Чтение онлайн

— Мы пойдем, приведем себя в порядок, спустимся к ужину.

Когда мы добрались до нашей комнаты, Райн со стоном повалился на кровать и затих. Стала заметна усталость и неважное физическое состояние. Присела рядом, готовясь к оказанию первой медицинской помощи.

— Я вижу, что ты со своим порезом хорошо справилась, — констатировал маг, не открывая глаз.

— Да, вроде удачно получилось, — я была горда собой, и скрывать это не собиралась. — Давай теперь займусь тобой, только скажи с чего начинать?

— Руки, плечо. Челюсть оставь напоследок, чтобы я получше запомнил свою собственную глупость.

— Да уж, знатно тебе досталось, думала, не устоишь на ногах, — поделилась я впечатлениями, направляя целительные зеленые лучики к разбитым в кровь костяшкам. Регенерация тканей шла медленно, но верно.

— Я и сам думал, что не устою. Хорошо он мне двинул! — мужчина изобразил удар рукой и тихонько охнул от боли.

— Лежи, не дергайся, а то мешаешь лечению, — с напускной строгостью произнесла, сурово нахмурив брови.

— Да, доктор, слушаюсь, доктор! — поднял вверх свободную руку, изображая, что сдаются на мою милость, скорчил забавную рожицу и вновь охнул, только теперь уже от приятных ощущений в челюсти.

Закончив с руками и плечом, перебралась поближе к лицу, поднесла ладонь, удерживая ее на расстоянии пары сантиметров от кожи. Магия заструилась весенней зеленью. Когда, поняла, что справилась с поставленной задачей, хотела убрать руку, но мне не дали. Обхватили большой, чуть шершавой ладонью и прижали к месту лечения, потом отвели в сторону, поизучали ее строение и губами коснулись чувствительного местечка, где змеятся мои линии жизни, любви и сердца. Миллионы иголочек ворвались с этим прикосновением в мою кровь, понеслись по венам, переплавляя меня в жидкое золото. Нет! Нет! Нет! Отпрянула и, вырвав руку, прижала ее к груди: «Предательница, проклятая!».

— Нужно тебе еще что-нибудь вылечить? — спросила я, слегка севшим от волнения голосом. Лицо Райна напряглось, словно он мучительно проглатывал горькую таблетку, вставшую у него поперек горла. Неприятно, да? А ты что хотел, миленький? Мы тебя твоими же пилюлями…

— Ну, ты там поводи надо мной руками, чтобы все наверняка зажило, — попросили меня, изучая реакцию прищуренными глазами.

— Поводить? Вот так? — изобразила легкие поглаживания, почти касаясь голой груди мага, борясь с желанием подчиниться и воплотить наше общее желание в жизнь.

— Да, да, можно и пониже, — последовал ответ, сопровождаемый улыбкой опытного ловеласа. Итить! Ну, до чего же хорош!

— Ах, пониже? Здесь? А, может, здесь? Нет, лучше вот здесь. Вот, получай! — стала кулачками молотить его в район бедра, пытаясь переплавить охватившее меня возбуждение в злость, которую можно было бы выместить на наглеце.

Райн захохотал, изогнулся, подхватывая меня под локти, и уронил прямо поверх себя. Глаза в глаза… Бесконечная минута пристального изучения, поиска чего-то тайного, скрытого в самой глубине… Я знаю, что ищу в этих омутах и не нахожу, а вот что ищешь ты? Но ты смотри, смотри и внимай! Твоей постельной игрушкой я не буду, либо ты мне отдаешь все, либо оставляй все себе. Теперь я слишком хорошо понимаю, что значит быть центром твоей Вселенной. Сегодня ты показал мне… и это было прекрасно. То, что сейчас предлагаешь мне ты, это словно стоять за стеклом, все видеть, но ни к чему не прикасаться. Я так не хочу…

Разорвав зрительный контакт, уперлась руками в грудь мага, освобождаясь от объятий, встала и ушла в ванную, умыться и успокоиться. Задержавшись там настолько долго, насколько позволяли приличия, вернулась. Райн, уже полностью одетый, вновь изучал голубые дали за окном (что же он там все время рассматривает?) и обернулся только на звук закрываемой двери. Его глаза были полны какого-то затаенного чувства… Боли? Горечи? Разочарования? Не угадаешь…

— Нам пора идти вниз.

— Я готова… Ну, почти готова, — попыталась улыбнуться, непослушными губами.

Как прошли остатки вечера, я, честно говоря, не четко помню потому, что все мои мысли сосредоточились в одной точке, там, где на мою талию (чуть ниже) легла его рука и не просто легла, а по-хозяйски так обосновалась, поглаживая, посылая пульсации удовольствия по всем нервным окончаниям. Она легла точнехонько туда, где были две небольшие ямочки, точно зная, что они там есть, что они неимоверно чуткие и отзывчивые, особенно под его пальцами. В начале, я пыталась бороться и возмущаться, но на меня строго глянули, заявили, чтобы я не портила конспирацию и вернули ладонь на прежнее место. Меня соблазняли, дразнили, доводили до верхней точки кипения, мне мстили, наконец, за мой отказ, а я боролась с собой, проигрывая по всем фронтам. Дошло до того, что, когда рука слегка удалялась, невольно тянулась за ней, сгорая от удовольствия и стыда одновременно.

В комнату вернулась неудовлетворенная (попробуйте пару часов находится в таком состоянии!), злая и прокуренная. Хлопнув дверью, скрылась, угадайте где?

Легла в кровать, полностью игнорируя гадкого соблазнителя, морально настраиваясь на труднейшую ночь в своей жизни, когда услышала, как кто-то кидает камушки нам в стекло. Стало любопытно, может, у меня какой поклонник обнаружился? Вот было бы здорово! А то уж больно довольная морда у этого мужичины сегодня весь вечер была, надо ее малость подкислить.

Отодвинула занавеску и увидела в сумеречном свете фигурку мальчишки, наполовину скрытую кустами. Сзади подошел Райн, сместив меня в сторону, распахнул окно настежь.

— Господин, велено передать, чтобы вы уходили, Сыч вас сдал. Идите в таверну «У Розы» на Кривом переулке, там вас найдут, — громко прошептал вихрастый парнишка, задрав голову, и тут же растаял в темноте зелени.

Мы переглянулись с озабоченными выражениями на лицах.

— А если это подстава? — озвучила я общую мысль.

— Мы не узнаем, пока не проверим. А вот вероятность того, что Сыч, мог нас сдать, очень высока, поэтому давай-ка быстренько собираться.

— Блииин! Только разделась… — простонала я, подхватывая одежду и скрываясь все в той же, уже набившей оскомину, ванной.

Собрались мы просто, как бывалые солдаты по сигналу: «Тревога». Райн содрал с кровати белье и связал между собой. Это шутка? Или мы действительно, полезем через окно? Черт! Точно, еще как полезем, причем в конце придется прыгать, наше средство побега заканчивалось, не доходя до первого этажа. Кто-то ловкий и умелый, без сомнения легко преодолеет данное препятствие на пути к свободе, а вот мне предстоит полет фанеры над Парижем.

Райн набросил на сумки защитный кокон и скинул их землю (ох, надеюсь, что там не превратилось все всмятку). Затем примотав с помощью силы простынь к столбику кровати и закрепив для надежности узел, связывающий полотнища, скинул нашу «веревку» вниз. Нам повезло, что окна комнаты выходили на маленький дворик, пустовавший в столь позднее время, иначе бы кое-кто сорвал овации второй раз за день.

— Я полезу первым и подстрахую тебя, — предложил Райн, и я не смогла не согласиться с разумностью его доводов. Уже, когда он перелез через подоконник, раздался настойчивый стук в дверь, мы оба замерли, напряженно глядя друг на друга. Начиналось самое интересное.