заявил мой друг. — Она, наверняка, должна что-то знать. Если это вообще что-то значит, и здесь нет случайного совпадения.

«Совпадение не случайное! И точно что-то значит», — едва не выпалила я, но вовремя сдержалась.

— Не думаю, что сейчас подходящее время донимать Эвлинн этой чепухой, — заметила вслух. — Но попозже, когда у нее все наладится, обязательно спросим.

По взгляду Брайана поняла, что он озадачен моими откровениями. Он задумчиво косился на меня, но молчал.

А мне ощутимо полегчало, когда я озвучила эту «странность», переставшую вдруг быть странностью.

Жизнь стала намечаться не просто жиденьким пунктиром, а вполне четкими направлениями и разборчивыми линиями движения, как в географическом атласе обозначаются дороги.

Я впервые за долгое время знала, что и в каком порядке мне следует делать.

А главное, начала понимать, ради чего все происходит.

Глава 25

Глава 25

Впервые за прошедшие после переезда дни я выбралась в город.

Проезжая знакомые улицы, я ощущала себя вполне комфортно. Меня не тянуло назад, не было никакого чувства утраты или дискомфорта от напоминания об очередной вынужденной перемене места жительства.

Странно, но за короткий срок я уже привыкла обитать в пригороде, и переход от прежнего образа жизни оказался практически незаметным. И никаких грызущих сожалений от того, что я с такой легкостью отказалась от квартиры бабушки. Более того, мне нравилась мысль, что теперь моё прежнее жилье принадлежит Кейрану. Это как еще одна невидимая ниточка, связывающая нас.

К Эвлинн мы с Уной не пошли, хотя Брайан и предложил подняться вместе с ним. Оставаясь дожидаться его в машине, мы о чем-то болтали, и я наблюдала, как вдруг изменилась моя юная знакомая, став более расслабленной и непринужденной. Она чаще улыбалась и уже не сутулилась, будто пытаясь стать незаметнее.

***

Колокольчик на двери магазинчика Эвлинн поприветствовал нас, звякнув коротко и уныло. Заставленный витринами небольшой торговый зал казался странно пустым и безжизненным. На темной деревянной поверхности старого прилавка лежал слой пыли. Пыль же облачком вилась в лучах света, проникавшего сквозь чуть приоткрытые жалюзи на окнах. Все притихло и замерло, будто даже сувениры и безделушки прониклись тяжестью трагедии, случившейся у хозяев.

Мы с Уной остановились, не решаясь пройти дальше, слегка пришибленные тягостными ощущениями, явно чувствуя одинаковую подавленность.

Брайан запер дверь и остановился позади нас.

— Невесело… — проговорил он с горечью.

Я лишь тяжко вздохнула в ответ. Печаль, наполнявшую небольшой торговый зальчик магазина, можно было потрогать руками и ощутить ее холод и липкость, проникавшие внутрь и оседавшие в сердце и в душе.

— Ладно, пошли, — тихо скомандовал Брайан и решительно зашагал впереди нас к проему в стене за прилавком, где за плотными шторами скрывалась приватная зона магазинчика.

В прошлый раз мне здесь показалось очень уютно. Как ни странно, но и сейчас это ощущение возникло, едва мы вошли в погруженное в полумрак помещение с диванчиком и старым буфетом, со стоящими на нем микроволновкой и электрическим чайником.

Брайан включил свет, и я осмотрелась. Здесь все было по-прежнему: стеллажи, заставленные коробками и занавешенные тканью, аккуратно сложенный плед и маленькая подушка на диване.

На столике, за которым мы прошлый раз сидели и пили чай с вкуснейшим кексом Эвлинн, сейчас лежал ноутбук и черная папка.

— Девочки, вы присаживайтесь или делайте, что хотите, а мне надо кое-чем заняться. Дела у магазина идут совсем паршиво, — сказал Брайан, усаживаясь за стол и открывая крышку ноутбука.

В наступившей тишине раздался тихий голос Уны.

— А можно я посмотрю там, — она указала рукой в сторону торгового зала.

— Да, конечно, — отозвался Брайан, глядя на девушку через плечо. — Смотри что хочешь, чувствуй себя свободно. Считай, что магазин открыт сегодня только для тебя, — он коротко улыбнулся ей.