Чтение онлайн

– Тай! Помоги собраться, сейчас едем.

– Куда?

– На природу, оттягиваться будем. Хватай эту сумку. Тай подчинилась с подавленным вздохом. Энергия хозяйки ее угнетала. Все утро и полдня они шатались по магазинам. Эльха поставила перед собой задачу приобрести своей новой девушке полный гардероб, и с курса ее могло сбить только прямое попадание атомной бомбы. Тай, привыкшая к странствиям и тяжелой работе, не переставала удивляться такой неожиданной выносливости. Впрочем, ходить по магазинам тоже надо уметь, а Эльха, по всей видимости, владела этим искусством с детства. Но все же, после жаркого дня, бесконечных примерок, тяжелых сумок куда-то еще ехать... Не понять этих богатых.

Следуя указаниям Эльхи, Тай собрала в сумку пляжную подстилку, зонтик, пару едва заметных бикини, полотенце и дамский журнал.

– Ты будешь что-нибудь читать?-спросила Эльха.

– Да нет, наверное.

– Ну, как хочешь.

Тай охотно взяла бы кое-что из библиотеки, имевшейся в доме, но то, что ей хотелось читать, было сплошь редкого коллекционного вида, а дешевые издания пугающе пестрели кровью, звездообразными дырками пуль и голыми грудями. Ну их совсем.

– Привет, лали,- улыбнулся Хирург, когда Тай садилась в машину.

– Привет, гаджо,- отозвалась Танцовщица.

Эльха засмеялась.

– Так их, шовинистов проклятых!

– Да я не в обиду,- малость смутился Сержорж.

– Так и я не в обиду. Я лали, ты гаджо-все нормально.

– Слушай,- вмешалась Эльха.-"Гаджо", это ведь по-цыгански, нет?

– Ну да. Значит-"чужак". Но для нас это просто все национальности, кроме лали. А ты разве не говоришь по-нашему?

– Что ты, откуда мне? Дед помер давно, папик перезабыл все на свете. Так, с десяток словечек знаю... Потом поучишь меня как-нибудь... Хирург, а кто еще едет?

– Лили, Джеки, Ханка и ее новый приятель, ты его не знаешь. Но они на своей тачке.

Хирург подрулил к заросшей цветущей акацией усадьбе и посигналил. В ответ ожил динамик у калитки и голосом Лили спросил:

– Хирург?

Сержорж дал еще один короткий сигнал.

– Сейчас, минуточку.

Она действительно появилась довольно скоро, одетая в длинную белую хламиду, с объемистой сумкой и магнитофоном.

– Всем салют. Это все?

– Еще Джеки. Ханка с френдом сами едут.

– Ничего не изменилось?

– Ну, Эльха вроде бы при деньгах...

Эльха улыбнулась.

– Все ништяк, хвосты. Травой по-прежнему в порту торгуют? Да? Ну и хорошо, там и хавкой затаримся, только за Джеки заедем.

"Небеса великие, ничего себе!"-подумала Тай. Одно дело, знаете ли, охранять девушку от хулиганов, а вот вязаться с наркотой-это уже совсем другое. Травились бы дома, что ли, если уж неймется... Ну да что уж теперь поделаешь, по морю пешком не уйдешь.

Лили уселась рядом с водителем, и машина возобновила движение, углубляясь в путаницу узких пасторальных проселков. Виллы в этом районе были не то чтобы беднее, скорее наоборот, однако они сильно отличались от аристократически изящных построек по соседству. Причудливые двух-трехэтажные здания с асимметричным расположением окон чередовались с приземистыми бетонными кубами, фасады которых украшали совершенно греческие колонны, а рядом тут и там виднелись миниатюрные замки из красного кирпича... Эльха, угадав, что заинтересовало Танцовщицу, спросила:

– Как тебе этот райский уголок?

– Богато,- коротко определила Тай.

– Емко сказано,- одобрила хозяйка.-Главное, тактично... Тут живут капиталы в первом поколении. И вот что, Тай... Лучше тебе здесь не светиться. Настроение только портить.

– Учту. А кому, извините, настроение портить?

Эльха в ответ засмеялась, хмыкнул и Хирург.

– А это мысль,- заметила Эльха, отсмеявшись.-Надо будет всей гопой сюда нагрянуть. А то Лили, понимаешь, шастает тут одна день-деньской, шокирует их своими нарядами, заскучал поди народ.

– Они еще не сподобились лицезреть твои штаны,- сухо отпарировала Лили.

– Не доросли они еще до понимания моих штанов. Это же философия... Хирург, поворот пропустил!

Водитель чертыхнулся, тормознул и подал машину назад.

– А вообще слушай, не надо сворачивать. Постой тут, я за ней схожу,- предложила Эльха.

Хирург кивнул.

– Пойдем, охрана.

Она вышла, и Тай послушно направилась за ней, пристраиваясь по ходу сзади и слева.

– Сто-ой! Привал!

Нэль натянула повод и спешилась. Кобыла понуро встряхнула мокрой челкой и с видом покорного отвращения потянулась к редкой и неаппетитной лесной растительности.

Нэль ослабила подпруги, застегнула повод на ближайшем дереве и прошла чуть вперед, надеясь разглядеть за пеленой дождя начальство или, хотя бы, услышать дальнейшие распоряжения. Ничего такого, однако, не предвиделось. Актриса пожала плечами и пошла обратно.

Завидев свою всадницу, кобыла вопросительно подняла голову и приглушенными гортанными возгласами потребовала более адекватной пищи.

– Ну, заклекотала, орлица недоделанная. Где крылья потеряла? Сейчас, подожди.

Нэль принялась распускать ремни на седельном вьюке.

– Слышь, Артистка!

– Чего, браток?

Непривычный к седлу свежеиспеченный боец кавалерии подковылял поближе и просительно посмотрел на Нэль.

– Слушай, отсыпь сухариков, а?

Нэль презрительно фыркнула.

– Ну отсыпь, пожалуйста. У меня скотина уже еле ноги двигает...

– Голуба, я иной раз сомневаюсь-головы у вас, или жопы с глазами? Вот почему при полном, заметь, отсутствии черного рынка у меня есть фураж, а у вас нет? Ты просишь, Пупик просит, Халдей просит... Да все, короче говоря, кроме командира.

Солдат вздохнул и попробовал следующий вариант атаки.

– А на табак махнешь?

Нэль задумалась.

– Уговорил. На, сыпь сюда. И я еще погляжу, что ты там за дрянь припас.

Солдат шикарным жестом протянул на освидетельствование жестянку фирменного трубочного табака.

– Устроит?

Нэль присвистнула.

– Командора ограбил, мародер несчастный? Молчи, молчи, не знаю и знать не хочу. Шныра ты и есть Шныра...

Солдат самодовольно хмыкнул.

– А ты говоришь-жопа. У меня-то голова! Я лишней тяжести не вожу, это ты у нас запасливая...

Актриса улыбнулась и, развязав тюк, отсыпала галет Шныре и своей лошади.

Небеса потихонечку прояснялись. Дождя, собственно, уже не было, капало с веток. Кобыла торопливо хрустела сухарями.. Нэль наблюдала за ее трапезой, прикидывая, стоит ли выделить галет себе самой. Вообще-то, она ела вчера, можно и потерпеть, тем более, на Шныру разорилась. Актриса со вздохом запаковала тюк, развязала соседний, на ощупь вытерла руки и принялась сворачивать папиросу. Озябшие пальцы слушались плохо. Но Нэль была терпелива. Зажав в зубах продукт своих усилий, она вышла на открытое место, где капало меньше, и закурила. Теперь она хорошо видела всю группу. Конников у Кэдда получилось немного. Табунщики продали пятнадцать лошадей, годных под седло, основную часть табуна составлял незаезженный молодняк. Других возможностей приобретения так и не подвернулось.