Таня, бандит тебе не няня!
Шрифт:
А вот об этом я пока даже не думал.
В идеале я бы хотел, чтобы мы с Лилей спали в одной кровати, но так сразу… после пяти лет разлуки… надо об этом подумать.
Но я не успеваю ответить, на кухню забегает испуганная Таня:
— Лызык плопав! Его нигде нет!
— Как нет, — удивляюсь я, — дом большой, ты везде смотрела?
— Да, — чуть не плачет малая, — я везде смотлева и звава его! Обысно он слазу отзывается, а тут… он сбезав на увицу…
Вспоминаю, что входная дверь была открыта, пока я заносил сумки.
Маленький котёнок мог легко прошмыгнуть на улицу.
А на улице же собаки и машины…
Надо спасать котёнка!
— Идём, — говорю малой, доставая из шкафа большой фонарик, — будем искать твоего Рыжика.
Глава 17
Вик (он же Злобнев, он же Зводей)
Выхожу с фонариком на улицу, а там уже темень полнейшая!
Ну и где, ёлы-палы, искать этого котёнка?
Вот честно, уже жалею, что не оставил его в ресторане или не отвёз в приют, пожалел, блин, рыжего, потому что напомнил он мне малую…
А теперь ищи его по всей улице!
Ещё и малая, упрямая, руки в бока упёрла, боты свои на липучках нацепила и говорит:
— Я с тобой пойду! Лызый товько меня свусается! К тебе не пойдёт!
— Таня, ну ты видишь, что на улице темно, куда ты ломишься? Я один его поищу, а вы с мамой ещё раз дома посмотрите.
— Нет, — упирается малая, — с тобой иду я! Без меня ты не сплависся! Я буду спасатевьной опелацией луководить! Ты дазе не знаесь, как плавивьно кыс-кыс говолить!
— Что тут знать, — усмехаюсь, — просто говоришь и всё.
— Ну-ка, — хмурится малая, — поплобуй!
Я глаза закатываю.
Мы, блин, только время зря теряем!
Ну да ладно, поддамся малой и в этот раз.
— Кыс-кыс, — говорю как можно мягче.
Малая ещё сильнее хмурится.
— Вообсе неплавивьно! Будь я коской, тосьно бы не высва к тебе!
Тут к разговору подключается Лиля.
— Вик, ну серьёзно, идите вместе, вам… веселее будет вдвоём. А я пока ещё раз в доме посмотрю, вдруг он где-то прячется и не слышит.
Она чуть наклоняется ко мне, целует в щёку и говорит на ухо:
— Таня просто с тобой хочет побыть, не отказывай ей.
Ах вот оно что…
С папой хочется ей побыть!
Уж лучше бы сказку попросила на ночь почитать, вот честно.
Но делать нечего, я открываю дверь, командую малой:
— За мной, на поиски Рыжика.
Но маленькая бандитка сразу даёт мне знать, кто тут будет спасательной операцией руководить.
— Неть, пап, луцсе ты за мной, я буду кыс-кыс говолить, а ты фоналиком свети, вдлуг Лызыка увидис!
— Идём уже, а то ночь на дворе.
Просто счастье, что мой дом в небольшом малоэтажном квартале, где не гоняет куча машин огромных жутких подвалов, где котёнка хрен найдёшь
Правда, и здесь немало опасностей.
Легко потеряться на аллее возле дома.
А у соседей ещё две овчарки…
Чёрт, надеюсь, рыжий не убежал к ним.
Иначе, точно трагедия!
— Кыс-кыс, — зовёт котёнка малая, так громко, так пронзительно, что у меня самого сердце болезненно сжимается, — кыс-кыс, Лызык, где ты?
А рыжего нет нигде!
Мы уже и дом два раза обошли, и всю аллею обыскали, котёнок будто сквозь землю провалился.
Может, и вправду где-то дома прячется?
Или кто-то забрал его?
Я уже думаю, соседям написать в чате, спросить, может, кто находил котёнка, но тут слышу шум за спиной.
Это не рыжий, это шум машины.
Огромный чёрный джип на другой стороне улицы срывается с места и быстро уезжает.
Не нравится мне этот джип, первый раз его вижу в нашем квартале.
Надо будет потом по камерам номера пробить, узнать, кто такие…
— Папа! — вдруг восклицает малая, да так громко, что я вздрагиваю. — Я свысу мявканье!
— Где ты его слышишь?
— Там, — показывает куда-то в темноту.
Я прислушиваюсь, но никакого мяуканья не слышу.
Свечу в темноту фонариком, вижу внизу канаву, по которой после дождя стекает вода.
— Ты уверена, что слышала?
— Да! Погоди… кыс-кыс-кыс, Лызык!
Замираю, свечу по сторонам…
И вдруг тоже слышу жалобное мяуканье!
Бросаюсь на звук и вижу его!
Бедный котёнок застрял в маленькой решётке, под которой канализация, если бы упал туда… хрен бы нашли!
— Как ты вообще туда угодил, рыжий?
— Делзысь, лызый, мы тебя спасём! Бандитки своих не блосают!
Я только усмехаюсь.
— Ты где таким словам научилась? Бандитки своих не бросают…
— Мама говолит, это гены… товько я не понимаю, присём тут клокодивы Гены? Мне этот гелой никогда не нлавився… а вот лазбойники… особенно, когда они доблыми потом становятся и всех спасают, обозаю!
— Это всё увлекательно, — говорю я, — но давай твоего рыжего спасать, вот, держи крепко фонарик и свети мне, а я буду котёнка из решётки вытаскивать… вот так, аккуратно…
Стенки канавы крутые, спускаюсь очень осторожно.
Рыжий видит меня, мяукает жалобно.
— Держись, бандит, — говорю ему, — спасательная команда уже здесь.
Аккуратно беру котёнка, чувствую, как сильно бьётся маленькое сердечко, пытаюсь достать, застрял, блин, намертво.
Вот же чёрт, и решётку не открыть.
Да и рыжий, похоже, чем-то внизу зацепился.
А у меня рука большая, не пролезет сквозь прутья.
— Малая, — подаю руку дочери, — спускайся ко мне, будем вместе рыжего доставать.
— Делзыс, Лызык, Таня идёт на помось!
Она зачем-то пыхтит, пока спускается, с важным видом смотрит на решётку, потом на меня.
— Я эти плутья не свомаю…
— Не надо ничего ломать, вниз руку просунь, отцепи лапу котёнка, он за что-то зацепился, давай…
Малая кивает, просовывает руку.