Чтение онлайн

— Нам не нравится сам факт подобных отношений, — взял слово Сэм. Я сжал зубы от накатившей злости. Да как он вообще смеет?! — Но всё же я понимаю, что это не наше дело, — он выразительно глянул на Билли, тот сверкнул на него недовольным взглядом. Моя злость немного притухла. Хм… похоже, более всего недоволен ситуацией именно старейшина. Интересно, почему? — Наша претензия состоит только в том, что, учитывая настолько близкие отношения, ты, возможно, хочешь сделать девушку одной из вас, — на последней фразе он скривился. — Мы не можем этого допустить.

После его слов у меня внутри забурлила странная смесь злости с удивлением и… весельем. Злился я всё ещё от того, что волки смеют лезть в наши с Беллой отношения. Удивлялся тому, что не додумался до сути претензии сам, как только речь зашла об этих самых отношениях. С другой стороны, моя недогадливость была не так и странна, учитывая, что волки не знали того, что знал я — моя девочка не была человеком. Поэтому ситуация вышла очень забавной: оборотни заподозрили меня в намерении, которое я вообще ни разу не рассматривал всерьёз. Я понимал, что вводить любимой яд было бы сущим безумием. Никто даже приблизительно не смог бы спрогнозировать, к чему это приведёт. Яд мог на неё не подействовать (ведь её организм ко всему адаптируется), мог превратить в какую-то жуткую химеру, силу которой даже представить страшно (учитывая, во сколько раз могущественней он делает людей), мог вообще… убить, как делает это с животными. Да и чего ради? Её бессмертия? Так ведь есть шанс, что Белла сможет стать таковой и сама по себе — я не удержался и спросил об этом Чарли-Джорджа, когда гостил в Вольтерре. Если же нет — просто буду с ней до самого конца… или пока она мне позволит. А после, как уже когда-то решил, уйду за ней, в надежде на воссоединение… или на полное и окончательное забвение.

— Что ж, — медленно сказал я, — если претензия только в этом, то никакой проблемы не существует. Я не имею таких планов… даже желания. Изабелла меня более чем устраивает такой, какой является, — со стороны Эдварда послышался едва различимый звук, похожий на смешок. Да уж, просто обхохочешься…

На некоторое время на поляне повисла тишина. На лицах индейцев отражалась интенсивная работа мысли. Они несколько раз переглянулись, посверлили меня взглядом, взглянули на Карлайла и Эдварда, которые решили пока не вмешиваться.

— Хорошо, — наконец ответил Сэм. — Значит, нам не о чем беспокоиться. Но если ты причинишь ей или ещё кому-либо вред — мы придём за тобой, — он пристально посмотрел мне в глаза.

— Ага, — кивнул я. Вот прям боюсь-боюсь. Хотя… какая разница? Бросать им вызов нет ни смысла, ни особого желания. Хотя, спорить не буду, какая-то часть меня хотела бы узнать, на что способны эти мохнатики… Однако другая часть была категорически против бессмысленных конфликтов, от которых мог пострадать не только я, но также мои друзья и, что особенно важно, жена. И эта часть была на несколько порядков больше и сильней, без особого труда подавляя мои старые привычки.

— Она хотя бы знает, что ты такое? — мрачным тоном задал вопрос Билли.

— Мы уже почти год вместе, — пожал я плечами. — Разумеется, она знает.

Блэк поджал губы, затем обратился уже Карлайлу: — В таком случае, говорить нам больше не о чем. До свидания, — это было сказано так, будто он хотел плюнуть. И как Калленам, с таким к ним отношением, вообще удалось договориться этими квилетами?..

— До свидания, — ровно ответил док. Мне показалось, или я уловил в его голосе сожаление?

После мы собрались дома у Калленов и рассказали остальным, что произошло.

— Инициатором, судя по всему, был Блэк, — просвещал всех Эд в том, что успел прочитать в их головах.

— Я не понимаю, какого они вообще полезли к нам? Это совершенно не их дело! — любимая была со мной солидарна в негодовании. — Мне даже захотелось хорошенько накостылять им в тот момент, когда этот Сэм сказал, что им не нравится сам факт наших с Джеймсом отношений!..

— Чарли — хороший знакомый Билли, — сказал телепат. — Поэтому последний переживает за тебя, Белла.

— Ну да, — вздохнула Изабелла. — Они с папой изредка общались. Папа сочувствовал его плачевному положению. Даже тачку для меня купил у них с сыном, дав втрое дороже, чем они за неё просили, и отгонял этому самому сыну, Джейкобу, на ремонт, хотя сам мог с закрытыми глазами её перебрать.

— Мне показалось, что Сэм, несмотря на возраст, был на этом… совещании главней, — заметил я.

— Так и есть, — кивнул Карлайл, — он — альфа, вожак стаи. Его слово во всём, что касается оборотней и вампиров, решающее.

— И он был более беспристрастен в данном конкретном случае, — продолжил Эдвард. — Сэм чувствует ответственность и за людей в округе, и за своих волков. И прекрасно понимает, что в бой с нами вступать равносильно самоубийству. Их слишком мало. И даже несмотря на твои слова о том, что ты не часть нашей семьи, он предполагает, что мы выступим на твоей стороне в случае конфликта…

— Думаю, он правильно предполагает! — хмыкнул Эммет. Остальные промолчали, но не возражали.

— Так что, услышав, что ты, без всяких оговорок, не собираешься обращать Беллу, только облегчение испытал, — закончил Эд.

— Ну и отлично, — усмехнулся я, приобнимая мою девочку за плечо. — Значит, проблема решена. Будем надеяться, им больше ничего в головы не взбредёт.

***

Незаметно осень сменилась зимой. После рождественских праздников Белла объявила, что хочет учиться на археолога. Как она сказала, к этому её подтолкнули обнаруженные нами в джунглях руины. А ещё ей было крайне интересно то, что связано с древними человеческими цивилизациями. Существовали многочисленные свидетельства того, что людей «воспитывал» кто-то куда более развитый, в некоторых вопросах превосходящий даже то, чем располагает современный человек. Любимая, в отличие от людей, наверняка знала, что более развитые цивилизации существуют, так как её отец был представителем одной из них. И хотела поискать следы подобного на Земле. Что ж, её интерес был мне понятен, и я без проблем присоединился к ней в подготовке к поступлению в университет на исторический факультет, со специализацией на кафедре археологии. Выбранное женой учебное заведение располагалось близь городка под названием Шеннон*, и климат там был по большей части пасмурным, что было удобным для меня, плюс относительно рядом находится заповедник, где я мог питаться. А Беллу устраивали программа обучения и не слишком большое и плотное местное население (в мегаполис она переселяться надолго не хотела).

В итоге следующей осенью мы, на «отлично» сдав вступительные экзамены, поступили. Любимая была весьма общительна с сокурсниками, ей явно нравилось, что здесь к ней нет предвзятого отношения, как в форкской школе. А вот я не особо старался с ними сближаться. Не то, чтобы откровенно игнорировал, отвечал, если обращались прямо ко мне… но по большей части изображал мебель при Изабелле.

Моя девочка, между тем, расцвела ещё больше. Она и при нашем знакомстве уже была превосходно сложена, однако сейчас… её твёрдый второй размер немного подрос, став ближе к третьему, бедра стали заметно шире, сделав талию ещё выразительней, да и попка налилась. Хоть я и продолжал называть её своей девочкой, это была уже не «девочка», а прекрасная молодая женщина. Мой мужской аппетит к ней просто не имел границ. К счастью, это было полностью взаимно, так что мы занимались любовью при каждом более-менее удобном случае. К слову, на Беллу засматривались многие парни. Однако контингент тут был по большей части адекватный — всем было прекрасно видно, что мы с Изабеллой женаты, и это останавливало большинство, судя по тому, что я помимо воли подслушивал. А тех, кого бы это не остановило от приставаний к моей жене, останавливал мой свирепый взгляд — хорошо быть вампиром…

Девушки-человечки на меня тоже кидали красноречивые взгляды, но моя отпугивающая аура и обручальное кольцо охлаждали их пыл. Хотя я не один раз слышал, как они обсуждали меня между собой… милые дамы, ваше счастье, что у меня есть Изабелла! Моё повышенное внимание ни для кого, кроме неё и Виктории, добром не заканчивалось…

Однако внешностью изменения Беллы не заканчивались. Она становилась всё сильней, быстрей, крепче… Смешно сказать, но мне стало больно бить по ней во время наших тренировок! Да и вообще, я в этих спаррингах уже стал практически интерактивной боксёрской грушей, ибо причинить какой-либо реальный вред чем-то, кроме зубов, моей девочке было просто нереально… Это, конечно, чуть задевало мою бойцовскую гордость, но больше я был рад, что Белла так сильна, и может дать решительный отпор кому угодно.