Чтение онлайн

Нас встретили киски, и, благодаря нашим милым домочадцам, мы быстро одомашнились. К тому же, наступала сиреньсень, пора чудес.

Сашенька вернулся за свой компьютер, который был и его рабочим инструментом, и его хобби, и его богом.

– Ну, так вот, Наташулькин, мы с тобой остановились на "тете Асе".

– Верно, на дяде Пете мы не останавливались, - дразнила я мужа.

– На самом деле вещь полезная и тебе в работе пригодится.

– Ну, тогда валяй.

– Кстати, ты самый крупный специалист по именам, знаешь ли ты, откуда возникло такое название "тетя Ася"?

– Даже не догадываюсь. Хотя в тот день, перед отъездом, когда ты хотел мне об этом рассказать, ко мне пришла на психологическую консультацию женщина по имени Анастасия, а если заменить "триадой", то Ася... Может, это связано с какой-нибудь магией, с каким-нибудь очередным чудом или совпадением?

– А вот и нет. Хотя это действительно чудо. Это такая система в "Интернете", которая обозначается английскими буквами ICQ.

– Английская аббревиатура, значит. Тогда все понятно: по-нашему, по-русски, "Ася".

– Ну, это ласково. Некоторые грубо называют - "Аська".

– Прелесть. Начало обещающее.

Только давай остановимся на ласковой форме.

– Как тебе нравится. Зачем нам нужна эта система? Народ хочет иметь телефон, пейджер, электронную почту, причем общаться хотелось бы в режиме реального времени и иметь все это сразу. Для этого и устанавливают на своем компьютере "тетю Асю". По абонентскому номеру она пересылает почтовые сообщения. К сообщению можно пришпилить электронный файл в любом формате. Можно выйти на диалог. В то время как собеседник набирает на своей клавиатуре фразы, можно одновременно ему отвечать.

– То есть, можно его перебивать?

– Конечно, общение от этого максимально приближается к живому.

– А на нашем компьютере ты уже установил эту систему?

– Нет еще, не успел. Вот мы сейчас это и сделаем. Установим маленькую программку, напишем свое nickname, или псевдоним, и позвоним по серверу тети Аси. Какую ты возьмешь себе кликуху?

Я задумалась.

– Можно остаться без имени, если хочешь.

– Да нет. Безымянной быть как-то неуютно. Да и непривычно для меня. Пожалуй, дам свое ведьмаческое name - Аурика. Хотя лучше останусь Натальей.

– Ну, хорошо.

– Только ты объясняй и показывай мне все последовательно, шаг за шагом. Пожалуй, мне лучше записывать. Моя механическая память ни к черту.

– Ну вот, включаем компьютер.

– Включили.

Экран снова замелькал.

– А ты молитву прочитай. Мне Миша рассказывал (ну, ты же знаешь, он жутко православный), сбойнула как-то у священника, к которому он часто захаживал побеседовать на религиозные темы, система. Так же вот монитор замелькал. Священник понял, что система сбойнула не просто так, а оттого, что в память своего компьютера он только что ввел программу всяких Кришну-Вишну. Ни один настройщик не мог ничего сделать. Тогда батюшка молитву прочитал - глядь, заработало! Может, у тебя там тоже какие-нибудь дьявольские программы, попробуй молитву почитать: "Отче наш, Иже еси на небесех..." Дальше знаешь?

– Ты лучше своим гребнем по экрану проведи.

Это волшебное средство я и применила. Экран мигать перестал: подействовало, значит! Здорово! Как всегда, на экране на мгновение возникла дверь, потом ругательное слово из одних мягких знаков, превратившееся в другое, непонятное: "Ди мьедовуха".

– О господи!

– Не поняла. Это на каком языке:

"ди мьедовуха"? Это что?

– Кто бы знал... Вообще не понятно, откуда это взялось здесь.

– Тетя Ася в подоле принесла, - пошутила я.

– Подожди-ка, подожди, "моя комната в Международном доме отдыха журналистов близ Варны выходила окнами на Черное море. Его мерное дыхание слышалось сквозь сон, грохот волн будил по утрам"...

Это какой-то текст!

– Тебе не кажется, что это что-то про Болгарию?

– Похоже. "Я вышел навстречу ему на веранду и увидел соседа - плотного, очень румяного пожилого мужчину, который тут же представился: "Стефан. Я из Берлина".

Текст продолжал и продолжал появляться.

– Это что, предлагается знакомство через "тетю Асю"?
– я решила, что "тетя Ася", в самом деле, чудо техники.

– Так сразу? Нет, здесь что-то не так!

" - А я из Восточного Казахстана. По-немецки говорю прилично. Вы любите купаться во время прибоя?

Тогда вперед!

– Подождите немного. Я разбужу Степана Степановича...", - продолжала я читать.

– А тебе не кажется, что мы случайно внедрились в чей-то чужой диалог?

– По идее не могли. Для этого нужно, по крайней мере, самому сделать запрос.

– Подожди, текст продолжается:

"В коридоре общительный немец появился в сопровождении супруги Ингрид, молодой привлекательной дамы, и подростка-сына, тоже Стефана. Как выяснилось, Степаном Степановичем его прозвал Борис Полевой. "О, это мой хороший друг", - сообщил Стефан-старший. Я подумал: "Как же его-то фамилия?" "Гейм", - ответил новый знакомый"... Ты что-нибудь понимаешь? Может, это заседание клуба знакомств?

– Да нет! Для этого мы должны были бы подключиться к конференции специальным образом.

– "Я аж подпрыгнул - такое случилось совпадение. В вагоне поезда, который вез группу наших журналистов в Болгарию, мне попался потрепанный выпуск "Роман-газеты", где были напечатаны "Крестоносцы" Стефана Гейма. Читать я начал, чтобы скоротать время, но вскоре увлекся всерьез..." Да тут, в самом деле, сплошные совпадения: Болгария, Восточный Казахстан...

– Сюра какая-то!

– "Передо мной, участником войны, явились со страниц романа живые портреты наших союзников - американцев, появления которых мы так долго и томительно ждали, чуть ли не три года. Гейм с жестокой правдивостью говорил, что открытие второго фронта в Европе оттягивалось не случайно, многие в США хотели, чтобы гитлеровцы основательно обескровили советскую армию, прежде чем оказать ей настоящую боевую поддержку. Да и дух армии союзников был неоднороден: служили в ней честные и смелые люди, которые искренне хотели освободить планету от коричневой чумы, но тон нередко задавали откровенные мародеры, которые переправились через океан, чтобы нажиться на чужой страшной беде", - продолжала я читать вслух текст.
– Это похоже на заседание литературного клуба.

– Ну, тебе только с "тетей Асей"

общаться. У тебя это здорово получается.

– Вашими молитвами! "В то солнечное утро я не решился заговорить со Стефаном о подробностях его военной судьбы, о делах литературных. Ни к чему это было. Гейм, как и я, терпеть не мог подолгу валяться на пляже, и мы отправились "открывать Болгарию". Это оказалось тем более кстати, что Стефан совершенно не общался со своими земляками. Для "западных" немцев (все это происходило в 1971 году) писатель был знаменитостью, к которой просто так не подступишься, а на востоке, в ГДР, он с каждым годом становился фигурой нежелательной, диссидентом"... Мне кажется, что это какие-то мемуары...