Чтение онлайн

Хьюго шагнул к сыну, его кулаки в гневе сжались:

– Это не твое дело.

– А мне так не кажется, – спокойно парировал Никэль. – Я же должен знать, где «твоя территория», чтобы ненароком на неё не ступить. А то будет неловко. Не находишь?

– Леди Амелия и её дочь под моей личной защитой, – тихо предупредил Хьюго с металлом в голосе.

– Даже так. И она и её дочь? – усмехнулся Никэль. – Я горд тобой отец, ты в хорошей форме.

Хьюго не узнавал своего сына, неужели тот мог так сильно измениться за те три года, что они не виделись? Или Никэль чего-то добивается, выводя на неловкий разговор, как всегда делал в детстве? А может сын просто по-мальчишески ревнует отца, заметив его интерес к женщине. Барон посмотрел на Амелию, которая все это время тихо стояла чуть поодаль:

– Амелия, ты свободна. Передай Вайле, пусть распорядится насчет ванны для Никэля.

– Да, ваша милость, – ответила женщина, сделала легкий поклон и быстро ушла.

Барон посмотрел на сына:

– Что это было? К чему весь этот фарс?

– Хотел кое-что выяснить, – беззаботно улыбнулся Никэль.

Хьюго нахмурился:

– И как успехи, выяснил?

– Да. Доброй ночи, отец.

Амелия пригладила волосы и стряхнула несуществующие пылинки с платья. Она уже целых пять минут стояла у двери, не решаясь постучать и войти. И дело было не в том, что женщина сомневалась в правильности своего решения, а в том, что она сомневалась в своих чувствах. Она боялась, что если сделает, что задумала, то может потерять свою выдержку и холодность, которую выстраивала годами вокруг своего сердца. Но другого пути у неё не было, она пожертвует чем угодно ради своей дочери.

Амелия постучала в дверь и быстро вошла, не дожидаясь на это позволения. Хьюго сидел перед камином в простой холщовой рубашке и домашних штанах. Он неспешно точил боевой топор, перед завтрашней охотой. Мужчина оторвался от своего занятия и взглянул на незваного ночного гостя. Его глаза в изумлении расширились:

– Амелия? – Хьюго отложил топор. Женщина закрыла дверь и снова повернулась к мужчине. – Зачем ты здесь? Что-то случилось? Никэль, он…

– Нет, ваш сын ничего мне не сделал.

– Тогда что привело тебя сюда так поздно?

Амелия сделала шаг ему навстречу:

– Я прошу у вас защиты для моей дочери, – сказала она и добавила: – И готова за это заплатить.

Мужчина вскинул голову и прищурился. Амелия, глядя прямо на него, потянула за завязки платья и стала распускать шнуровку. Хьюго весь подобрался:

– Что ты делаешь?

– Раздеваюсь.

– Зачем? – хрипло спросил мужчина. От вида её молочной кожи, которая показалась в вырезе платья, у него мгновенно пересохло во рту.

– Вы же умный взрослый мужчина, ваша милость. Вдовец. Вы должны понимать, зачем женщина раздевается в мужской спальне, придя в неё ночью.

Хьюго вскочил на ноги, когда платье упало на пол. Женщина осталась в одной груботканой рубашке, которая полностью открывала изящные руки и ноги ниже колен. Амелия потянула за завязки рубашки.

– Остановись!

Она не остановилась, и через мгновение взгляду Хьюго предстало обнаженное женское тело, красота которого была в самом соку. Мужчина затаил дыхание, а его взгляд лихорадочно метался, пытаясь увидеть и запомнить каждый сантиметр желанного тела. Боже, как же сильно он её хотел! На него как будто наваждение нашло, что с ним творится? Такое чувство, что он никогда не видел женщину и снова стал тем прыщавым юнцом, перед своей первой ночью со шлюхой, которую оплатил для него дядя. Но эта благородная женщина, которая сейчас стояла перед ним, шлюхой не была, и он уже давно не юнец. Так откуда это непреодолимое желание поддаться искушению и сделать её своей? Хьюго шагнул к Амелии, и та прикрыла глаза, то ли в смущении, то ли в страхе. Это в раз отрезвило мужчину: она не хочет быть в его спальне, не хочет лечь с ним, не хочет стать его женщиной. Амелия здесь только потому, что хочет спасти свою дочь, кажется, так она сказала. Барон в гневе сжал кулаки:

– Оденься.

– Зачем? – Амелия распахнула свои синие глаза: – Я вам не нравлюсь?

Хьюго разозлился еще больше:

– Потому что я так велел! А ты рабыня, и должна делать то, что велит тебе твой господин.

Она медлила. Но все же потянулась к одежде и быстро накинула рубашку:

– Я могу заплатить вам только так. Больше у меня ничего нет, – тихо сказала женщина.

Хьюго из последних сил сдерживал ярость и страсть, которые одновременно рвались из него:

– Тебе не нужно мне платить. Твоя дочь под моей защитой, её никто не тронет.

– Даже ваш сын?

Барон нахмурился, глядя на женщину:

– Что ты знаешь? Говори.

– Они встретились в старом доме лесника сегодня днем. Таша сказала… она сказала, что ваш сын возжелал её.

– Откуда твоя юная дочь вообще знает такие слова?

Амелия смутилась:

– Последний год нашей жизни был не из легких, моя девочка многое узнала о реальном мире. Я уже была не в силах её защитить… Когда король даровал нам милость, я взмолилась, чтобы это стало нашим шансом на новую жизнь. В вашем доме я надеялась найти не только приют и кров, но умиротворение и безмятежность… Ваша милость, прошу, защитите мое дитя. Мы оба знаем, что может сделать мир с молодой девушкой без покровительства…

– Мой сын её не тронет, – перебил взволнованную женщину Хьюго. – Никто её не тронет, даю тебе слово.

Амелия, не колеблясь не секунды, упала перед ним на колени и стала целовать руку:

– Спасибо, ваша милость. Спасибо.

Хьюго высвободил руку из женских ладоней и приподнял лицо Амелии к себе, нежно удерживая за подбородок. В женских глазах стояли слезы благодарности, и мужчина поклялся себе, что сделает все возможное и невозможное, чтобы оправдать её доверие:

– Не благодари за это.

Амелия накрыла своей ладонью его руку и нежно погладила пальчиками мужскую ладонь:

– Вы хороший человек, ваша милость. Благородный человек.

Хьюго коснулся пальцами её нежной щеки и хрипло ответил:

– Нет. Будь я хорошим и благородным, велел бы тебе сейчас же уйти.

Амелия чуть наклонила голову, подаваясь его ласковой руке:

– Так велите.

Барон тяжело вздохнул, понимая, что проиграл войну с самим собой. Его пальцы нежно провели по желанным алым губам, которые чуть раскрылись в трепетном ожидании:

– Нет. Я больше не стану тебе приказывать, Амелия. Я попрошу. Останься со мной.

Амелия прикрыла глаза, признавая свой проигрыш, лед её истерзанного за последние годы сердца дал трещину. Она знала барона Хьюго лишь пару недель, но этого времени ей вполне хватило, чтобы понять, что он добрый, справедливый и благородный человек. Хьюго мужчина, который достоин любви. Её любви.

 Амелия беззвучно кивнула, и большего Хьюго было и не нужно. Он мгновенно поднял женщину на руки и уложил на свою постель. Его горячий поцелуй обжег её кожу, принося радость наслаждения. Сильные мужские руки были нежными, а губы шептали слова страсти. Амелия обняла Хьюго за плечи, даря в ответ такую же искреннюю ласку. Она уже и забыла, как это приятно отдаваться мужчине добровольно, с радостью, трепетом и любовью. Каково это быть желанной и желать так же сильно в ответ. Как хорошо быть самой собой, не таясь и не притворяясь. Как радостно чувствовать себя счастливой женщиной. Женщиной, любящей достойного мужчину.

Глава 4.

Таша чистила на крыльце кухни яблоки для пирогов. Она любила солнечное утро и всегда старалась проводить эти часы на улице. Теперь можно не бояться, что аристократичную, светлую кожу покроет темной дымкой солнечный загар. Больше она не была светской леди, а значит, ненужными условностями можно пренебречь. Таша прикрыла глаза и подставила лицо теплым лучам, но на небо набежали тучи, закрывая от неё солнце.

Девушка распахнула глаза и поняла, что вовсе не тучи заслонили от неё солнечные лучи, а высокий силуэт Никэля. Мужчина стоял возле крыльца и приветливо улыбался ей: