Чтение онлайн

— Кристиано здесь?

— Ага. Где-то тут. — Он проводит большим пальцем по губам.

Священник задерживается неподалеку, поэтому я встречаюсь с ним взглядом.

— Все в порядке?

— Все идеально, сэр. Но вам, пожалуй, стоит занять свои места. Остальные гости подойдут с минуты на минуту.

Николо желает мне удачи, а Эрроу сопровождает меня к алтарю, украшенному белыми розами и каллами.

Мы стоим там молча, и время тянется так, словно проходят часы, хотя на самом деле это всего лишь минуты. Когда шум в церкви становится громче, я оглядываюсь и вижу, что большинство гостей уже расселись. Ища брата, я замечаю его на краю скамьи у прохода, рядом с Кристиано. Он действительно умудрился устроиться в самом сердце самой могущественной семьи Нью-Йорка. Грудь наполняется гордостью, когда он кивает мне, подбадривая.

Я настоял, чтобы гости садились, где им удобно, за исключением ближайших родственников Серафины, ведь у меня самого, кроме Бенито, никого нет. Здесь присутствуют лишь несколько моих капо, но не весь состав, я не хочу еще сильнее напугать Серафину, которой и без того тяжело принять этот брак.

В животе у меня скручивается узел. Это не страх, а нетерпение. Где она? Я хочу ее увидеть. Хочу взглянуть на ту, с кем решил связать всю свою жизнь, на женщину, которая околдовала меня так, что мои губы произносят одно лишь признание, я не хочу никого, только ее. Я хочу скорее пройти через эту церемонию, чтобы увезти ее домой и начать новую жизнь, уже как законный союзник семьи Ди Санто и как ее муж.

В этом мире первая брачная ночь имеет огромное значение. Я не собираюсь, как некоторые, выставлять на показ окровавленные простыни, но я собираюсь начать готовить ее тело к тому, чтобы в конце концов овладеть им. С того момента, как я увидел ее, в голове у меня почти не осталось других мыслей. И хотя я не люблю казаться самоуверенным, ни одна женщина никогда не жаловалась на то, что я делал с ней в постели, поэтому я уверен, что смогу сделать так, чтобы моей жене было хорошо.

Тем не менее я никогда прежде не лишал женщину девственности. Я отказался от этого еще тогда, когда потерял свою собственную. Я знал, что как только возьму женщину своим членом впервые, я сделаю ее недоступной для любого другого мужчины. Мое право на нее станет безусловным, поэтому закономерно, что единственная женщина, у которой я заберу девственность, станет моей женой.

Орган начинает играть, и краем глаза я замечаю, как все гости встают и поворачиваются к задней части зала. Моя грудь сжимается, подчеркивая тук, тук, тук моего сердца. Я собираюсь стать женатым мужчиной, и эта мысль не пугает меня.

Я продолжаю держать взгляд прикованным к священнику и замечаю, как его глаза теплеют, когда двери в конце зала распахиваются. Всего несколько секунд требуется, чтобы Трилби, как подружке невесты, дойти до алтаря, и я позволяю себе украдкой взглянуть на нее. Я ничего не понимаю в крое платьев, но длинное платье оказалось темно-зеленого, лесного оттенка. Идеальная цветовая гамма для рыжеволосой невесты. Вскоре за ней идет Контесса в таком же платье, а ее длинные черные волосы собраны в заколку сбоку на шее.

Следом выходит младшая сестра, Бэмби У меня на секунду перехватывает дыхание. Ей всего шестнадцать, но ее фигура уже может соперничать с телом моей невесты, а глаза — те самые кошачьи, фирменные у Кастеллано. Я мгновенно готов пристрелить любого мужчину, чей взгляд задержится на ней, не потому что я хочу ее для себя, а потому что она младшая сестра Серафины, и у меня возникает необъяснимое желание ее защищать. Она все равно выйдет замуж внутри этого мира, и я знаю: мафиози будут драться за нее. Даже начнут войну.

Мои мысли прерывает шепот Эрроу у самого уха:

— Бля-я-я.

Мне приходится приложить все усилия, чтобы сохранить взгляд устремленным на стену перед собой.

Когда рядом со мной появляется белое миражное видение, я медленно поворачиваю голову.

И сглатываю.

Серафина выглядит великолепно.

Я не разбираюсь в платьях, но если бы одно платье могло превратить женщину в самое драгоценное, восхитительное, запретное лакомство, то это было бы именно оно.

Белый атлас скользит по ее телу, мягкий блеск подчеркивает аппетитные изгибы, которые, к счастью, вернулись с прежней силой. Лиф в форме сердца открывает идеальные купола нежной кожи, от которых мои брюки становятся тесными, а ее рыжие волосы завиты и уложены в замысловатую прическу на макушке. Жемчуг и кристаллы, вплетенные в пряди, создают впечатление, будто она пробиралась сюда сквозь легкую вьюгу.

Когда я, наконец, поднимаю взгляд к ее лицу, она смотрит на меня с тревогой, словно не уверена, понравится ли мне то, что я вижу. На ее лбу залегает едва заметная морщинка, а голубые глаза широко распахнуты и полны ожидания. Я опускаю взгляд на романтический букет роз, который она сжимает до побелевших костяшек пальцев, и вижу, как лепестки дрожат. Она до смерти напугана.

Я моргаю, пораженный.

Не верится, что она станет моей женой.

Звук, словно кто-то прочистил горло, заставляет меня поднять взгляд. Тони Кастеллано стоит рядом с дочерью и протягивает мне руку. Я жму ее, как положено, и он уходит на скамью к Аллегре. Священник начинает церемонию, и мы оба поворачиваемся к нему.

Но проходит всего несколько секунд, прежде чем я отбрасываю прочь все правила, традиции и приличия. Я аккуратно вынимаю букет из ее дрожащих пальцев и вкладываю ее правую руку в свою левую. Я чувствую ее ошарашенный взгляд, вижу краем глаза, как учащенно вздымается ее грудь.

Я не могу стоять рядом с ней, ощущая, как воздух между нами дрожит. Она должна знать, что я здесь ради нее, что она не проходит через это одна.

Слова священника пролетают мимо моих ушей, потому что все мое внимание сосредоточено на ощущении под большим пальцем. Он лежит на ее пульсе, и я считаю удары, убеждаясь, что они замедляются, и чувствую, как раздувается моя грудь, когда это происходит. В этот момент я хочу лишь одного, чтобы рядом со мной она почувствовала себя в безопасности.

Когда ее пульс замедляется, я хочу, чтобы время остановилось. Кто знает, когда она снова добровольно возьмет меня за руку? Она кажется крошечной, но теплой и чуть влажной. Ее ладонь ложится в мою так, будто всегда была предназначена находиться именно там.

Моя грудь вот-вот разорвется. Я знал, что хочу эту женщину с того самого момента, как впервые увидел ее, но блять… Сейчас я чувствую, что я нуждаюсь в ней.

Скоро нас просят повернуться друг к другу, и я передаю букет Эрроу, который, надо сказать, выглядит раздраженным тем, что вынужден держать цветы. Потом я беру и ее левую руку. И теперь, когда ее глаза встречаются с моими, в них есть застенчивость, но нет больше ужаса. Нет злобы. Только… любопытство, словно она пытается меня разгадать.

Я думал, что знаю, чего хочу от этого брака, но когда ощущаю ее маленькие руки в своих, ее пульс под пальцами и вижу, как в ее взгляде появляется крупица доверия, я забываю все на свете.

Мы произносим клятвы и обмениваемся кольцами, но все это проходит словно в тумане.

Следующее, что я слышу, — мне говорят, что я могу поцеловать невесту.

На ее лице мелькает тревога, и я мягко сжимаю ее пальцы, давая понять, что все будет хорошо. Я наклоняюсь, приближая лицо к ее лицу, и глубоко вдыхаю. Блять, она даже пахнет идеально. Ее прекрасное лицо поднимается навстречу моему, и она нервно моргает.