Чтение онлайн

Инженер на минутку задумался, что то, чиркая в свой блокнот, а потом спохватился:

— Так как. Возьметесь за испытания образцов.

— Только если пару штук, и то не совсем в боевых условиях, — сказал я, продолжая задумчиво разглядывать тягач. Выходы к передовой, для проведения боевой слаженности курсантов у нас все равно планировались, и мне очень хотелось разжиться броней. Один легкий танк нам точно пригодится, хотя бы для «обкатки» бойцов. А из тягача мне очень захотелось сделать несложный вариант БМД. Вернуть «Скаут» уже не получится, а варианты отечественных броневиков этого времени для моих задач не подходят. — Остальную технику могу помочь пристроить десантникам, но у меня есть одно условие по небольшой доработке вот этого экземпляра.

Немного «поторговавшись» мы ударили по рукам. Инженер подробно записал мои пожелания, хмыкая в некоторых местах и поглядывая на меня с хитринкой. Хочет попытаться внедрить мои задумки в серию, да на здоровье. Расстались мы довольные друг другом, договорившись о системе связи, все-таки предприятие режимное и просто так, даже по телефону могут не соединить.

Вернувшись в гостиницу, расслабиться не получилось. Прямо на вахте меня уже поджидала инициативная группа «строителей бронепоездов» в количестве четырех человек, из которых я знал только двоих. Это пухленького инженера и бойкую девушку, остальные двое оказались железнодорожниками. Ребята все-таки воспользовались моим предложением привлечь смежников. Все планы на вечер рухнули, так как отделаться от настырной молодежи общими фразами не удалось. Пришлось много рисовать, объяснять и доказывать. Из-за катастрофических потерь в технике, в том числе и железнодорожного подвижного состава, выбить даже один маневровый паровоз, пусть и для такой важной цели, было почти не реально. В качестве альтернативы я сразу предложил делать бронированные мотовагоны, по примеру имеющихся в составе войск НКВД. Перед самой войной довелось увидеть такой в Минске. Очень впечатляющая и совсем не маленькая конструкция длиной в двадцать метров, имеющая на вооружении четыре танковые башни и зенитные пулеметы. Комсомольцы дружно убеждали меня в том, что такой масштаб их не устраивает. Нужен бронепоезд, который одним своим видом обратит немцев в бегство и все в таком же духе. Все мои доводы, что отсутствие паровоза, существенно экономит броню и делает общий профиль состава менее уязвимым для противника, просто игнорировались. Раз бронепоезд — значит должен быть паровоз, и все. Так же зациклились и на вооружении, стремясь напихать как можно больше орудий, по принципу тяжелого пятибашенного танка Т-35.

В конце концов, мне это надоело, сложно спорить, когда тебя не слышат. Взяв новый лист я, подложив планшет, быстро накидал общий вид состава, так как представлял по воспоминаниям, из давнего посещения музея, на ходу внося свое видение решения проблем.

Как штурмана-наблюдателя, моего тезку готовили к распознанию с высоты многих типов и моделей бронепоездов, для определения уязвимых и первоочередных целей. И всегда самым слабым местом и приоритетной мишенью при атаке с воздуха, определялся паровоз, так как сброс давления пара приводил к полной остановке всего состава, делая его отличной мишенью. Поэтому я и считал более целесообразным использование мотовагонов, устанавливая в качестве движителя танковый мотор. Тем более что на довоенных средних танках использовался авиационный двигатель М-17 с водяным охлаждением, достать который для меня не проблема. Пять сотен лошадей выдаваемых им, должно быть достаточным для обеспечения вполне приличной скорости.

Сама схема состава выглядела обычной для РККА: бронепаровоз; два орудийных броневагона с танковыми башнями; пара бронеплощадок с зенитками и пусковыми установками под РС-82; плюс контрольные платформы. Причем все, вооружение должно было монтироваться на четырехосных бронеплатформах, что бы исключить раскачивание во время одновременного пуска ракет. Использование маленьких, двухосных платформ при строительстве бронепоездов я считал не совсем правильным. С их грузоподъемностью и короткой базой ни чего действительно достойного сделать не получится. Так же я считал, что двухбашенные броневагоны, на которых настаивали заводчане, непрактичны: во-первых, излишне тяжелы (что создаёт перегрузку пути и затрудняет их подъём в случае схода с рельсов), во вторых при их повреждении поезд лишается половины артиллерии. В то время как при установке одной башни, получаем более компактную и соответственно лучше забронированную схему, а огневую мощь увеличиваем за счет РС. Идеальный вариант, когда на одной двадцатиметровой платформе монтируется орудийная башня (впереди, с углом обстрела по горизонту в 180 градусов), затем зенитная установка, командирская рубка с круговым обзором, а в конце вагона выдвижная площадка с РС.

Понимание я нашел только в лице представителя железной дороги, который лучше остальных разбирался в системе организации на ж.д. транспорте. Он же целиком поддержал идею отказаться от паровоза в пользу собственного двигателя, на коленке рассчитав, что мощности мотора вполне хватит на весь состав. Однако время близилось к комендантскому часу, а наша беседа зашла в тупик. Не помогла и бутылка коньяка, употребленная под печенье и шоколад, вместо ужина, который мы благополучно пропустили за спором.

— Вот, что товарищи, или делаем так, как нужно фронту, — решил я надавить на них своим авторитетом, — и я Вам всесторонне помогаю. Или дальше сами. Участвовать в переводе ресурсов государства, для удовлетворения чьих-то амбиций я не буду. Все должно быть просто, но надежно; экономично, но ремонтнопригодно; и главное многофункционально. Так, что бы даже находясь в тылу, бронепоезд был востребован и приносил пользу, например, осуществляя зенитное прикрытие станции. Вот мои наброски, на которые желательно ориентироваться, а в остальном я Вашу фантазию не ограничиваю, вот только оружия сверх указанного не получите. Завтра моя командировка заканчивается и мне необходимо убыть в расположение части, но в Москву я по делам службы буду заглядывать. Найти меня можно здесь в гостинице, если что оставляйте сообщение на мое имя, я перезвоню или подъеду на завод.

Все немного побухтели, но признав, что время и впрямь движется к комендантскому часу, засобирались. То, что не удалось достигнуть согласия, меня совершенно не беспокоило. Строительство бронепоездов не мой профиль, найдутся специалисты и получше. Это пока они остаются грозной силой, особенно при наличии в Подмосковье разветвленной сети железных дорог, а к концу войны их задачи в основном сведутся к охране путей снабжения. А вот, что было действительно досадно, так это то, что не успел решить вопросы с посещением складов вооружения. Хорошо, что на завтра запланировано выступление перед коллективами, напрямую не связанными с производством боевой техники, и можно наверстать упущенное. К тому же удалось договориться с транспортом, что многое упрощало.

Небольшим бонусом стало предложение девушки, по имени Екатерина, проводить ее до дома. На развитие каких-нибудь отношений, я не рассчитывал, но прогуляться в компании приятной во всех отношениях красавицы перед сном было полезно. К тому же Татьяна меня избегала, дуясь на испорченный ужин. По Московским меркам десять минут на трамвае, совсем не далеко, потом еще столько же пешком, проходя сквозными дворами. Времени хватало, и мы не торопились, наслаждаясь тихим теплым вечером. Я за день достаточно наговорился, поэтому в моем лице Катя нашла благодарного слушателя.

— А ведь это про Вас газеты в начале войны писали, — неожиданно сменила тему разговора, — вы же капитан «М»?

— Договорились же на ты, — я попытался избежать это темы. Но не тут-то было.

— Ну, скажи я ведь права? Ну же.

— Права, но об этом мы говорить не будем.

— Ой, да ладно. Нужны мне Ваши тайны, — ответила она, изображая обиду. И тут же лукаво улыбаясь, добавила, — а у меня родители на дачу уехали, и дома вино есть.

— В гостиницу не успею, — предпринял я слабую попытку отказаться от завуалированного предложения. Девушка мне, конечно, нравилась, но… Что именно я придумать не смог.

— У меня останешься, — расставила она все по своим местам. А потом прильнула ко мне, целуя в губы.

Пришлось обхватить за талию, прижимая к себе, и почувствовать, как под ладонью облегченно расслабляется напряженная спина. И какой мужик от такого откажется. Как мы оказались перед дверями квартиры на третьем этаже, я не запомнил.

Глава 14

Старый добрый советский будильник звонил так, что поднял бы и мертвого. Мы были живые, поэтому долго этого издевательства вынести не могли. Обычно я легок на подъем, но сегодня наоборот хотелось понежиться подольше, тем более рядом с крепким телом молодой женщины, но не судьба. Будильник специально выставлен на шесть утра, так как каждому из нас предстоит работа. Кате нужно на завод, у меня выступление на двух предприятиях, а после обеда обязательное посещение складов, согласно предоставленного списка. На испытательный полигон под Коломну, я к своему большому сожалению, просто не успеваю, так как командировка заканчивается и ровно через сутки я должен быть в расположении части. Можно было бы попытаться продлить ее через канцелярию Пономаренко, вот только смысла в этом нет. Согласно, утвержденного Политуправлением графика, мне, в ближайшее время, предстояло еще несколько посещений столицы. Поэтому поездку за сотню километров в другую сторону придется перенести на более благоприятное время.

За окном поднимался туман, лето заканчивалось, но еще было достаточно тепло. Катя, в коротенькой ночной сорочке, которой больше подходило название майка, выскочила на балкончик, что бы оценить погоду и определиться с выбором наряда. Когда она чуть наклонилась вперед, пытаясь, что-то рассмотреть в глубине двора, мне открылся замечательный вид на стройные ножки и то, что обычно спрятано под одеждой. Удержать себя в руках я не смог, и подкравшись сзади, обнял, прижимая к себе, заодно давая почувствовать готовность к продолжению ночных баталий.