Чтение онлайн

— Нет, — улыбнулся я. — Помнишь, как ты мне однажды сказала, что хочешь не избегать своих страхов, а перебороть их? Вот это я тебе и предлагаю — побороть твой детский комплекс по поводу танцев.

— Пойдём, — кивнула она, в её глазах и запахе утвердилась решимость.

Мы прошли на танцплощадку, которая в этот момент опустела. Заиграла новая мелодия, более медленная. Как раз для нас, неумех. Встали друг напротив друга. Я положил руки ей на талию, она мне — на плечи. И мы просто начали потихоньку переставлять ноги в ритм музыке. Вот только если я двигался плавно и непринуждённо, то Белла была предельно напряжена, из-за чего двигалась не лучше деревянной куклы на верёвочках. Чёрт, это какой же должен быть комплекс, чтобы обычно грациозная и ловкая девушка начала так двигаться?! Так, нужно для начала помочь ей расслабится… Я наклонился и мягко накрыл её губы своими. Белла начала самозабвенно, как и всегда, отвечать мне, и мгновение спустя её тело в моих руках расслабилось.

— На нас же смотрят, — с притворным укором сказала она, разорвав поцелуй.

— Нет, — улыбнулся я. На нас и вправду никто не смотрел — все были заняты разговорами. И снова стал целовать её, не переставая кружить в незамысловатом танце. Через некоторое время, оторвавшись от самых желанных в мире губ, я зашептал ей на ушко. — Представь нечто среднее между нашими спаррингами и нашей близостью. Не думай, просто двигайся.

Любимая уже явно забылась, её движения стали такими же грациозными и изящными, как в других обстоятельствах. Я невзначай, без какой-то определённой схемы, добавлял новые движения: покрутить Изабеллу вокруг собственной оси, мягко заставить её прогнутся назад и сделать ею полуповорот, при этом опуская назад… Странно, что постепенно мы стали ускоряться, хотя вроде бы не переставали двигаться в ритме музыки…

А в какой-то момент меня накрыло. Начало казаться, будто ничего вокруг не существует. Есть только я, моя бесконечно любимая женщина и музыка, направляющая нас в наших движениях. Мы двигались то медленно и плавно, то резко, почти свирепо. И в этих движениях была наша связь — она ощущалась в эмоциональном плане так же сильно, как при физической близости. Это было нечто невероятное, неописуемое, почти безумное…

Очнулся я, когда музыка внезапно закончилась. Я стоял, перенеся весь свой вес на полусогнутую ногу и нагнувшись, и держал Изабеллу за талию одной рукой, почти параллельно полу, она же вцепилась в мои плечи, а её ножка обхватила меня за талию, и вторая моя рука была аккурат на бедре этот самой ножки. Мы оба тяжело дышали, но совсем не от активного танца… Щёчки Изабеллы раскраснелись, грудь поднималась и опадала в такт дыханию, губы были чуть приоткрыты, а в шоколадных омутах горел тот самый первобытный огонь, смешанный с любовью… любовью ко мне! А уж тонкий аромат желания, исходивший от моей девочки и дразнивший нюх… Мне нестерпимо захотелось прямо сейчас, в этот самый момент, схватить её в охапку, найти местечко подальше от посторонних глаз и сделать с ней очень много совершенно неприличных, но чертовски приятных вещей! И что-то мне подсказывало, что со стороны Беллы не последует даже ноты протеста…

Громкие хлопки окончательно вывели меня из этого транса. Мы оба мгновенно повернулись на звук.

— Ё-ху! — крикнул хлопающий Эммет. — Это было так горячо, что чуть пожар не начался! Я уже подумывал пожарных вызывать… ай! За что? — здоровяк начал уворачиваться от оплеух жены. Взгляды остальных были прикованы к нам.

— Эммет в своём стиле, но он прав, — заговорила Кармен. — Это было, конечно, не мастерски, но… очень чувственно, страстно… а главное — так искренне…

— Да уж, — подхватил Джаспер. — Хорошо, что я чувствовал только эмоции Джеймса… если бы я почувствовал вас обоих — точно уволок бы Элис в какой-нибудь укромный закуток.

— Эй, — возмутилась вышеназванная, — обязанность плоско шутить у нас за Эмметом!

— А я не шутил, — с предельно серьёзным видом ответил ей муж. Та не нашлась, что сказать. Изабелла сдавленно хихикнула.

— Милая, ты чудесно танцуешь… — сказал я с улыбкой, повернувшись обратно к ней. — И даже не смей говорить, что очень плохо! А всякие чопорные унылые стервы могут пойти нахрен! — любимая заливисто рассмеялась, запрокинув голову.

— Спасибо, любимый, — снова посмотрев мне в глаза, сказала моя девочка.

— Всегда пожалуйста, — отзеркалил я её улыбку и, коротко, но от этого не менее сладко поцеловав, вернул нас в вертикальное положение. И, так и не выпуская Беллу из объятий, потянул её с танцплощадки. И только сейчас мне кое-что показалось странным, на что я раньше не обратил внимания по причине своей предельной увлечённости своей идеей…

— «Это ведь ты, да?» — посмотрел я на Эдварда. — «И то, что танцплощадка оказалась пустой, но музыка при этом не перестала играть, и то, что на нас в начале никто не смотрел… и ещё музыка, кажется, постепенно ускорялась?»

— Ускорять музыку было идеей Эммета, — криво улыбнулся телепат, подмигнув. Значит, в остальном он поучаствовал.

— «Спасибо, это было чертовки вовремя!» — подумал я ему. Он усмехнулся, после чего увлёк на танцплощадку Викторию.

— А я платье немного… модернизовала, — в смешке Изабеллы я уловил смущение. — Случайно, — и повернулась ко мне боком, продемонстрировав разошедшийся на правом бедре шов.

— Несмотря на случайность, по-моему — довольно удачно! — ухмыльнулся я. Выглядело это весьма и весьма соблазнительно…

— Ну, если ты так считаешь… то ладно, — и всё равно в её интонации осталось немного смущения.

Танцы продолжались, начался обмен партнёрами. Я успел покружить Элис, Эсми, Кармен и Викторию. Таню и Кейт на всякий случай в этом смысле избегал, а то, чем чёрт не шутит, ещё за намёк бы приняли… Белла с кем-то, кроме меня, танцевать постеснялась, так что предложения других отклоняла.

Свадебный торт оказался… неожиданно маленьким. Я почему-то представлял себе многоярусное страшилище в человеческий рост, а он был совсем небольшим. Кажется, удивлён этим был далеко не один я. Он был сантиметров двадцать в диаметре, белым, с кучей всяких ажурных деталей… и обильно посыпан кокосовой стружкой. И вот тут-то я всё понял! Элис ведь меня расспрашивала о вкусах Беллы в еде, в частности, что она любит из сладкого. Так вот — любимая обожала сладости с кокосом… Телепат не смог удержать вырвавшийся наружу смех.

— Элис?.. — с подозрением протянул я, взглянув на предсказательницу.

— Ну, а что? — невинно похлопала она глазами. — Его бы всё равно пришлось выбросить! А так…

— А что такого с тортом? — с подозрением посмотрел на нас здоровяк.

— Элис решила скормить его Белле, — без успеха пытаясь сдержать смех, выдавил Эдвард. За ним засмеялись ещё несколько — я не обратил внимания, кто именно.

— В каком смысле? — удивлённо спросила сама Белла. Затем присмотрелась к торту. — Погодите-ка… кокос? — она резко повернулась ко мне. В глазах было веселье, но она хорошо держала серьёзное лицо. — Это ты ей рассказал? Предатель! Кокос ведь моя главная слабость! — она подошла к торту и принюхалась. — М-м-м… кокос…

— Пробуйте уже быстрей, — повернулся я к молодожёнам. — А то она его стрескает — даже моргнуть не успеете.

Виктория чуть скривилась при мысли о необходимости этой «пробы», Эдвард отреагировал спокойно. Они отрезали по небольшому кусочку и едва прихватили их губами, после чего вернули на место.

И тут к делу приступила моя девочка. Все разошлись, остался только я — мне нравилось наблюдать довольную физиономию любимой, неспешно поглощающей кусок за куском (на счёт «даже моргнуть не успеете» я слукавил — она обычно с едой не спешила).

— Он изумителен, — констатировала Изабелла, съев ровно половину. — Так, это я оставлю на потом — всё равно на него никто больше не претендует.

— Вот это эльфа учудила, ага? — усмехнулся я.

— За это мы её и любим! — рассмеялась Белла. Согласен, с провидицей и вправду не соскучишься. — Так ты не знал о торте? — выгнула бровь она.

— Не-а, — мотнул я головой, — она расспрашивала о твоих вкусах, но я и представить не мог, что именно для этого…

Далее мероприятие шло своим чередом. Было весело, все раньше незнакомые уже пообвыклись друг с другом, так что атмосфера была вполне дружеской. В конце концов, молодожёны отчалили проводить медовый месяц на остров Эсми. Подумать только — у них собственный остров! Хоть он и назывался островом Эсми, но, как мне рассказали, это было уединённое гнёздышко всей семьи, и они там отдыхали то парами, то все вместе. Даже любопытно стало на него взглянуть…