Чтение онлайн

Пока инженер тараторил, разворачивая схемы, я, в окружении комсомольцев, рассматривал общий вид бронепоезда, выполненный в цвете на большом листе ватмана. Если честно, то рисунок впечатлял, завораживая мощью орудийных площадок. Следует признать, что если бы у ребят удалось задуманное, то получилось достаточно грозное оружие, ну так война и не завтра заканчивается, может еще сделают свой шедевр, а пока нужно успеть, хоть что-то построить к решающей битве за Москву.

— Насколько мне известно, вся бронетехника, включая все типы бронепоездов, относятся к ведомству автобронетанковых войск РККА, исключение составляют только охранные подразделения НКВД на железнодорожном транспорте, имеющие в своем составе в основном стальные мотовагоны. Так что в любом случае построенный Вами состав поступит в распоряжение командования именно этого рода войск. Следовательно, комплектование экипажа будет производиться из военнослужащих, имеющих необходимую, воинскую специализацию, а постановка боевых задач исходя из требований военной необходимости. К чему я это говорю? Просто у многих из Вас на лицах написано, как они во главе разных команд бронепоезда лихо мчатся громить врага. Так вот, в лучшем случае призовутся единицы, и это будут совсем не руководящие должности, просто в силу отсутствия необходимых навыков и подготовки. Ни в коем случае, не хочу остановить Ваш патриотический порыв, направленный на оказание помощи фронту, — поторопился продолжить, пресекая их недовольный гул, — но прошу быть реалистами. Сложный и дорогостоящий проект Вам не потянуть, ну или, в крайнем случае, он может затянуться на длительный срок, а такой подарок пригодится войскам в ближайшее время.

— Так что Вы нам посоветуете, — тут же вклинилась в разговор бойкая девушка, поддержанная всем коллективом.

— Во-первых, я предлагаю упростить проект и у меня есть несколько предложений. Второе — можно объединиться с другими предприятиями. Например, у Вас есть броневой лист, а у железнодорожников подвижной состав, у вас высококлассные специалисты, а у кого-то артиллерийские системы. Короче принцип понятен, а обсудить это можно сегодня вечером у меня в гостинице, если надумаете, то вот адрес.

Оставив озадаченных активистов завода переваривать услышанное, я поторопился к выходу, так как Петр Геннадьевич уже активно махал рукой, выдавая свое нетерпение.

По дороге на Горьковский автозавод, имеющий обозначение как завод № 37, немного отредактировали мое выступление, убрав из него всю импровизацию, порекомендовав остановиться на примерах героического поведения наших солдат на передовой. Собственно для чего и были приглашены фронтовики. Я в их число попадал только формально, но рассказать мне тоже было что, накопилось за два месяца боев. Правда, наш основной пропагандист вытащил из меня еще несколько интересных сведений и цифр, решив использовать их в дальнейшем.

Собрание прошло в уже отработанном русле. Выступления участников агитбригады, вопросы из зала, наши ответы, обещания трудовых подвигов и приглашение к столу, за которым руководители пытались решить интересующие всех вопросы.

Увидев в цехах, стоящие на конвейере, бронированные корпуса боевых машин, я, желая подбодрить танкостроителей, рассказал, как под Ленинградом один танковый взвод за сутки боев выбил у немцев почти полсотни единиц бронетехники. Заводчане радовались, а вот руководство после митинга, почему-то приняв за танкиста, вывалило на меня свои проблемы.

Завод до войны выпускал легкий плавающий танк Т-40, имеющий пулеметное 7-62 мм вооружение, а на последних моделях 12,7 мм ДШК. Мне этот танк, точнее его более ранние версии Т-37, 38 был известен, так как пару лет назад, его планировали передать для десантных частей в качестве средства усиления, и для транспортировки придумали здоровенный планер. Испытания прошли успешно, но все же предпочтение отдали специальной подвеске на ТБ-3, так же способной перевозить эту технику. Для современных условий машина морально устарела. Слабое бронирование и вооружение оставляли ей роль только разведчика или тягача для полковой пушки. Прямое боестолкновение даже с легкими танками противника ему было противопоказано. А вот способность плавать в этой войне осталась невостребованной. Учитывая все эти недостатки, от РККА поступил заказ на производство легкого танка Т-50, но технологический процесс его выпуска оказался непосильным для завода. К тому же конструкторским бюро во главе с главным конструктором Астровым, временно исполняющим обязанности директора, арестованного по доносу, на основе узлов и агрегатов Т-40, уже разработан новый легкий танк с рабочим индексом Т-30.

— Николай Александрович даже коллективное письмо, о целесообразности производства именно нашего танка, на имя товарища Сталина отправил, — говорил мне его заместитель, — и начальник Научно-технического комитета ГАБТУ РККА полковник Афонин его горячо поддержал. Вот только ответа пока нет, а танки фронту нужны как воздух. У нас единственная проблема — пока ищем возможность установки пушки вместо крупнокалиберного пулемета. К сожалению 45-мм орудие плохо вписывается в конструкцию без серьезных переделок, а мы и так максимально ее облегчили за счет отказа от узлов и агрегатов водоходного движителя. Но думаю, что эта проблема решится, как только мы получим добро.

— А, от меня то, что требуется, — не мог я понять напористости заместителя главного конструктора, который наседал, потрясая папкой с какими-то документами.

— Необходимы полевые испытания, желательно в боевых условиях, — тут же выдал он, — а так же экспертное заключение. У нас имеется несколько опытных образцов, которые мы готовы предоставить.

— Еще раз спрашиваю. Я-то каким боком к этому отношусь, — не очень вежливо перебиваю инженера. — Если вы обратили внимание, то я больше к авиации принадлежу, чем к бронетанковым войскам.

— Вот именно. Вы же десантник, — огорошил он меня. — А танк изначально, точнее, в большей степени и предназначался для поддержки десантных операций. Кому как не Вам дать оценку его надежности и боевых качеств. Пока мы выдаем в войска сухопутный вариант Т-4 °C, но это временное решение, срочно нужно переходить на выпуск новой продукции и мы к этому готовы. Необходимо только утверждение от Наркомата.

Обдумывая, как бы повежливее отказаться от совершенно ненужного мне обременения я, тем не менее, дал уговорить себя на ознакомление с опытными образцами. В конце концов, от меня не убудет, а на технику посмотреть интересно, а если что, то переадресую в 4-й десантный корпус. Он как раз где-то в Подмосковье переформирование проходит, после боев за Белоруссию, вот пусть и выступают в качестве экспертов. По дороге я с удивлением узнавал, сколько всего в танке было необходимо для того, что бы он мог плавать. По наивности мне казалось, что хватит, какого ни будь карданного вала и пары блоков для перевода крутящего момента на лопасти гребного винта, но все оказалось намного сложнее. Перечень снятого оборудования был немаленький, что позволило не только снизить общую массу, но и освободить достаточно места внутри.

За цехами, на специальной стоянке под открытым небом, стояли несколько боевых машин. Все-таки называть это танком у меня, видевшего более грозные представители этого класса, язык не поворачивался. Вот, вроде и броня в наличии и гусеницы, имеется башенка с длинным стволом 12,7 мм ДШК в спарке с 7,62 мм пулеметом, а для меня она больше как БМД выглядит, только без десантного отсека. Хотя нет. Крайняя машина, выполненная как тягач для 76 мм орудия, имеет более длинную базу и места для шести человек расчета. Только сидения расположены как на Т-20 «Комсомольце» — соединенными спинками по центру и без бортовой брони. Даже на первый взгляд, представленные модели выгодно отличались от своих предшественников, прежде всего «заниженным «корпусом и усиленным бронированием, а так же более плавными и приятными глазу обводами.

— Послушайте, — обратился я к сопровождающему, остановившись у тягача, — а не проще пушку сразу установить на танковое шасси, чем таскать за собой на прицепе. Так и проходимость повысится и маневренность возрастет.

— Не один Вы такой умный, — усмехнулся инженер, — с начала войны Грабин уже установил свое 57-мм противотанковое орудие на базу нашего «Комсомольца» что, на мой взгляд, не совсем удачный вариант.

— У них не удачный, а вы на базе нового танка сделайте удачный, — продолжил я наседать, вспоминая, что в дальнейшем получилась совсем не плохая машина СУ-76. Вот пусть и начинают, чем раньше сделают, тем лучше.

— И знаете, я месяц назад принимал участие в испытании нового оружия, о котором сейчас много говорят.

— Вы «Катюши» имеете в виду.

— Да, именно их. Так вот, обратил я внимание, что им проходимости и защищенности не хватает. На фронте иногда возникает крайняя необходимость нанесения «кинжального» удара, то есть проведения, что называется стрельбы с колес прямой наводкой по прорвавшемуся противнику. И если на ваши танки установить систему направляющих, пусть и не таких мощных как под 132 мм снаряды, а хотя бы и для наших авиационных 82 мм РС, то эффект должен быть очень хорошим. Мне кажется, что дальнейшие развитие вашей техники возможно только как шасси под артиллерийские, минометные или зенитные системы. В единоборстве с танками и артиллерией противника, у этого изделия, даже с усиленной броней, шансов нет, от слова совсем. Единственное, что могу посоветовать, для усиления его огневой мощи без учета сказанного, так это установить 20 мм авиационную пушку ШВАК, если память мне не изменяет, то должна быть и ее танковая версия, ну а нет, так доработать не сложно. Во всяком случае, это лучше чем выдумывать что-то новое или пытаться засунуть неподходящие орудие.