Чтение онлайн

Барон усмехнулся:

– Зато подействовало.

– Мне кто-нибудь объяснит, что здесь случилось? – нахмурилась Амелия.

– Твоя скромная и тихая дочь показала коготки, – усмехнулся Хьюго. – Вся в мать.

Амелия возмущенно посмотрела на него, но обратилась к дочери:

– Таша, девочка моя, сейчас же мне все расскажи.

– С этим надо что-то делать, – сказала Амелия, удобнее устраиваясь на груди у Хьюго. Мужчина был умиротворенным после занятия любовью, а значит, самое время для непростого разговора. – Твоего сына надо чем-то отвлечь.

– И чем же? – усмехнулся барон, перебирая волосы любимой женщины. – Погремушкой у него перед носом позвенеть? Поверь, твоя Таша будет поинтересней любой погремушки.

Амелия ткнула его локтем в бок:

– Не смешно. Если ты не вмешаешься, случится беда.

– Брось, Амелия. Ну какая беда может случиться? Ну зажал он девчонку в углу, украл парочку поцелуев. Дело-то молодое.

– Молодое? Ты говоришь о моей дочери! – Амелия села в кровати и прижала простыню к обнаженной груди: – Барон Хьюго, не смейте так говорить о моей дочери. Вы обещали мне…

– Ну все, все, успокойся, моя тигрица, – привлек мужчина к себе Амелию и нежно обнял. – Ну хочешь, я отошлю Никэля куда-нибудь на месяц-другой? Нагуляется и вернется поостывший.

– Хочу, – кивнула женщина и тихо добавила: – А еще лучше его женить.

– Женить?

– Да, Хьюго, женить, – загорелась этой мыслью Амелия. – Самое время и возраст у твоего сына подходящий. А при молодой да красивой жене никто налево не смотрит. Есть у тебя на примете подходящая девушка?

Хьюго задумался. Невест в округе было достаточно, но захочет ли Никэль променять воспитанную, образованную, благородную дочь графа, пусть и лишенную всех титулов, на местных девчонок? Об этом надо было хорошенько подумать. Хорошенько.

Таша резко проснулась и сразу поняла, что больше не одна в своей маленькой спальне. Она медленно натянула одеяло повыше и села в постели. Никэль сидел на стуле возле стены и смотрел на неё. Из одежды на нем были только штаны, а в руках полупустая бутыль с элем. Таша затаила дыхание: волнение и страх забрались под кожу. Опасная для неё смесь. Она разлепила вмиг пересохшие губы и тихо попросила:

– Пожалуйста, не надо.

Он отпил из бутылки эля и поставил ту на пол:

– Что не надо, Таша? Почему ты всегда уверена, что знаешь, что я хочу сделать? Думаешь, все про меня ведаешь? Да?

– Нет.

– Нет, – медленно повторил он. – Что с тобой не так, Таша? Почему ты такая холодная со мной? Разве я чем-то обидел тебя? Унизил? Оскорбил?

– Нет, ваша милость.

– Не называй меня так! – резко оборвал он. – Назови меня по имени, – она молчала. – Ну!

– Мне не положено, – тихо молвила девушка.

– Назови.

– Это приказ?

Никэль прищурился:

– А если прикажу, подчинишься?

Они оба знали, что он говорит не об имени. Таша сжала пальцами колени и тихо спросила:

– Много радости вам принесет моё вынужденное подчинение?

Никэль резко поднялся и уже через секунду крепко держал её за плечи:

– Как складно ты поешь. Вас, знатных леди, этому обучают, да? Морочить голову мужчинам складными речами?

Таша прикрыла глаза, удерживаясь на грани паники:

– Нет.

Он тряхнул её:

– На меня смотри! – Таша распахнула глаза, в которых страх смешался с горечью. Эта смесь вмиг охладила Никэля, он привлек девушку к себе, нежно гладя по волосам и спине: – Испугалась? Нет, не бойся меня, не бойся. Девочка моя, милая. Я тебя не обижу. Никогда не обижу, – мужчина стал целовать Ташу по волосам и открытым плечам, распаляясь её податливостью: – И никому в обиду не дам. Никому. Моя маленькая, моя нежная Таша. Моя девочка. Я знаю, ты не такая, не такая, какой была сегодня, – он заглянул ей в глаза: – Ты добрая, нежная, скромная. Ты ласковая, – Никэль мягко поцеловал девушку в губы. – Моя ласковая Таша.

Она попыталась оттолкнуть его, но мужчина не позволил, он зажал Ташу крепким кольцом рук и продолжал целовать шею и плечи. Девушка взмолилась:

– Не надо. Не надо… пустите. Пустите меня, прошу.

– Все хорошо. Все хорошо, моя девочка, – шептал Никэль, задирая её ночную рубашку. – Не бойся, я не обижу тебя. Не причиню боли. Я буду нежен с тобой. Не бойся.

– Прошу! Не надо, – пыталась вразумить его Таша между страстными поцелуями. – Это неправильно…Так неправильно. Не надо так… Никэль.

Он вскинул на неё взгляд, который пылал страстью:

– Скажи еще раз. Назови по имени.

Таша облизала пересохшие губы и взяла его лицо в свои ладони:

– Пожалуйста, не делай этого, Никэль. Ты пожалеешь об этом утром, а ничего уже нельзя будет исправить.

– Я не пожалею…

– Пожалеешь. Ты обесчестишь меня и утром устыдишься этого. Потому что ты благородный и добрый…

– Таша, – он зарылся лицом в её волосы, – как же сильно я тебя хочу. Как же сильно…

Девушка обняла его за плечи, укачивая в своих руках. Что она могла ответить ему? Что сейчас в её молодом теле бушуют такие же страстные чувства? Что если бы не условности и запреты, она бы с радостью отдала ему то, что он так сильно жаждет. Если бы не её воспитание, если бы не её семья, если бы не её… Таша распахнула глаза, в которых стояли слезы. Она не могла поддаться минутной слабости тела, разрушая все то, что они с матерью строили годами. Только не так, только не сейчас, только не здесь, – шептал её разум. А как, когда, где? – спрашивало юное тело. Терпение – было ему ответом.

Тело Никэля постепенно обмякло в её объятиях, и девушка поняла, что эль сделал свое дело, мужчина уснул. Она уложила его на свою постель, оделась и вышла из спальни. Бродить по ночному замку было не лучшей идеей, и Таша спустилась в кухню. Девушка забралась в укромный уголок над печкой и улеглась на теплые камни. Молодое, проснувшееся от нескромных ласк тело, рвалось к мужчине наверху, но разум удерживал его на месте. А сердце?

Сердце молчало.

Он пробудился среди безлунной ночи, потому что гнев сковал его сердце. Что-то было не так, что-то было неладно. Его сила как никогда взывала к нему, требовала выпустить её на свободу. Она стремилась вдаль, в неизведанное место, туда, где он никогда не был. Но он усмирил её, подавил внутреннею силу, как делал всегда, изо дня в день с момента своего взросления. Он не мог выпустить силу на свободу, иначе она разрушит все вокруг. Он глянул на женщину, которая спала подле него, и коснулся её мягких волос, успокаиваясь. Он прикрыл глаза, размеренно задышал, и глубокий сон пришел через мгновение. Ему приснилось, что он выпустил свою силу и стал свободен – это принесло ему истинное счастье.

Глава 6.

Наутро в доме барона был переполох. Из столицы прибыл гонец от самого сюзерена, он привез приглашение на королевскую свадьбу. Таша почти не удивилась, когда услышала имя невесты короля – Кирия Брантос. Сводная сестра все-таки не продала себя за бесценок.

– Барон Хьюго Шортон, сэр Никэль Шортон и, – гонец замялся: – Амелия. Вас ждут во дворце через неделю на королевской свадьбе, – торжественно закончил он.

– Только нас? – вежливо переспросила Амелия, украдкой поглядывая на дочь, которая сегодня была тише обычного.

Гонец кивнул и подал леди приглашение:

– Здесь только три имени.

– Спасибо, – улыбнулась Амелия, перечитывая пергамент.

– Отдохните с дороги, – предложил Хьюго и кивнул Вайле. Та увела гонца на кухню. – Почему не пригласили Ташу?

– Оно и к лучшему, – улыбнулась Амелия. – Дорога до столицы и обратно будет утомительной.

– И все-таки её не пригласили, – заметил хмурый Никэль, который все утро не расставался с флягой воды и головной болью. Он бросал украдкой взгляды на Ташу, которая тихо сидела в углу комнаты. Утром он проснулся в её постели, заботливо укрытый одеялом. Вчера девушка остановила его, не дала совершить роковую ошибку, и Никэль был благодарен ей за это. Но поговорить с Ташей с глазу на глаз и извиниться за вчерашнее у него пока не было возможности, мать ни на минуту не отпускала дочь от себя.