Тайна парагвайского золота (Парагвайский маугли)
Шрифт:
– Хорошо.
– Да, вот ещё что, - Ансельмо задумчиво посмотрел на отца и повара. Ему вспомнился совет Айрахи о большой и малой дичи.
– Хочу вам предложить одну загадку.
– А время ли сейчас для этого, сынок?
– спросил Хоакин.
– Время, время, отец, если мы её разгадаем, то наверняка сумеем убежать.
– Ну, хорошо, давай свою загадку.
– Вот она: если вы охотитесь в лесу и перед вами две дичи: большая и маленькая, за какой вы погонитесь?
– За большой!
– сказали разом отец и повар.
– Когда мы убежим, мы будем одной большой дичью для управляющего и его телохранителей, так ведь?
– Да, так!
– Значит нам нужна другая большая дичь, чтобы за ней погнались наши преследователи, да? Мне об этом сказал аче Айрахи, кстати, он нас ждет сегодня ночью здесь, недалеко в лесу.
Отец и повар переглянулись и задумались, потом повар хлопнул себя по колену и тихо воскликнул:
– А ведь твой малый, Хоакин, дело говорит!
– Что ты имеешь в виду?
– Когда мы убежим, мы должны что-то сделать, чтобы задержать преследователей.
– Как это сделать?
– Я, кажется, придумал!
– воскликнул Хуан.
– Устроим пожар!
– Пожар?
– Да, подожжем дом управляющего, он сухой, дождя давно не было, и гореть он будет на славу.
– Как это сделать?
– Бросить несколько горящих головешек на крышу, она из сухих пальмовых листьев и скоро загорится. Пока будут тушить дом, не скоро хватятся нас, а мы будем уже далеко!
– У них лошади, - сказал Хоакин.
– Ну что же делать, будем спасаться от лошадей, - ответил повар. Ему не терпелось скорее добраться до золота, и он был готов на все.
– Аче придумают что-нибудь, как спастись от преследователей и на лошадях, - заверил отца и повара Ансельмо.
– Как же мы будем действовать?
– Сейчас, - сказал Хуан, - одевайте сумки на плечо, провизию понесем мы с Хоакином, а тебе, Ансельмо, нужно взять несколько кусков мяса на случай, если привяжутся собаки. Берем свои мачете и топоры. Вот возьмите ещё каждый по острому кухонному ножу.
Хуан обернул острие ножей в тряпочки и попросил Хоакина и Ансельмо в таком виде засунуть их за пояс, чтобы не пораниться.
– Теперь, - сказал Хуан, - я пойду на разведку, а вы подождите здесь, - и он растворился в темноте.
Примерно через полчаса Хуан вернулся.
– Они спят, пора бежать.
Все обнялись, похлопали друг друга по плечам, взяли из очага по горящей головешке и вышли из-под навеса.
Осторожно, крадучись, но не спеша и поминутно оглядываясь, они направились к дому управляющего.
Первым забросил свою головешку Хуан и показал остальным, куда их лучше бросать. Сделав это, группа отправилась к дороге, ведущей в лес.
Движение по территории ранчо привлекло собак, и они мигом оказались рядом с беглецами, но ни одна не залаяла, узнав в одном из беглецов повара - ведь он кормил их каждый день.
Повар тихонько поцокал языком и позвал их за собой.
Беглецы через полчаса достигли леса и оглянулись назад: пока все было тихо, но, когда они зашли глубже в лес, где находилось дерево, на котором должен был их ждать аче Айрахи. Им открылась потрясающая картина: ранчо полыхало. Расстояние было небольшое, и пламя видно было хорошо.
Ансельмо попросил отца и повара взять собак на поводки и ждать его возвращения здесь, а сам отправился на поиски Айрахи, оставив свою сумку у ног отца.
Ансельмо отошел шагов на сто, он знал, в каком направлении идти, остановился, прислушался и издал звук, похожий на звук боли и ужаса, который издает жаба, пожираемая в болоте змеей. Это резкий звук и слышен очень далеко.
Ансельмо, чутко прислушиваясь в темноте ночи, ждал ответа.
Но ответа не было. Ансельмо понимал, что Айрахи спускается с дерева, где он находился, и даст ему ответ с земли: ведь болотная жаба, попав в пасть змеи, не может кричать с дерева, а только с низу, с земли. И действительно, вскоре раздался крик, наполненный ужасом перед смертью, и даже Ансельмо, привыкший к таким жабьим воплям, вздрогнул, настолько этот звук был похож на настоящий. Ансельмо подтвердил ответным криком, что стоит на месте и ждет Айрахи.
Прошло совсем немного времени, и Ансельмо при свете луны разглядел коренастый, приземистый силуэт приближающегося индейца.
Айрахи подошел к Ансельмо, положил ему руку на плечо и заглянул в лицо.
Ансельмо понял, что тот просит рассказать, что произошло.
Айрахи узнал от Ансельмо, что его отец с ним, а также ещё один человек - друг отца и три собаки, они на поводках, а их преследователи сейчас заняты охотой на большую дичь: они устроили пожар на ранчо и им не до них.
Айрахи одобрил это, но сказал, что собаки - это плохо, их отпустить нельзя - они потом наведут на их след.
– Что будем делать?
– спросил Ансельмо.
– Уходить, уходить и как можно быстрее!
– ответил Айрахи. Подумал немного и добавил.
– Собак съедим по пути, всего три стоянки до "дома" аче и три собаки, зато не будем терять времени на охоту.
Ансельмо повел Айрахи к тому месту, где он оставил отца и повара. По пути Ансельмо понял, что те встревожены остановкой. Собаки попытались залаять на индейца, но повар грозно крикнул на них и они замолчали.
– Отец, - сказал Ансельмо, - все будет в порядке. Вот Айрахи, индеец аче, он главный в группе индейцев. Он нас быстро поведет через лес туда, где находятся на стоянке ещё два индейцы. Мы там будем часа через два. А всего три дня пути.
Ансельмо взял свой топор у отца, протянул его Айрахи. Тот с удовольствием его взял и помахал в воздухе. Собаки попятились и зарычали, а Айрахи благодарственно закивал Ансельмо головой.
В это время Хуан разглядел карабин за спиной Ансельмо.
– О-о-о!
– сказал он удивленно.
– У тебя ружье?
Ансельмо кратко рассказал историю этого карабина и заметил, что лучше будет, если карабин останется у него, им в лесу пользоваться пока нельзя звуки выстрела привлекут внимание людей.
– Ну, что ж, - сказал отец, - будем пользоваться им в случае крайней необходимости, неси сам, ты уже, наверное, привык таскать его по лесу.
– Да, отец, теперь я расскажу, как мы пойдем по лесу. Айрахи пойдет первым, за ним ты, потом Хуан и последним я. Это будет цепочка, идем след в след, не отставая, Айрахи сам регулирует движение, мы не будем разговаривать, кричать и вообще никак не шуметь во время ходьбы. Все, что нужно, показывать рукой: остановиться, присесть, поговорить, - и Ансельмо показал, как это сделать.