Чтение онлайн

— Брюс, — Леона положила руку на его ладонь, словно останавливая. Нооооо всё становилось интереснее и хуже.

— Этот щенок припирается.

И бла бла, и бла бла, и бла бла.....

Я слушала словно мантру всё, что сейчас наговорили взрослые. Как будто мы с Ридом не относимся к людям, которые сами принимают решения.

Но вот если у Рида есть выбор, то у меня нет. И я хочу жить...

Поэтому...молчу.

— К тому же, мы не должны забывать, что тут есть ещё Лив. Уверен, что она тоже надерёт тебе задницу, отец.

МОЛЧИ!!!

— Она согласна, — мама проглотил кусочек мяса, запивая его водой. — Ты прекрасно готовишь, очень вкусно, Леона, спасибо.

Я просто смотрю на всех, смотрю и молчу. Любое слово, любой жест, любая эмоция и я труп, буду гнить в темнице сырой, как ворон молодой. Я только получила призрачную свободу.

Рид смотрит на меня, ощущаю это.

— Я не могу, Рид. Извини.

Всё что получается сказать, когда довольный взгляд отца натыкается на пустой мой.

— Ладно, давайте иначе. Мы оба любим других людей, — я затаила дыхание. НЕ СМЕЙ. НЕ СМЕЙ. ПОЖАЛУЙСТА. ЕГО УБЬЮТ. СРАЗУ ЖЕ ПРИСТРЕЛЯТ. РИД, ПОЖАЛУЙСТА. — Но ради вас и вас, — он по очереди показал головой на всех. — Мы должны послать их к чертям и пожениться.

Господи, господи, господи....Рид....

— Дочь, в кого это ты влюблена?

О вашу мать, натыкаюсь на маму, которая улыбается так, словно выиграла самый большой куш и теперь им воспользуется плюнув мне в лицо. Надо что-то делать. Почувствовала, как тело Рида рядом со мной напряглось, а его рука тронула мою.

— Я не знаю, мне тоже интересно, — повернулась к нему, взглядом просто умоляя заткнуться.

Они его убьют, Рид. Убьют. Сию же секунду прикончат, как только узнают.

— Я предположил. Всё остальное вы мимо ушей пропустили?

А дальше в моих ушах начался гул...пульс стучал под стопятьдесят в секунду, нечем дышать. Я сидела из последних сил.

Но мне всё равно придётся откусить себе голову, чтобы все забыли о голове Райана.

Поэтому скрепя сердце, я вступаю в бой.

— Женщины, встали и вышли! Все кроме Оливии, — папа проговорил властным голосом, но до дикого ужаса спокойным.

Все вышли.

— Послушай меня сюда, — обращение ко мне. На минуточку, до этого момента я молчала, но он знает меня хорошо...ведь начну говорить я уже очень скоро. — Ты не смеешь мне дерзить. И ты это знаешь.

Знаю папа, но либо я...либо тот, кто хоть немного позволил мне забыть, что я лишь инструмент.

— Смею. А теперь послушайте меня. Я всю жизнь готовилась стать твоей заменой. Ты, — я ткнула в отца пальцем, выказывая такое сильное не уважение, что моя кожа на заднице сама собой окрасилась в цвета от его ремня. — Учил меня. Разве для того, чтобы как кусок мяса отдать ему, — я указала на Брюса, понимая, что он тут рулит, но всё же решила не принижать значимость Рида, поэтому ткнула и в него. — Ты с ума сошёл?

Ривер и Брюс одновременно закатили глаза.

— Мы решили, вы приняли решение в нашу пользу. Таков мой вердикт, спасибо за ужин! — папа встал, выходя из столовой.

— Отец! — я побежала за ним, хватая его за руку.

— ТЫ! Я даю тебе два дня, чтобы прийти в себя. Два дня, Оливия, хочешь езжай к своей подружке, куда угодно. Через два дня ты придёшь в себя, возьмешься за ум. И больше никогда, — он прищурил глаза, а я захотела просто сгореть заживо на месте, это было бы менее больно, чем то, что он делает сейчас. — Не будешь вести себя так, как ведёшь сейчас. Не хочешь Рида? Ладно. Два дня, и у тебя будет оху*нная жизнь, моя дорогая, — впервые слышала от отца такие слова, я просто растерялась, утопая в его гневе.

Он сжал мою руку, до хруста в костях, ожидая моей реакции, но я даже не вздрогнула, понимая, что сейчас передо мной опасный человек, а не папа.

— Отпусти! — прошептала, ровным голосом, не пытаясь выдернуть руку сама.

— Я вложил в тебя всего себя, и ты должна мне подчиняться.

— Я не прошу у тебя чего-то сверхествественного, лишь хочу управлять сама тем, к чему ты меня и готовил.

— Мы поговорим через два дня! Отдыхай, пока можешь, я тебе уже сказал, что дальше ты будет выть от желания стать чей-нибудь женой и рожать!

Я прижала руку ко рту, он никогда, никогда в жизни, так со мной не говорил и не бросал таких слов.

Папа спокойно развернулся и зашагал в комнату, видимо забрать маму.

Я ушла с Ридом и Милли, садясь с ними в машину, потому что...у меня было два дня.

— Тебя куда? — я выдохнула, зная, к кому и куда хочу поехать.

— Я не знаю, где он живёт.

Рид вышел из машины, набрав чей-то номер...ну...видимо мне нельзя приезжать, не уведомив об этом хозяина. Вернулся парень через минуту, кивая мне.

Поездка выдалась недолгой, оказалось, что Райан живёт очень даже в приличном месте, даже я бы сказала дорогом.

Дом выглядел странно, как будто пугающая пустота сквозила из него.

— Ладно, прости ещё раз, что чуть не выдал тебя и его. Поеду, — я улыбнулась Риду, кивая и помахала Милли на прощание.

Дверь в дом оказалась открытой, я зашла, захлопывая и закрывая дверь на ключ. Не знаю, как привык Райан, но я не могла терпеть, когда дверь оставалась открытой.

Прошла вперёд, всё ещё не подавая голос, пока не зашла в огромную гостиную. Я прямо вздохнула-выдохнула. Это божественно красиво. Длинные потолки, на всю стену красивые окна, деревья за ними зелёные.

Господи, я описываю всё, как первоклашка.

А всё потому что на большом кожаном диване, с очками на носу, в белой красивой рубашке, с взлохмоченными волосами сидел Райан. У него на коленках был ноутбук, он был поглащён чем-то, но по лукавой улыбке, поняла, что он знает, что я тут.

Я сделала шаг вперёд...и он поднял голову, впиваясь в меня взглядом.

Дом Райана стоял где-то на краю леса, хоть и в элитном месте, но дальше всех домов.

Стиль лофт, но не грубый — элегантный. Бетонные стены, выровненные до гладкости, а на полу тёмный дуб, отполированный до блеска, он отражал свет, как чёрное зеркало.

Потолки высокие, почти соборные. А в гостиной — стена из стекла от пола до потолка. За ней — лес, густой, тёмный, безлюдный.

Всё внутри — чёрное. Но не мрачное. Чёрный диван с подушками из грубого льна. Чёрная книжная полка — почти пустая. Я увидела только три книги: "1984, Преступление и наказание, Мастер и Маргарита". Чёрный кофейный столик — на нём только стакан воды и ручка из матового металла. Ни фотографий, ни безделушей, ни следов настоящего и прошлого. Только порядок. Только контроль.