Тайна Мебиуса
Шрифт:
– А вообще-то до него эту квартиру занимала Клара, которая тоже работала в какой-то разведке и, кажется, плохо кончила, когда переехала в другое место, - продолжала строить свои догадки соседка.
– Кстати, Клара как раз высокая блондинка...
– Ну а в квартире напротив жил главный контрразведчик ГДР Маркус Вольф - и там благополучно сосуществуют со своими хозяйками целых десять кошек. Хотя и Вольф не совсем хорошо кончил, и ГДР больше нет, но ни одна кошка этой квартиры до сих пор не видела фантом Маркуса Вольфа.
В самом деле, подъезд у нас был уникальный. Миша Вольф,Ъ как называл его Адриан, был его другом детства. Свое детство сын немецкого писателя Фридриха Вольфа, антифашиста, Маркус ВольфЪ провел в нашем доме, а потому все жители дома тщательно следили за сообщениями средств массовой информации о бывшем соседе, пересказывая их друг другу. Немало было и других знаменитых соседей. Кто умер в глубокой старости, кто переехал.
– Да вы не беспокойтесь, Галина Сергеевна, привидения встречаются нам на каждом шагу. Иногда в них даже больше жизни, чем в нас, живущих. Это сейчас чуть ли не норма...
По лестнице поднимался незнакомый пожилой мужчина.
– Не скажете, где здесь сто двадцать вторая квартира?
– В нашем доме такой квартиры нет. Может, вам двадцать вторая квартира нужна?
– Нет! Сто двадцать вторая!
Понятно, меня снова обманули! Судья мне дал этот адрес. Он меня обманул! Все меня обманывают! О, я самый несчастный армянин на свете!
– Да кто вам нужен-то?
– Я ищу родственников покойного армянина, который был похоронен рядом с моей мамой.
Суть дела состояла в следующем.
Его мать была похоронена на армянском Ваганьковском кладбище. В один из дней он пришел на могилу матери и с удивлением обнаружил, что на месте материнской могилы совсем другая, чужая могила. Он ринулся к администрации кладбища. Там ему заявили, что он все забыл и что-то путает.
– Но я же не больной! Я четко знаю, что на том самом месте была могила моей матери!
Он обратился в суд и вот уже шестнадцать лет судится со своими обидчиками.
– Так как же так могло случиться? Может, вы долго не посещали могилу своей матери?
– все еще пыталась чем-нибудь помочь сердобольная Галина Сергеевна.
– Я два года писал диссертацию по научному коммунизму и, в самом деле, эти два года не навещал маму. О, вы знаете, что значит написать диссертацию?!
– По научному коммунизму не знаю. Знаю только, где находится Марксистский тупик.
– О, я самый бедный армянин на свете, поэтому все так происходит!
"Может, он свою могилу ищет?.."
– мелькнула у меня идиотская мысль, возникшая, по-видимому, из-за мистических событий, происходивших вот уже год со мной.
– Вот видите, Галина Сергеевна, привидения встречаются сплошь и рядом!
Я попрощалась с обоими, оставив плачущего армянина на плече соседки.
***
В дверь позвонили. Это был не ушедший еще "самый бедный на свете армянин".
– Чем могу быть вам полезна?
– А ведь вы... Ау...Ау...
Ау-рика?.. Я вас сразу узнал, по рыжей шевелюре.
– М-м-м...
– Вам привет от Адриана.
– Спасибо. А вы что с ним когда-то встречались?
– грешным делом я подумала, что они лежали вместе с Адрианом у Ганнушкина, поэтому армянин так неадекватно себя ведет и кричит, что не больной он вовсе.
– Да. На кладбище.
"Точно не в себе", - подумала я и на всякий случай осмотрелась, нет ли под рукой чего-нибудь тяжеленького.
– Он-то и надоумил меня разыскать покойного армянина. Ах, царство ему небесное!
– воздел к небу очи армянин.
– Да, но Адриан вот уже год как умер.
– Да не-е-ет, он стоял у могилы своей бывшей жены. Подождите, вспомню имя... Эльба? Нет, не Эльба... Эльза.
Да-да, Эльза!
– Ничего не понимаю.
– Мы с ним из одного тайного общества.
– Это из какого же?
– Да так, занимаемся людьми, у которых есть ИМЯ.
– Знаменитостями, что ли?
– Ими в том числе.
– Может, мы о разных Адрианах говорим?
– Но этот Адриан спрашивал, не вышли ли вы замуж?
– Еще нет, - пожала я плечами и попрощалась со странным армянином, так ничего и не поняв.
Может, это убийца Адриана являлся? Может, и мне нужно быть осторожнее? На всякий случай я обвела ручку двери тунгусским гребнем.
***
Я читаю лекцию любителям собак, которые сидят вместе со своими питомцами. Убеждаю всех в том, что скоро весна, пора грязи и холода, по этому поводу собакам нужно срочно сшить тапочки.
Указываю и на то, что нельзя на лицо своего друга надевать намордник, а если случится такая необходимость - в намордник лучше облачиться самому. К хозяевам отношусь с чувством легкой неприязни, как к аномальным объектам, лишним на этой планете. Мне это снова приснилось.
***
– Гамарджоба!
– Гамарджоба.
– Это посольство Грузии?!
– Нет.
– А мне католикос нужен!
– Это не посольство Грузии.
– Мне нужен католикос!
– Я - католикос. Слушаю вас, - спокойно представилась я.
В трубке помолчали. Раздались короткие сигналы. Снова промашка вышла. Сбой в пространстве и времени.
Сиреньсень для двоих
Шел дождь. Мелкий, моросящий. Я выбежала на улицу. Уже давно не выходила из своего затворничества. Ах, какая свежесть! Мне уже давно все надоело. Все. Кроме погоды.
– Мне уже давно все надоело.
Кроме погоды, - заявила я позвонившему Саше.
– Понял, - ответил он и положил трубку.
Через два часа он был у меня. С чемоданом. Явился ко мне "убегом"...
Я оторопела. А собственная смерть и собственные похороны - к замужеству. Так в старинном соннике написано.
Хм-м-м...
***
– Давайте составим стулья в круг. Завяжите Татьяне глаза, а Юля поведет Татьяну по стульям. Сегодня на психотренинге формируем у себя базовое доверие к жизни!
***
Саша не подозревал, что он переехал, когда за окном стояла сиреньсень. Это была первая сиреньсень для двоих. До сих пор сиреньсень была для меня одной.
В круге втором (виртуальном?)