Чтение онлайн

— Ключ дай, — строго говорит Виктор.

Уже предчувствуя нехорошее, достаю из сумочки ключ, отдаю ему.

Бывший открывает шкафчик и… присвистывает.

— Лиля, теперь у тебя точно большие проблемы.

Сердце готово выскочить из груди.

Подхожу, заглядываю в шкафчик, там сумка, а в ней… деньги.

И теперь у меня, похоже, действительно большие проблемы…

***

И кто же мог так подставить Лилю?

Ставьте любые реакции в комментариях, если хотите новую главу уже сегодня ;)

Впереди всё самое интересное!

Злобнев

— Как ты это объяснишь, Лиля?

Вижу, что от страха девушку начинает трясти.

Смотрит на меня в отчаянии, едва не плачет.

— Виктор… её кто-то подкинул, клянусь! Я сегодня даже шкафчик не открывала, поверь, прошу…

Я лишь вздыхаю устало.

— Прости, Лиля, но все улики против тебя, слишком много совпадений, пока не найдётся объяснение, я буду вынужден…

— Бухгалтер, — говорит вдруг девушка, — точно, она свидетель! Она может подтвердить, что я заходила к ней, а потом к прачке, взяла ключ от кабинета и отвлекла охранника, я бы не успела за это время взять все деньги из сейфа, спрятать их в шкафчике и зачем-то вернуться обратно… правда, опроси свидетелей, они подтвердят моё алиби.

Девчушка же смотрит на меня серьёзно.

И вдруг выдаёт:

— Не забилай у меня маму…

А у самой уже и глаза блестят.

Вот-вот слезу пустит.

На секунду где-то внутри рождается неведомое мне чувство.

Может, его называют жалость…

Но я зову это чувство слабостью.

Стараюсь загасить её как можно быстрее, смотрю грозно на малую.

— Никто у тебя маму не заберёт, если она докажет, что не брала мою сумку с деньгами!

Малая тут же поворачивается к маме, спрашивает на полном серьёзе.

— Ты блава дядины денески?

— Нет, конечно, Танюш, — Лиля обнимает дочь, — я никогда ни у кого чужого не беру.

Ну прям мать Тереза, ещё и говорит так убедительно.

— Вот видис, дядя, — обращается ко мне малая, — мама не тлогава твои денески, мы подём на аттлакционы.

Она тут же берёт маму за руку и тянет к выходу.

— Стоять! — говорю грозно. — Никто никуда не пойдёт, пока мы не опросим свидетелей и не выясним, кто взял деньги и спрятал в шкафчик!

А маленькая наглючка смотрит на меня так недовольно и выдаёт:

— Неть…

Я тут же начинаю закипать от злости.

Какая-то мелочь пузатая будет мне указывать, что «нет», а что «да».

Будь я её отцом, мигом бы научил мелкую хорошим манерам…

За пару часов бы показал, как надо взрослых уважать.

Но сейчас мне не до этого.

С трудом уняв злость, отвечаю:

— Я здесь главный, и я решаю, кто уходит, а кто нет. Быстро сели на скамейку и ждите, пока охранники приведут свидетелей.

Наглючка нисколько не смущается.

Наоборот, выдаёт мне ещё одну типичную фразу:

— А куто сдевав тебя гвавным? Воспитатев?

Хоть стой, хоть падай.

Нет, я просто ху…дею с этой командирши!

Ей надо не в садик ходить, а бандитов строить.

С таким характером точно далеко пойдёт.

Жаль, конечно, что я не её отец…

Устроил бы девчушке большое будущее, сделал бы из неё самую толковую предпринимательницу в городе, с таким-то напором и наглостью.

Честно, даже ругаться не хочется.

Но и отпустить маму с дочкой я не могу, пока не выясню личность вора и всех сообщников… что-то подсказывает мне, у вора были напарники.

Одному такое провернуть просто невозможно!

— Прости мою Танюшу, Вик, — оправдывается Лиля — она всегда за маму горой, особенно, если кто-то из чужих пытается меня задеть.

Слушаю бывшую очень внимательно, и понимаю невольно, что у меня от её интонации, её голоса что-то сжимается внутри.

А ещё это имя сокращённое, которым она меня раньше называла… Вик… всё это едва не пробуждает внутри давно забытые ощущения.

Но я стараюсь их загасить и говорю:

— Малая твоя молодец, но ей бы манерам поучиться, как вести себя и как общаться со взрослыми дядями.

— А я умею, — мигом отзывается девочка, — есви дядя доблый, то и я… доблая! Если звой дядя, я с ним тозе звая!

И откуда в свои годы малая столько всего знает?

И лексикон такой богатый.

Она моментально запоминает все слова и фразы, а потом выдаёт в самый подходящий момент…

Вундеркинд в колготках, не иначе!

Так и буду её называть.

К счастью, возвращается охрана с ключами от других шкафчиков.

— Босс, мы нашли…

— Уже не надо, — показываю сумку с деньгами, — новое задание: привести ко мне в кабинет прачку, как там её…

— Арину, — подсказывает Лиля.

— Верно, — киваю, — её. Ещё бухгалтера главного приведите, Гры… Галину Степановну, мне надо с ней поговорить.

Охранники медлят.

— Тут такое дело, — мнётся первый, — прачка только что домой убежала, сказала, что у неё у мужа что-то с сердцем…

— Но мы её осмотрели, — добавляет второй, — у неё при себе никаких странных предметов не было!

Я чуть не рычу от ярости.

— Да вашу же мать! Ясно сказал, никого не выпускать из ресторана, пока деньги не найдём!

— Простите, — оправдывается первый охранник, — она сильно плакала, просила её отпустить, при нас звонила в скорую и мужу, мы всё слышали, ну не похоже было на обман…

— У меня у самого мама с больным сердцем, — вздыхает второй охранник, — я бы не хотел, что чей-то родной человек из-за сердца…

Я не выдерживаю.

— В этом месяце без зарплаты оба. А сейчас один возвращает прачку, второй ведёт ко мне бухгалтера. Живо!

Охранники понимают свой косяк, не спорят, бегут выполнять.