Чтение онлайн

— Салфетку, — буркнул он служанке, а та уже бросилась бежать.

Глаза дракона сузились, а последняя капля упала на ложку.

— Мадам, готовьтесь, — проворчал он. — Мы выступаем.

— А медаль за отвагу дадут? — попробовала пошутить я.

— Хорошо, представлю вас к ордену мужества, — ответил генерал, а я обрадовалась, что он чуть-чуть пошутил.

После такого я была просто обязана открыть рот. Лекарство было невыносимо горьким, словно сделано из полыни, но я мужественно выпила его, чувствуя, как меня коробит.

— Мммм…. — простонала я, пытаясь проглотить все это и забыть побыстрее. Но как забудешь, если это все еще во рту!

— Второй отряд наступает, — послышался голос, а в меня поехала еще одна ложка.

— Мне медаль выжившего, пожалуйста! — усмехнулась я, в надежде, что это хоть немного растопит лед между нами.

— Хорошо, — заметил генерал, а поморщилась и выпила. Это напоминало лимон. Свежевыжатый. У меня чуть глаза не вытекли.

— Водичка-водичка! — суетилась служанка, а я с радостью проглотила стакан.

Он возится со мной, как с маленькой девочкой. Я испытывала к нему просто непередаваемое чувство нежности и благодарности. Кажется, я всю жизнь мечтала именно о таком мужчине… Как его зовут? Здесь никто не называет его по имени, а я стесняюсь спросить. Аврелия должна была знать его имя.

— Прибыла матушка вашей супруги, — шепнул слуга, а я допила стакан и отдала его.

Лицо генерала тут же обратилось в сторону двери, за которой послышались шаги.

— Итак, мадам, — произнес генерал, а мать скользнула по мне взглядом. — Вы ничего не хотите сказать по поводу того, что ваша дочь чуть не потеряла ребенка после чая с вами!

— Я так понимаю, она все-таки выпила зелье! А я пыталась. Я честно пыталась ее отговорить… — произнесла маман. — Я ей говорила, что это добром не кончится!

Маман горестно вздохнула.

— Как ты могла! — горестно произнесла она. Всем видом она демонстрировала такое разочарование. И в то же время тревогу.

От изумления, я даже не нашла, что сказать. От такой наглости, у меня даже слова закончились.

— Я не пила зелье! — воскликнула я, пытаясь встать. — Это — ложь!

— Ну, да, конечно! Кому ты рассказываешь! Я тебя что? Первый год знаю? — «убитым» голосом произнесла мать, бросив на меня мимолетный взгляд. Тут же она перевела взгляд на генерала… — Господин генерал, мне очень жаль… Главное, что она сама жива! А это уже чудо!

— Она лжет! — твердо произнесла я, понимая, что доказать правду я никак не смогу. Паника от этой мысли охватила меня, а я почувствовала, что внутри все трясется от злости и ярости.

— Жаль ребенка… Очень жаль… — запричитала мать, глядя на меня с такими глазами, что не зная ее, я бы подумала, что она и правда обо мне заботится. — Бедняжка… А был ли он? А, может быть, доктор ошибся? И никакой беременности не было? Знаете ли, многие доктора ошибаются! Недавно мне рассказали одну историю, так там вообще! Лечили от одного, а умерла совсем от другого! Нынче медицина никуда не годится! И куда смотрит король?

— Беременность есть. Ребенок, к счастью, выжил, — произнес генерал. — Несколько докторов подтвердили это.

Внезапно дверь открылась, а на пороге появился отец.

— Что случилось? — послышался встревоженный голос. Он был в мундире, а я встрепенулась при виде отца.

— Случилось! — послышался полный трагизма голос матери. — Твоя дочь выпила зелье мадам Рэдворд!

Отец побледнел и бросился ко мне.

— Зачем ты это сделала? — взволнованно прошептал он, трогая шершавой рукой мою щеку. — Аврелька… Ты чего? Девочка моя… Ты просто испугалась? Или расстроилась?

— Господин генерал чуть не остался вдовцом! — строго добавила мать. И тут же заломила руки. — Ах, я до сих пор не могу поверить, что моя дочь оказалась способной на такое! Чем она думала! Она же могла сама умереть!

Я представляла, какое впечатление складывается у генерала о нашей семейке. Мне кажется, он уже несколько раз проклял тот день, когда женился.

— Поверь мне хоть ты… Я не пила зелье. Это мама подмешала его в кружку, — прошептала я. — Она до этого рассказывала мне о том, что мужчины терпеть не могут чужих детей. Прочитала целую лекцию об этом… А потом сказала, что в коридоре кто-то есть, но я никого не слышала. А потом мне показалось, что подъехала карета. Я встала посмотреть и…

— Моя милая, — прошептала папа, а я понимала, как он перепугался. О, боже мой. Бедный папа… Я представила, как его застала новость, что маман вызвали сюда. Срочно. Он бежал прямо со службы.

— Твоя матушка не могла этого сделать, — произнес отец. — Я ее всю жизнь знаю… Да, она вспыльчивая, капризная, но она желает тебе добра…

— Вот так! Всю жизнь желаешь дочери добра! Из кожи вон лезешь, а она потом обвиняет родную мать в своем неудавшемся…. — сглотнула мать, закрывая лицо рукой. — Господин генерал, мне ужасно за нее стыдно! Но вы уж простите ее. Она очень юная, поэтому, видимо, ужасно испугалась!

Генерал посмотрел на мать, которая театрально металась по комнате. И на отца, который переволновался. Я смотрела на него, понимая, что этот бедный добрый мужчина живет в святом неведении о том, кто его жена. Он не знает про любовника! И верит своей жене.

— Мадам, а это никак не связано с… — начал генерал, обращаясь к моей матери. Та замерла, а я с мольбой посмотрела на генерала и показала глазами на отца. Я взглядом умоляла его не говорить ему.

— С вашим потерянным в моем доме письмом? — напрямую спросил генерал.

Отец побледнел и замер. Мать стала серенькой и открыла рот. Я почувствовала, что мне стало нехорошо. А вдруг у папы опять будет приступ?

— Какое письмо? — театрально удивилась мать, словно и не было никакого письма. — А! Письмо от родственников! Нет, никак не связано!

Мать захлопала ресницами, словно кукла. На ее щеках проступили красные пятнышки, которые она тут же скрыла веером.

— О каком письме вы говорите, господин генерал? — спросил отец, глядя то на меня, то на генерала.

Я понимала, что у папы слабое сердце. И он может не пережить новость о том, что его любимая жена изменяет ему уже много лет.

Но с другой стороны, кто я такая, чтобы врать ему? Мне казалось, что ложь — это самое худшее, что можно себе представить. И Аврелия тому подтверждение. Быть может, она была лживой, как мать. Но я не такая! В какой-то момент, я поняла, что тайное может стать явным в самый неподходящий момент. И неизвестно, где новость застанет отца. И буду ли я рядом. Я с нежностью смотрела на мужчину, который, по — сути не являлся моим отцом, но который был так похож на моего папу. И любил меня так же. Я разрывалась между ложью во благо и горькой правдой. А потом решилась.