Чтение онлайн

Мирабель сидела, опустив голову, а на её пушистых ресницах блестели слезинки. Я ловко поставила графин на место и отступила к стене, успев поймать на себе задумчиво-одобрительный взгляд Леськи.

В итоге девочка почти ничего не съела за завтраком. Лишь граф Чарсом сумел поесть в тишине, а после удалился в выделенные ему гостевые покои, чтоб подготовиться к предстоящему отъезду. Прибыл сюда лорд Венедикт налегке — его сопровождали лишь четверо телохранитель верхом. Он так же весь путь проделал в седле.

Прислуга тайком наблюдала как леди Стелла вышла из особняка, села в карету, на козлах которой восседал Валадарко, и покинула имение герцога де Умарри.

— Наконец-то, — выдохнула Илия, опираясь спиной о стену возле окошка, и картинно прикладывая запястье ко лбу: — Выносить эту зазнобу в отсутствии господина вообще невозможно.

— Она часто срывается на Мирабель? — спросила я. Ответ прозвучал сзади голосом Леськи:

— Постоянно. Стоит только хозяину уехать Стелла вдруг начинает мнить себя тут главной.

— В общем-то она и есть главная, — вздохнула Сью. — Не подчиниться мы ей не можем. Она герцогиня, а значит наша госпожа.

— И это ужасно бесит! — фыркнула Илия. — Хорошо хоть в неделю её не будет! Сможем нормально отметить праздник.

— Праздник? — я перевела вопросительный взгляд на Сью. Так завелось, что на все вопросы я ищу ответы именно у неё. И девушка пояснила:

— В последнюю неделю хэйлета на севере отмечают Лаусов день.

— Это ведь старая вера, — опешила я, а потом задумчиво произнесла, удивляясь тому, что я помню это: — Древняя религия кочевых народов, которые осели на территории современной Сордены. Она существовала до признания двоединого начала: первозданной тьмы и единого света.

Служанки вокруг меня притихли ошеломленно переглядываясь. Заговорила все так же Сью, но голос её предательски дрогнул:

— Мы живём на самой границе с Сорденой. Её влияние на местных велико. Потому старые праздники сохранились. Без обрядов, без поклонения богам прошлого, просто день, когда можно отдохнуть и повеселиться даже слугам.

Я задержала на ней задумчивый взгляд, пока девушка не начала нервно заламывать руки, а потом отвернулась спросив:

— Как вы его обычно отмечаете?

— Разжигаем большой костёр, пьём грильдевую настойку и танцуем, — ответила Илия и даже изобразила несколько подскоков. — Не знаю только уедет ли хозяин с дочкой в этот раз из особняка.

— Кажется, нет, — вздохнула Леська. — Тарья говорит, что Мирабель становится все хуже. Лекарства перестают помогать.

Я посмотрела на служанку. Она стояла у окна и глядела на небо скорбно поджав губы. Скрестив руки на груди, она своими худыми пальцами вцепилась в собственные локти. Остальные девушки грустно склонили головы. Я смотрела на них молча, а внутри меня одолевали несколько вопросов: почему они не расскажут мне отчего я впала в немилость юной маркизе, ведь к ним она явно относиться по-другому? И чем же больна девочка, что даже сильный эспер с достаточным количеством денег и титулом не способен ей помочь? Неужто даже лекари устроили забастовку против герцога де Умарри? Бред! Это невозможно! В то, что обычные колдуны могли отказаться от девочки я еще поверю, но эсперы с даром исцеления никогда бы такого не сделали. Дело даже не в чувстве долга, сострадании и прочих розовых соплях, а в том, что люди с такой силой обречены чувствовать чужую боль как свою. Чем сильнее способность исцелять, тем большей эмпатией обладает эспер. Это обратная сторона их силы. У всех эсперов есть такая. Потому, они не смогли бы отказать страдающему ребенку. Тогда остаётся вариант, что даже целители не могут это вылечить.

— У неё опухоль? — я заговорила враз охрипшим голосом едва смогла сфокусировать взгляд. И в этот раз я обратилась к Леське. Она повернулась ко мне и в её глазах вдруг вспыхнул злой огонек:

— Да, опухоль. И вскоре она убьет девочку. Хозяин так и не нашел лечения, кроме…

Леська отвернулась от меня, а потом и вовсе пошла прочь. Я ринулась за ней, но меня остановила Сью. Обернувшись к ней я схватила служанку за руку:

— Кроме чего? — требовательно заглянула в глаза подруге. — Кроме некромантии?

— Да, — девушка судорожно дернулась, стараясь выдернуть руку их моего хвата. Но я словно уцепилась за спасительную соломинку.

— Но почему он не обратиться к некроманту?

— Обращался, — сзади на мои плечи успокаивающе легки маленькие ладошки Илии, она постаралась потянуть меня на себя, помогая Сью высвободиться. — Эспер, который действительно достиг успеха в лечении опухолей — Зельто де Варио. Он злейший враг Рэйзельда.

— Это он… лишил его тела?

— Да. Хозяин просил у него помощи, но…

Девушки вдруг переглянулись и одновременно опустили глаза, словно на полу разыгралось интереснейшее представление. Я даже сама глянула вниз, но ничего там не рассмотрев, поторопила:

— Он отказал?

— Да. Мирабель, как и её отец — менталист с сильным даром. А Зельто выдвигает какие-то законы против подобных им. Потому он решил… не помогать. Теперь герцог ищет другие способы лечения.

Я кивнула, а Сью спохватилась:

— У нас ещё до завтра много работы. Идемте скорее.

Быстро шагая следом за служанками, я размышляла. Информацию об опухолях мой мозг выдавал мне легко: первые сведения об этой болезни появились лет двадцать назад. Отличительной чертой было то, что она поражала только эсперов. О случаях заболевания обычных людей или даже колдунов — известно не было. Как она передавалась или что провоцировало развитие болезни в теле также не было выяснено. Опухоли оказались опасными из-за того, что целители не способны были их лечить, ведь это было похоже скорее на развитие в организме нового органа-паразита, который постепенно убивал организм носителя.

Я знала, что даже брат короля погиб от опухоли.

Хм… а не тот ли это брат короля за покушение на которого когда-то обвинили Рэйзельда?

Я постаралась вспомнить всё, что знала о королевской семье, но только спровоцировала вспышку головной боли. Вскинув руку к виску, я поморщилась и решила отложить копание в собственной голове на какое-то время. А пока пришлось приступать к работе.

Наведя порядок в комнатах Стеллы, я тихо выскользнула за дверь и осмотрелась. В коридоре никого не было. Но из открытых дверей в покои герцога слышались голоса Илии и Солена. Они о чем-то спорили. Не вслушиваясь в их дискуссию, я на носочках пошла в противоположном направлении. Башмачки я держала в руке, за прошлую ночь уяснив, что передвигаться без них намного тише.

Дверь в библиотеку была открыта, и я смогла перевести дыхание, только оказавшись внутри помещения.

Уже темнело и мне пришлось зажигать свечи. Взяв в руки шандал, я медленно прошла вдоль книжных рядов, читая названия книг на корешках. У герцога была собрана невероятная коллекция литературы, изучать ее можно было бы целую жизнь. У меня не было столько времени, потому я искала определенные слова в названиях и вскоре увидела их.

"Ментальная сила" значилось на темно-коричневой кожаной обложке. Я достала книгу и пошла к столику.