Чтение онлайн

— А ты ради денег можешь пойти дальше?

— Нет, у меня есть правило. На работе ничего не может быть. Они подают сигналы, иногда даже предлагают «бонус», но я не хочу мешать работу и секс.

— Значит, это только технология?

— Да, причем авторская, я буду регистрировать ее в РАО.

— Но прежде я должна ее протестировать — вдруг предложу какие-то важные дополнения, — подмигнула я. — Когда-нибудь ты сделаешь мне свой чудодейственный массаж?

Я немного ревновала его к тем, другим, голым женщинам, которые получают с ним свою предельную степень наслаждения на массажном столе. Но твердость в его словах произвела на меня впечатление. Я ведь тоже имею особые технологии работы с клиентами — называю их «состояние пролонгированного флирта без удовлетворения». И довожу их до состояния «оргазма» к моменту переподписания контракта на следующий год. Как правило, это работает, и я получаю законную премию к зарплате.

Я попросила дайкири. С тех пор, как мы начали встречаться с моим Принцем, я совсем обнаглела — гаишники перестали замечать меня, поэтому 120 км/ч — моя средняя скорость по ночной Москве, и я начала позволять себе алкоголь за рулем. Появилось какое-то ощущение безнаказанности. Я помнила его слова, когда садилась за руль: «Ты под моей защитой»…

Отпив глоток коктейля, я осмелела еще больше и решилась задать вопрос:

— Дамир, ты никогда не говорил мне, кто ты. Гороскопы, демоны, какие-то авторские методики, — я хотела подтверждения слов Брусникина из его уст.

— От тебя не имеет смысла ничего скрывать. Я не хочу отношений, начинающихся со лжи. Итак, слушай…

— Я профессионально занимаюсь черной магией. Помимо массажа, который пока приносит неплохой доход, уже есть магическая практика. Кроме того, я постоянно повышаю свой образовательный уровень.

— А что, этому где-то учат?

— Конечно, и это обучение стоит немалых денег. Практически все, что я зарабатываю, сейчас уходит на обучение. Когда я начинал, мне негде было жить, и я снимал квартиру, где уже жили шесть гастарбайтеров. Я спал на матрасе возле батареи, меня жрали клопы. Я выделял себе по восемьдесят рублей в день на еду, а всё, что зарабатывал, тратил на учебу. Когда устроился в салон «Миледи», я наработал хорошую клиентуру, смог снять нормальную квартиру, но до сих пор коплю деньги для того, чтобы продолжать свое образование. Плюс нужна постоянная практика. Каждую ночь, когда мы с тобой расстаемся, я возвращаюсь домой и работаю.

— Прости, а магия — это что, привороты, отвороты, заговоры на удачу и так далее?

— Магия — это проверяемое действие. А то, что ты назвала, — это ерунда, этим занимаются тысячи магов — белых, черных. У меня немного другие цели, я хочу выйти на более высокий уровень.

— И что, есть спрос на всю эту ерунду?

— Сумасшедший! Особенно на привороты. И самое интересное, что основной заказчик — мужчины.

Здесь по сценарию я должна задать вопрос:

— Почему мужчины?

— Очень просто. Они не могут добиться женщины никаким другим путем, кроме как подавлением ее воли и формированием зависимости. Ни деньгами, ни властью, ни пластическими операциями по увеличению члена — не могут привлечь самку. Поэтому идут к магам… Раньше приходили женщины. Но сейчас Эра Водолея. Мужчины и женщины поменялись социальными ролями. И если раньше женщины пытались привязать мужчину, то сейчас они стали независимыми и сильными, и им нужны партнеры, а не собачки на поводке… Ну что, готова слушать дальше?

— Дамир, сначала вопрос… — Я все-таки долго думала и решила не тянуть с признаниями. — Я давно, если не сказать «никогда», не испытывала того, что испытываю по отношению к тебе. Я не говорю о любви, я говорю о странном чувстве, которое зародилось в тот самый момент, когда ты позвонил мне. Я уже тогда чувствовала, что буду с тобой. Я думаю о Тебе больше, чем о каком-либо мужчине в своей жизни — и это при условии, что между нами НИЧЕГО НЕТ. Я хочу тебя, но пытаюсь остановиться, потому что мне кажется, что НЕ ЗНАЮ ТЕБЯ. Это что — приворот?

— Я никогда не использую технологии в личных целях. Ты хочешь сказать, что я не могу понравиться женщине, она не может меня захотеть?..Нет, я ничего не делал в отношении тебя. Ты просто почувствовала СВОЕГО, мы родились в один день, на границе Близнецов и Рака. Ты искала то, что могу тебе дать я. И Я ИСКАЛ ТАКУЮ, КАК ТЫ. Да, это не любовь. Это нечто большее, то есть это может стать чем-то большим, если встречаются две половинки некогда разбитого целого.

— Прости, я, наверное, обидела тебя. — Я почувствовала излишнюю эмоциональность и напряжение в его словах. — Я действительно мало знаю об этих материях и боюсь этого, как всего неизведанного. Слишком привыкла сохранять контроль над своим сознанием и эмоциями. Я заказываю второй дайкири и контролирую, сколько промиллей даст мне четверть белого рома, три четверти лимонного микса и сахарного сиропа. И не только потому, что мне садиться за руль, а потому, что должна сохранять контроль над ситуацией и контроль над собой в этой ситуации… В общем, мне есть что терять, и я бы не хотела более испытывать боль, с которой всегда связаны отношения мужчины и женщины… Короче, я хочу подписать с тобой договор. Ты согласен?

— Легко, — согласился он, словно ему постоянно предлагают подписать договора.

Я продолжала:

— Чтобы ни произошло между нами и к чему бы это ни привело — мы расстанемся, будем любовниками, друзьями или врагами, — ты никогда не обратишь свои магические знания против меня. Ты не используешь ни одного оружия из своего арсенала, чтобы навредить мне. И если это все закончится, вернешь меня в исходную точку, в исходное состояние. То есть сделаешь так, как будто ничего не было. Я останусь такой же спокойной, счастливой, как и до встречи с тобой. Я не хочу страдать, не хочу быть слабой… Я не хочу снова собирать себя по кусочкам, словно разбитую вазу. Ты понимаешь, о чем я говорю…

— Заметано! Я могу обещать тебе это. И ты станешь лучше, сильнее, здоровее, чем была до встречи со мной.

Я пришла в восторг от этой идеи. Вот он, «предмет договора», то, чего не хватало мне всю жизнь — после очередной любовной катастрофы свести всё к нулю, стереть все лишние эмоции и потрясения из оперативной памяти и открыть новый файл. Пусть это и есть опыт, жизнь, которую мы познаем всеми органами чувств — сладкое и горькое, обжигающее и ледяное… Но мое бедное сердце уже может не выдержать новой трагедии, оно так много любило и так часто теряло.

Он словно решил проверить меня:

— Я могу прямо сейчас взять и вернуть все в исходную точку. К Зеро. Ты хочешь остановиться? Я сделаю так, что завтра ты не вспомнишь обо мне.

Я задумалась, словно взвешивая его слова. Чашечка весов качнулась в сторону «нет».

— Дамир, теперь уже поздно, я хочу выпить до дна этот бокал, пройти этот путь до конца… Это любопытство, азарт, определенного рода страсть к игре и опасности, адреналин и амфетамин в крови одновременно. Ядерная смесь, и я уже не могу остановиться.

— Но у меня есть тоже условие. Я ведь имею право?

— Наш договор должен быть обоюдовыгодным, не так ли? — Хоть и осторожно, но я выразила свою готовность идти на компромисс.

— Олеся, я не могу любить, и ты не должна любить меня. Это чувство, на которое я не имею права. Я черный маг. И мои покровители не простят, если я нарушу законы.

— А кто твои покровители?

— Мне покровительствуют Черные силы…Нам будет очень хорошо вместе. И я дам тебе всё, чего тебе не хватало, чего ты искала всю свою жизнь. Но только не любовь. Согласна?

— А у меня есть выбор? — Моя улыбка, наверное, показалась заискивающей. Но я быстро справилась с собой.

— Тогда в субботу мы отправляемся в Космос?

Я испугалась, что всё уже так близко. Что период флирта можно считать оконченным, и далее мы становимся Мужчиной и Женщиной.

— Азали учила меня «отдайся потоку»…

Я прижалась к нему, пряча на его груди свое согласие. Когда уже назначен срок, кажется, что отступать некуда. Я вспомнила Фаулза: «Я всегда считал (и не из одного только напускного цинизма), что уже через десять минут после знакомства мужчина и женщина понимают, хочется ли им переспать друг с другом, и каждая минута сверх первых десяти становится оброком…» Для меня все дни, проведенные сверх тех десяти минут, что я узнала его, были слишком обременительны. Они были наполнены сомнением и надеждой, сердечной аритмией и телесным голодом.