Чтение онлайн

Не найдя других слов, Сентиль укрылся одеялом с головой и постарался заснуть.

Глава 60Праздник

После пробуждения среди ночи Сентилю так и не удалось нормально поспать. Он просыпался ещё дважды, когда менестрель во сне начинал распевать песни. На третий раз принц только закрыл глаза, как раздался грохот, от которого зазвенели стёкла. Он вскочил и испуганно завертел головой.

– Проснулись, наконец, - раздался голос Кларда.
– Солнце уже высоко.

Сентиль оглядел комнату и увидел пустую кровать менестреля.

– А где Пеларнис?

– Проснулся ещё час назад. Грохот всех перебудил. Как вы только спали в таком шуме.

За окном вновь раздался взрыв, с улицы донеслись крики.

– И часто так?

– Без остановки. Неужели не слышали?

– Нет.

Сентиль поднялся и только успел надеть штаны, когда в комнату заглянула Дари. Причёска на голове осталась целой.

– Тоже не спится?
– сказала она. Вместо ответа раздался грохот. Сентиль поморщился и потянулся за рубашкой.- А этот куда убежал?

– Спросишь у него, как вернётся, - пробурчал принц. Он подошёл к окну. Людей на улице почти не было, никакого признака пожара тоже.- И чего они расшумелись?

– Пойдёмте завтракать?
– спросила Дари.
– Сегодня по старинке, без полётов.

Клард кивнул, и троица направилась к лестнице. Сентиль плёлся позади. Сначала менестрель не дал поспать, теперь неведомый грохот. Настроение оставляло желать лучшего. Они спустились в зал, но вместо завтрака их ждал сюрприз.

Пеларнис разговаривал с незнакомцем, стоящим к ним спиной. Корона из белого золота с сапфирами и рубинами сверкала на лысой голове. Алый плащ, подбитый мехом, спускался до самого пола и волочился следом.

Когда тот обернулся на шум, троица увидела впалые щёки, глаза без ресниц, отсутствующие брови и чрезмерную худобу. Зато бледная кожа сочеталась с короной и белым мехом плаща. Самыми живыми были зелёные глаза, цепко оглядывающие компанию.

– Проснулись, сони!
– На лице Пеларниса сияла улыбка.
– Я хотел вас разбудить, но меня убедили дать вам выспаться. Перед вами управитель Сатнилвид собственной персоной, пришёл встретить дорогих гостей.

Принц выступил вперёд и поприветствовал гостя лёгким кивком.

– Рад встрече, управитель.

– Для меня большая честь встретиться с вами, принц Сентиль, - с поклоном ответил Сатнилвид, не слишком глубоким.
– Генерал Клард, большая редкость видеть вас так далеко от дома. Надеюсь, нам не грозит новая война?
– Бледный человек едва повернулся в его сторону, и Клард ответил таким же безразличием.

– Ни в коем случае. Я всего лишь сопровождаю принца на пути домой.

– И, конечно же, новый придворный силт ло.
– Лицо управителя Авеана ничего не выражало, но в голосе скользнула неприязнь.
– Добро пожаловать в наш безумный городок. Ваш бард сообщил мне, что вы здесь проездом. Надеюсь, дела не заставляют вас отбыть немедленно, и вы не откажетесь посетить наш пир? К нам редко заглядывают короли или принцы. Последний раз мы принимали таких важных гостей двадцать лет назад, но тогда повод был не самый приятный, Первая волна.

– Мы задержимся здесь до завтра, - ответил Сентиль.
– Что за шум стоит с самого утра?

– Это начало празднования и объявление об избрании нового управителя. Прошу прощения, если он разбудил вас. И я просто обязан спросить. До нас доходили слухи о вашем похищении, но вот вы здесь.
– Он перевёл взгляд на Кларда.
– Своим спасением принц обязан вам?

– И ему тоже, - поспешно ответил за бывшего генерала Сентиль. Его почему-то раздражал Сатнилвид. Хотя после такой ночи раздражать будет всё.

– А где ещё двое ваших спутников? Пеларнис рассказывал, что с вами путешествует ещё несколько человек. Ваша охрана?

– Мне не нужна охрана в собственной стране, - резче, чем хотелось, произнёс Сентиль.

– Конечно, вы правы, - поклонился в ответ Сатнилвид. Неловкое молчание нарушил Пеларнис.

– Может, отправимся на пир? Его ведь не начнут без вас, верно? Да, и как можно к вам обращаться?
– После короткой заминки добавил менестрель.
– Управитель Сатнилвид звучит как-то...

– Непривычно?
– усмехнулся бледный человек. Впрочем, смех прозвучал только в голосе, лицо так и осталось равнодушным.
– Да, у нас здесь старые порядки. Можете называть лордом, если так больше нравится. Это всего лишь слова. Но я действительно забыл о празднике. Вы все, конечно, приглашены. Отправимся все вместе или у вас ещё есть дела?

Сентилю вдруг захотелось отказать, просто из вредности, но он понимал, что это ребячество. К тому же он собирается стать королём, и тогда придётся обедать со многими из тех, кто ему не нравится. Так почему не начать учиться сейчас?

Но он всё же оглядел спутников, и не найдя возражений, со вздохом произнёс:

– Отправимся вместе.

– Тогда пройдёмте за мной, карета ждёт.

За дверью их действительно ожидала, повозка. Сентиль пытался заставить себя думать о ней как о карете, но от простой крестьянской телеги её отличали только мягкие сиденья с бархатной обивкой из того же алого цвета, и борта чуть повыше, но недостаточно высокие, чтобы на них облокотиться. К тому же тащили её мулы, а не лошади.

– Вы уж простите за такой способ передвижения, - вновь принялся извиняться Сатнилвид, когда они забрались внутрь и покатились по булыжной мостовой.
– У меня пока нет прав изменять законы, а вкусы моего предшественника были, мягко говоря, странные, даже для этого города. К тому же жизнь народного избранника принято выставлять напоказ. Его должны видеть в любое время. Благо пол столетия назад добились запрета на наблюдение ещё и в туалете.

Сентиль кивнул, принимая извинения, и продолжил разглядывать алый ковёр на полу телеги, с вышитой на ней короной. Сидения, похожие на обычные лавочки, крепились к стенкам и полу, а под ними была постелена кора деревьев. В результате их качало из стороны в сторону, и поездка больше напоминала плавание по морю. Во всяком случае, именно так её описывали в книгах.

– У нас тут ищут применение для всего, - с гордостью произнёс Сатнилвид, наблюдая за реакцией спутников.
– Возможно, это удачная находка, особенно для неровных дорог.

– Сильно сомневаюсь.
– Пеларнис зеленел буквально на глазах. Он попытался сосредоточиться сначала на ковре, потом на сидящем напротив Кларде, воплощении спокойствия и невозмутимости. Но каждое сидение раскачивалось с разной силой, и найти неподвижный предмет оказалось невозможно.
– Людям с морской болезнью такой вид передвижения точно противопоказан.