Чтение онлайн

— Эван! — испуганно крикнул Ник и дернулся было, но Батч предупреждающе вскинул руку.

— Стой, где стоишь, Никки! — рявкнул он. — Так всем будет безопаснее, — продолжил уже спокойно. — Я никого не убью, пока вы все будете паиньками. Ты же знаешь, Бранд… — он снова повернулся к клетке. — Я против лишнего насилия, но иногда оно необходимо. Надеюсь, теперь ты это понял.

— Понял, — согласился Хилд, но не было никаких сомнений, что они с Батчем говорят о разных вещах. На его щеках играли желваки, а на обнаженном теле были напряжены все до единого мускулы. — Чего ты хочешь от нас?

— Помощи, — Батч предупреждающе глянул на Эвана и подошел к клетке. — Не знаю, как и почему, но у вас с Ником все получалось, а у других — нет. Вот только цели-то у нас общие. Так почему вы от нас бежите?

— Потому что мне противно видеть твое лицо? — медленно цедя слова, ответил Хилд и вздернул обгоревшую безволосую бровь. — Потому что я двадцать лет мечтаю всадить нож тебе в глаз? Потому что я ненавижу каждого человека в этой вашей гребаной Башне?

Свое ошеломление Батч скрыть не сумел. Видимо, Хилд был неплохим актером, потому что было очевидно: сказанное является для землетряса новостью. И новостью крайне неприятной.

— Но я думал… — начал было Батч, но Хилд его перебил:

— Что ты думал, Батч? — он шагнул вперед, вжимаясь грудью в камень. — Что я простил тебя? Что забыл, кто по-настоящему повинен в смерти Лис, Нила и Юргена?

— Я не виноват, что твою семью убили! — ответил Батч резко. — Если кто и виноват, то только ты сам! Что же до Нила и Юргена… — его голос смягчился. — Ты сам знаешь. Я любил их как своих детей.

— Ты не способен любить, — с горечью протянул Хилд. — Никто из вас даже не знает, что это такое.

— Неправда, — глаза Батча странно сверкнули. — Я хорошо знаю, что это такое… — он подошел к клетке еще ближе и протянул Хилду ладонь. — Прости меня, Бранд, — сказал, глядя ему в глаза. — Я никогда не желал тебе зла.

Несколько секунд Хилд смотрел на него не мигая, а затем медленно поднял руку, сжал его пальцы и резко потянул на себя.

— Не смей тронуть кого-то из моих друзей! — прорычал он Батчу в лицо и силой дернул руку, с хрустом ломая ее об камень.

Батч закричал, отпрянув — Хилд отпустил его, не мешая — и осел на землю. Песок зашевелился, обхватывая вывернутую под неестественным углом конечность, и через несколько секунд Батч встал целый и невредимый.

Глядя на Хилда в упор взглядом, в котором пополам мешались злость и восхищение, он, не оборачиваясь, крикнул:

— Никки! Собирайся, мы идем домой. Твой дядя Хидди поедет в персональной карете. Надеюсь твоя зверушка сможет ее поднять.

— Да пошел ты, Батч!

Резких, громких и полных сдержанной ярости слов не ожидал даже Эван — не говоря уж об изумленно вскинувшем брови Батче. Землетряс развернулся всем телом и уставился на Ника как на заговоривший танк.

— Тебе нужны деревья? — Ник свирепо прищурился. — Зачем? Людские кости горят хуже?

Батч не сразу нашелся с ответом. Некоторое время он стоял, рассматривая Ника так, будто только сейчас его вообще заметил.

— Я пытался тебе рассказать, Ник, — наконец начал он медленно. — Про круговорот жизни, про то, как это было устроено в природе. Но ты не хотел меня слушать.

Ник усмехнулся и покачал головой.

— Как же ты вонял… — протянул он с отвращением. — Завистью, похотью, скукой. Я не то что слушать — я рядом находиться не мог!

Батч поджал губы и даже, кажется, скрипнул зубами.

— Смотрю, реальный мир тебе в принципе не по вкусу пришелся, — сказал он как мог миролюбиво, но сквозь это миролюбие все равно просачивалась злость. — Иначе зачем забираться так далеко? Пришлось прочесывать почти всю планету бегунами. Но поиграли в прятки — и хватит. Пора домой, Никки.

С этим словами он резко поднял руки, и вокруг Николаса вдруг захлопнулась еще одна клетка — точно такая же, как та, что пленила ветрогона. Теперь стало ясно, как Батчу удалось справиться с Хилдом — он просто застал его врасплох. Возможно, он даже показался ему на глаза лишь заключив Хилдебранда в парализующий его магию каменный короб и предусмотрительно захватив с собой мага огня, чтобы сжечь одежду и волосы. Чтобы гарантированно отобрать ветер.

Эван уже приготовился к прыжку. Сейчас, когда Батч отвлекся, можно было все же попробовать снести ему башку. Но тут клетка, казавшаяся такой основательной и незыблемой, просто рассыпалась песком, явив сжимающего свою плеть Ника.

— Вода гасит Огонь. Огонь пожирает Дерево. Ветер раздувает Огонь и Воду, но разбивается о Землю. Но Дерево… — Ник торжествующе усмехнулся. — Дерево подчиняет Землю!

— Прекрасно, — Батч скрыл удивление за насмешливой ухмылкой. — Хоть что-то ты запомнил. Но именно поэтому я подстраховался… — он обернулся и убедился, что танки во главе с тегу уже подошли совсем близко. — Смерть — она подчиняет все!

Танки остановились за спиной Батча, и тегу склонил голову к песку, позволяя Ашерону величественно сойти вниз.

— Ваши милые семейные разборки уже закончены? — осведомился он холодно.

— Да, вполне, — уверенно кивнул Батч. — Твой танк увезет Древо вместе с комом земли, или Обновим того гиганта?

— Мех мой, не забывай, — сухо ответил Ашерон. — Вместе с гигантом. Ты забираешь Древо и своего паленого дружка.

— И мальчишку, — напомнил Батч.

Ашерон смерил Николаса взглядом и покачал головой.

— Нет. Не думаю, — сказал он медленно и развернулся к Батчу. — Мальчишку я возьму себе.

Эван хотел было подняться на ноги, но стоило ему сесть, как с ближайшего танка — охромевшего на обе передние лапы хамелеона — в грудь прилетел файербол, снова опрокинув на песок. Из-за этого Эвану показалось, что кислый запах, ударивший в нос, ему просто почудился. Но нет. Батч, что-то выговаривающий Ашерону умолк, а вместе с запахом пришел и звук — тихий шелест то ли камешков, то ли чьих-то ног. Оборачиваясь, Эван уже догадывался, кого увидит.

Вся пустыня до самого горизонта была застелена живым ковром. Муравьев было так много, что Эван поначалу даже не поверил глазам. Но потом присмотрелся и понял: не все они были воинами. За первыми рядами огромных, вооруженных крепкими жвалами солдат маршировали обычные работяги, а по бокам то и дело взлетали над песком большеголовые крылатые трутни.

Но самым поразительным было то, что над всей этой муравьиной армией бесшумно летел дракон с самым свирепым выражением морды. Эван и не заметил, как тот исчез, спустив Ника на землю.