Чтение онлайн

Открыв глаза, Игорь понял, что проспал. Он молнией рванулся из постели, натянул одежду, схватил планш и выбежал из дома голодным и неумытым.

День не предвещал ничего необычного. Две лабораторные по физике и космической технике. Контрольная по теории полета. Два урока по математическому анализу, один по астронавигации и два - физкультуры.

Домой Игорь пришёл немного уставшим, но через час его ждала секция по легкой атлетике, а после неё занятия с репетитором по математическому анализу.

Когда вечером Игорь сел за уроки, он тут же наткнулся взглядом на вчерашний огрызок, забытый им на столе. Игорь взял его и уже хотел выбросить, как вдруг понял, что с ним что-то не то. Обычно мякоть яблока после разрезания или откусывания очень быстро становилась коричневой. А этот огрызок был абсолютно свежим.

"Может специальный сорт вывели? Не окисляющийся", - предположил Игорь.

Он принес другое яблоко и, съев, поставил огрызок на край стола. Уже через несколько минут мякоть покрылась коричневым налётом.

"Интересно, - удивился Синица, - а ведь яблоки одного сорта. Почему же это стало коричневым, а то нет?"

Игорь не поленился сходить на кухню и заглянуть в мусорное ведро, куда выкинул первый огрызок. Теперь он оказался тоже коричневым.

"Чудеса какие-то, - заключил Игорь.
– Почему первый огрызок окислился не сразу? Чем он отличался от второго?"

Синица взял третье яблоко и, откусив с одной стороны, поставил его на край стола, как и предыдущее. Откушенное место скоро стало коричневым. Игорь откусил яблоко с другой стороны и поставил его за экран к Лунному лазуриту, где вчера оставил первый огрызок. И через час, и через два цвет белой мякоти яблока не менялся. Игорь снова отставил яблоко на край стола. Несколько минут, и мякоть стала коричневой.

– Хм, интересные дела, - почесал затылок Синица младший, глядя на сине-зелёные грани лунного кристалла.

Всю следующую неделю Игорь продолжал эксперименты. Он подкладывал к Лунному лазуриту виноград, хлеб, ставил молоко в стакане. Всё оставалось абсолютно свежим, в то время как эти же продукты, оставленные в другом месте, покрывались плесенью, засыхали или прокисали.

– Ничего себе!
– с восторгом воскликнул Мишка, когда Игорь поведал ему результаты своих опытов.
– Это же прямо анабиозный аппарат для продуктов получается, раз он их в том же состоянии сохраняет. Только не могу понять принцип действия. Как там всё на молекулярном уровне происходит?

– Спроси что-нибудь полегче.

– Слушай, а давай ток через него пропустим!

– Это ещё зачем?

– Я слышал, что многие экспериментаторы так часто поступают.

Игорь с осторожностью относился к сиюминутным Мишкиным идеям и поспешным выводам. На всех лабораторных работах по космической технике он сначала внимательно изучал инструкции и только потом совершал действия с агрегатами. Мишка - наоборот: никогда не читал учебники или другие книги, считая это занятие ужасно скучным и абсолютно бесполезным. Благодаря феноменальной памяти школьный материал он схватывал на лету, а схемы всегда собирал интуитивно, но, что удивительно, почти никогда не ошибался. Ещё и другим помогал найти ошибки в сборке.

– Ну, не знаю. Думаешь, это хоть что-то даст?

– Конечно, в любом случае попробовать стоит. Короче, в семь вечера я у тебя.

В половине седьмого у Игоря в кармане загудела прозрачная пластинка нанофона.

– Ответить, громкая связь, - дал команду Синица.

– Игорь, ты уже дома?- раздался Мишкин голос.

– Только захожу.

– Всё, я уже бе...
– Мишка отключил фон раньше, чем успел договорить.

Через несколько минут он ввалился к Игорю с небольшим чемоданчиком в руке.

– Здесь всё, что нужно для эксперимента, - пояснил он, поймав недоуменный взгляд Игоря.
– Еле достал, раритет прошлого века.

Мишка сел за стол и достал из чемоданчика небольшой аккумулятор с подсоединенными к его клеммам проводами.

Теперь Игорь понял, о каком раритете говорил Мишка. В конце прошлого века, когда люди открыли возможность передачи электричества по радиоканалу, необходимость в металлических проводах и аккумуляторах тут же пропала и их перестали выпускать.

– Так, давай сюда свой камень, - продолжал командовать Мишка.

Игорь пододвинул к нему кристалл.

– Красивый, - констатировал экспериментатор, повертев его в руках.
– Значит, начнем с малых токов.

Мишка подсоединил какой-то регулятор, убавил его на минимум и ткнул концы проводов в кристалл так быстро, что Игорь и сказать ничего не успел.

Раздался негромкий щелчок. Друзья осмотрели кристалл, потом всю комнату вокруг. Ничего не изменилось.

– А чего мы ждём?
– спросил Игорь.

– Не знаю, но думаю надо увеличить мощность разряда, - с важным видом ответил Мишка.

– Подожди.

Игорь вышел из комнаты и вернулся с яблоком. Разрезал его пополам и положил обе половины рядом с кристаллом.

– Ты прям, как Ньютон, с яблоком эксперименты ставишь, - подколол Мишка.

– Если быть точным, Ньютону яблоко на голову упало, никаких экспериментов он не ставил.

– Ой, да знаю я, не умничай, - отмахнулся Мишка, - лучше отойди, включаю.

– Подожди.
– Игорь включил планш, открыл дневник экспериментов и сделал новую запись о сегодняшнем испытании.
– Потом может пригодиться, - пояснил он Мишке.
– Теперь давай.

Мишка кивнул и прислонил провода к Лунному лазуриту. Снова раздался негромкий щелчок.

– Ух ты! Видал?
– Мишка протянул Игорю абсолютно целое яблоко.

– Ничего себе!
– только и сумел ответить он.

Учай

Паруш, высокий крепкий кареглазый парень со светлыми волосами, вышел из кузницы, бережно прижимая к телу под полой теплой сумани* завернутый в кусок плотной материи длинный кинжал. Пройдя высокие ворота деревянной крепости, он кивнул стражнику и через овраг отправился в Ближнее селище, в дом Учая - золотых дел мастера, известного своими работами не только в крепости, но и, благодаря проезжающим купцам, по всей Булгарии. Седовласый мастер встречал гостей в своём неизменном холщовом фартуке и провожал в мастерскую, где проводил большую часть дня, а иногда и ночи.

Паруш всегда с неподдельным интересом рассматривал инструменты ювелиров. Вроде бы всё как в отцовской кузне, но в несколько раз меньше, изящней и тоньше. "И как только с эдакой мелочью управиться можно?" - думал он, глядя на игрушечные наковаленки, молоточки, щипчики и зажимы.

Учай, много повидавший на своём веку, так и ахнул, когда Паруш положил перед ним отполированный обоюдоострый кинжал с точеной костяной рукоятью, украшенной замысловатым узором.

– Ай-ай-ай, - покачал седой головой старый ювелир, - хорошая работа. Сам ковал?