Тайна чёрного волка
Шрифт:
Искушение, подкрепленное врожденным чувством долга и словом, данным жрецу, взяло верх. Мужчина окружил девушку своей силой, словно заключил в объятия. Он позволил мелодии их дыхания вновь слиться воедино. На короткое время он разрешил себе забыть об одиночестве.
6. Серый волк
Она проснулась на рассвете, вновь здоровая и полная сил. Наемница приоткрыла глаза и, удостоверившись, что небо, лес и она сама на своих прежних местах, снова зажмурилась, не желая расставаться с чудесным сновидением. Там, во тьме под ее веками, солнца было больше, чем наяву. А тень, в которую она упала, на этот раз приняла ее и защищала от обычных хищников.
С благодарностью и неким тайным трепетом девушка подумала о той силе, что вытянула ее из ледяного омута смерти. Неведомый хранитель оберегал ее сон все это время. Она почти физически ощущала его присутствие и тепло от прикосновения его рук…
Дженна начала было снова проваливаться в приятную дрему, как вдруг услышала тонкий конский визг. Это был истошный «и-и-и», а не обычное ржание испуганной кобылы. Девушка припомнила, что перед тем как свалиться в обморок, она все же успела привязать лошадь к дереву, и теперь, если кто-то решил ее сожрать, деваться несчастному животному было некуда.
Сон как рукой смахнуло. Схватив оружие, наемница выглянула из тени и увидела огромного волка. Чуть пригнувшись к земле, он неспешно подбирался к Марте, но, почуяв на себе еще один взгляд, обернулся. Его бледно-желтые выцветшие глаза неприятно блеснули. Да, волк видел девушку даже в тени…
Хищник был явно немолод. Под серой шерстью угадывались следы боевых шрамов. Темная морда пестрела седыми волосами. Но, что самое удивительное, волк был один – изгнанник, отшельник или… Один из тех священных зверей, что были когда-то учителями убийц – серых волков?
– Уходи, – тихо сказала ему Дженна, используя тайное наречие, на котором она общалась с лисами.
Волк потянул носом, мотнул косматой головой и с невозмутимым видом сделал шаг по направлению к наемнице.
– Уходи, – более требовательно повторила девушка.
Хищник снова шагнул вперед.
– Ты мой брат, и я не хочу нашей ссоры… – предупредила Дженна громче.
Успев заметить, как напряглись мускулы зверя, наемница отпрыгнула в сторону, прежде чем волк настиг ее. Похоже, что промах его раззадорил. Он свирепо оскалился, обнажив желтые клыки. Из глубин его пасти раздался приглушенный хриплый рык.
– Я убью тебя, – услышала Дженна. – Я разорву тебя в клочья, сумеречная лиса. Я сделаю это за всех моих братьев и сестер…
– Я не понимаю, о чем ты говоришь! – крикнула Дженна. – Мы с тобой ходим единой тропой. Оставь меня, прошу…
Она напружинилась и снова увернулась от его прыжка. Наемница понимала, что противник пока лишь пугает ее, не нападая всерьез. Она как могла пыталась сохранить дистанцию между ними, внимательно следя за каждым его движением.
– Люди открыли на нас охоту… – ответил волк, медленно кружа вокруг девушки. – На нас и на наших учеников. А лисы, вместо того чтобы объединиться с нами против людей, предпочли остаться в тени…
– Против людей? – удивилась наемница. – Вообще против всех людей? Да о чем ты говоришь, серый волк?! Нам позволено убивать лишь некоторых, самых пропащих…
– Да– а, – рыкнул зверь. – Та– ак нам и ответили твои братья и сестры! Твои – не наши… Знай же, лиса, что мы не родня вам с тех пор… – Он оскалился. – Мы ваши лютые враги! И наши тропы закрыты для вас!
– Что бы ни случилось между волками и лисами, прошу, остановись, – взмолилась Дженна. – Я не могу убить тебя…
Волк бросился на нее снова. На этот раз, предугадав движение девушки, он поймал ее и повалил на землю. Дженна вывернулась, рубанула саблей по ребрам противника, но зверь перехватил ее руку. Желтые клыки вонзились в ткань куртки и предплечье наемницы. Она взвыла от боли и выронила оружие.
– Ты убивала, я чую, – как будто усмехнулся волк. – Ты убивала многих, но так и не научилась… убивать! Ты глупая, трусливая, бесполезная лисица! И теперь умрешь!
Он стиснул челюсти, с силой мотнул головой, разрывая стеганую ткань вместе с укрепляющими ее внутри металлическими пластинами, кожу и мясо под одеждой. Если бы не куртка, волк попросту оторвал бы девушке руку. Дженна взвыла от боли, свободной рукой пытаясь добраться до глаз врага, ударила коленями ему в живот.
Немыслимо, чтобы зверь-учитель напал на кого-то из наемников! Им строжайше запрещалось убивать друг друга, но, видимо, кое-что из истории кланов новичкам не рассказывали. Однако так просто сдаваться наемница не собиралась.
– Ошибаешься, – прошипела Дженна, сжимая пальцы левой руки на могучей шее хищника. – Ты старая, злобная падаль… Прошло твое время… Это тебе давно пора сдохнуть!
Наемница шумно вздохнула и закрыла глаза, заставив себя на время забыть о боли. «Нужно оборвать нить, что поддерживает жизнь», – вспомнила она слова тролля. Нащупав во тьме питающую зверя артерию жизненной силы, она вонзила в нее ногти и резко дернула. Канал оказался хрупким, он порвался легко, точно сухой прутик. Волк издал сипящий звук, словно захлебнулся, разжал челюсти и бездыханный повалился на землю.
Рыча от гнева и боли, Дженна выбралась из-под туши и бросилась к своим вещам. Пальцы на правой руке шевелились. Это означало, что сухожилия остались целы. Однако кровь стремительно заливала рукав.
Помогая себе зубами, девушка стянула куртку, схватила котомку и вытряхнула ее содержимое на землю. Отыскав мази и бинты, она туго перевязала жгутом плечо, обработала и перебинтовала разодранное предплечье.
– Правая рука! – в сердцах воскликнула она. – Ах ты, старый хрен! Правую руку чуть не перегрыз! – Она вернулась к трупу волка и со всей силы пнула его ногой. – Погань плешивая! Я не умею убивать? Ну спасибо за урок. – Дженна достала нож, упала на колени и левой рукой принялась перерезать волку горло. – Только попробуй вернуться ночью, – сквозь зубы процедила девушка, ожесточенно вонзая острие между шейных позвонков. – Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! – Снова и снова, пока ей не удалось перерубить их. – Блохастый, выживший из ума ублюдок, – прорычала она, отирая с лица брызги крови. – Теперь-то мне ясно, почему выход в тени был закрыт!
Неподалеку зафыркала лошадь, напоминая о себе.
– Ты не понимаешь! – обернувшись к ней, крикнула девушка. – Мы должны быть на одной стороне! Мы же все связаны…
Марта тряхнула гривой и принялась бить копытом. Ей было вполне достаточно и того, что они обе остались живы, а все прочее казалось не столь уж и важным. Хотя кобыла была не прочь поскорее убраться от останков этого жуткого серого зверя. Его запах пугал животное. Он был неправильным.