Чтение онлайн

Нелё тоже прижалась к стене, хотя ей бояться было и нечего. Она думала, что Пётр Николаевич их не заметит, пройдёт мимо. Но он заметил. Подошёл. Взял Улю за подбородок, поглядел в глаза.

– Ну, беглянка, горе ты моё...
– грустно сказал он.
– Зачем же ты убежала? Разве тебе у нас плохо?

Он не ругал Улю, ни капельки. Уля не всё поняла, что он сказал, но по голосу почувствовала, как он огорчён. Ладонь у него была тёплая, добрая.

Все проводили Петра Николаевича до учительской, и, когда он скрылся за дверь, Уля потянула Нелё за собой и побежала в спальню. Там она достала свою Катю, пригладила ей волосы, поправила капюшон, потом шепнула:

– Катя, ты не скучай без меня, ладно?

– Будем играть?
– спросила Нелё.

Уля покачала головой. И прямым путём отправилась к учительской. Нелё шла рядом, не понимая, что Уля ещё надумала.

А Уля подошла к двери, послушала. Пётр Николаевич там разговаривал громко - должно быть, по телефону. Когда кончил говорить, Уля осторожно приоткрыла дверь.

– Заходи, - позвал Пётр Николаевич.

Уля вошла. А Нелё осталась в коридоре и, глядя в приоткрытую дверь, не выпускала из вида подружку.

Уля подошла к столу и положила перед Петром Николаевичем куклу.

– О-о, какая красивая!
– Пётр Николаевич взял куклу в руки.
– Как ловко парка расшита. Это мама смастерила?

Уля замотала головой.

– А кто же? Сама? Ну молодец!

Полюбовавшись, Пётр Николаевич протянул куклу Уле. Но Уля не взяла. И даже руки спрятала за спину.

– Это Катя, - сказала она.
– Самая хорошая. Теперь она у вас будет жить.

У Петра Николаевича от удивления брови поднялись высоко-высоко.

– Но я в куклы не играю, - растерянно сказал он, - я уже взрослый, да где там, уже старый. Я когда мальчишкой-то был, больше молотком орудовал.

– Катя - хорошая дочка, - повторила Уля, - она малых нянчить умеет. Теперь она ваша. И она не будет убегать ко мне.

– Вот задачу ты мне задала, - даже поднялся со стула Пётр Николаевич. А потом сказал: - Ну хорошо, раз ты так хочешь, я возьму её. А где же мы её поместим?

Он оглядел комнату.

– Вот тут, - показала Уля на кусочек пустого места на книжной полке.

– Хорошо.

Пётр Николаевич раздвинул немного книги и посадил туда куклу удобно, как в гнёздышке.

– И впрямь ей здесь неплохо, - обернулся он к Уле.
– А ты, как соскучишься, приходи сюда, она тебя будет ждать. Договорились? О бэй?

– О бэй, - довольная, кивнула Уля.

ВОТ И СВИДЕЛИСЬ!

– Везут, смотрите, везут кого-то!

– Наверно, надоело дома, соскучился, вот и везут.

Все ребята, что были на улице, кинулись к школе. Им хотелось посмотреть на этого чудака, которого везут раньше срока, ведь до конца каникул ещё целых три дня.

Снег звенел под их ногами, пел под полозьями санок, хрустел под лыжами. И в эту снежную музыку уже вливался еле слышный перезвон. Нелё и Уля замерли - бубенцы! Девочки побежали за сарай и увидели мчащуюся к ним оленью упряжку. Оленьи морды, рога белы от инея. Мчат олешки издалека. А бубенцы на их шеях выговаривают:

"Вот и мы! Вот и мы!"

На нартах двое - взрослый и маленький, тоже заиндевелые. Маленький из-под оленьей шкуры так и зыркает глазами. Едва олени, уткнувшись в крыльцо, стали, он первым соскользнул с нарт и кинулся прямо к Уле и Нелё, чуть было не сбил их с ног и звонко закричал:

– Это я! Что, не узнали?

Девочки и впрямь в этом заиндевелом медвежонке не сразу признали своего Вовку, потому что никак не ждали, что он прикатит к ним.

– Ой, Вовка, Вовка!

Они тискали, тормошили его. Наконец Уля оторвалась от братишки и кинулась к маме. Потому что это её мама примчалась на оленьей упряжке. Мария Вэрковна подхватила Улю на руки:

– Ну, здравствуй, здравствуй, дочка!

У Ули от неожиданной радости дух перехватило, и она не могла вымолвить ни словечка. Подбежала и Нелё:

– Здравствуйте, тётя Вэрковна.

– Это новенького привезли?
– переговаривались собравшиеся вокруг ребята.

– Только больно мал.

– Мал, да удал.

В раздевалке, когда скинули пальтишки, Мария Вэрковна только головой покачала, оглядывая девочек.

– Однако, большие стали. А платья на вас какие хорошие. А косичек-то нет!..

Уля крепко прижалась к маме и зашептала:

– Я так хотела к тебе, так хотела!..

– И мы, однако, соскучились. Отец сбирался сам поехать, но я сказала: "Нет, я поеду. Повидаю нашу Улю, посмотрю, как ей там живётся на стороне".

– И я сказал: поеду, - заявил Вовка.

– Мы с отцом его отговаривали, дорога длинная, мороз, но разве его отговоришь?

Мария Вэрковна приглаживала Улины волосы, заглядывала ей в глаза.

– Юлька про тебя всё спрашивает: "Где наша Уля?"

У Нелё к горлу подкатил комок. Ей вдруг нестерпимо захотелось, чтобы и её мама была тут рядом, чтобы и она могла так же крепко прижаться к ней. И, боясь, что она вот-вот разревётся, Нелё вдруг громко спросила Вовку:

– Хочешь, я тебе покажу нашу школу?

– Хочу, - встрепенулся Вовка.

– Да, да, Улекоча, Нелёко*, покажите!
– обрадовалась Мария Вэрковна.

_______________

* Когда ненцы хотят сказать ласково, они прибавляют к имени "ко", "коча" - "Улекоча", "Нелёко" - значит: "Улечка", "Нелёчка".

Как когда-то Нелё показывала школу Уле, так теперь они вместе, держа Вовку за руку, показывали ему и Улиной маме, где у них классы, где пионерская комната, где спальня. Скоро Мария Вэрковна приотстала, потому что её встретил Пётр Николаевич и попросил зайти в учительскую. А Уля, Нелё и Вовка пошли дальше. Вовка таращил на всё глаза и без устали спрашивал:

– Это что? Это что?

Совсем как на уроке Раисы Нельчевны, когда они учили слова по картинкам.

Уля показала Вовке свою кровать, он тут же надавил руками матрац:

– Однако, мягко.

– Только без ног, - предупредила Уля.
– Нам не разрешают.

Но Вовка уже вскочил на кровать и стал подпрыгивать.

– Хорошо!
– рассмеялся он.

И тут же перескочил на кровать Нелёны и на ней покачался.

Когда проходили мимо умывальников, он, конечно, толкнул железную палочку вверх - что будет? Тотчас ему в руки полилась вода. Вовка от неожиданности отскочил.