Чтение онлайн

Предание и Пророчество Торящих Тропу Спасаемым Мирам гласит, что в Судный День они вместе с ангелами Господними будут перекидывать чудесные мосты из мира дольнего в Мир Горний – мосты, по которому все те, кто сделал верный выбор между Добром и Злом, взойдут в Царство Небесное, в Небесный Град. Мостов будет четыре. Здесь, в мире земном, начало каждого моста будет держать один из четырех Торящих, а другой конец моста – в небесах – будет поддерживать Ангел.

Сколько живут эти чудо-люди, неизвестно. Известно лишь, что не только их способности, но и как бы сами души их раскрываются не сразу. Слишком уж грозную силу они собой представляют. С точки зрения современной науки, если таковую сюда можно приплести, они несут в себе особые гены, которые должны активировать особые помощники. Кто они, догадаться легко. Это Сборщики Миров. У Каждого Охотника За Мирами, или Торящего Тропу Спасаемым Мирам, есть свой помощник. Это должно быть юное создание, с младых ногтей сделавшее верный выбор между Добром и Злом. Есть такой из тех, кого мы знаем? Подсказка нужна?

Помощник должен быть подготовлен и вооружен: правая рука его должна олицетворять живую воду, а левая, облаченная в особый браслет, снимающий защитный слой спящих генов, - мертвую воду. Помощник должен уметь поддерживать баланс своих могущественных рук…

– Сегодня ты, наконец, сделал выбор… - без всякого пафоса сказал тогда Вольфу незнакомец в шляпе.
– Она пока просто Эн. Неизвестная. Имя придет в свой час. И она должна жить с вами. Ты – ее хранитель, но не помощник. Помощником станет твой потомок.

Какой такой потомок?! Подсказка нужна?..

Одно лишь воспоминание, как заноза, мучило в ту великую минуту Максимилиана Вольфа. Он вспомнил, что и Председатель как-то заикнулся о некой Спящей Охотнице, которую не грех найти в прошлом и привести «тепленькой и еще не слишком опасной». Значит, он знал об этом таинственном роде. Немного – но знал. И тогда он, Председатель, очень проницательно всмотрелся в гостя из прошлого, у которого на носу сидело допотопное пенсне. И понял, что тот еще чист, стерилен в смысле этих тайных знаний…

– Что задумал Председатель? Догадаешься? – спросил Вольф и, наверно, так же проницательно посмотрел на потомка.

«Перенести Рублёвку на Марс», - первое, что пришло Никите в голову, а вслух он предположил:

– Построить для себя на Небесах коттеджный поселок Град Китеж?

Вольф приподнял бровь и несколько секунд раздумывал над таким нестандартным ответом.

– Бери выше, - наконец, сказал он. – Избежать конца света, который он предчувствует своей черной печёнкой. Когда-то гордые люди строили Вавилонскую башню, чтобы добраться до Небес и потеснить Бога. То была не простая башня – то был, так сказать, огромный магический бур, коим они хотели просверлить тоннель в вечность. Результат известен. Тогда впервые и единственный раз в Открытой Истории человечества был применен разрушитель. Между прочим, - кем-то из наших с тобой предков, сборщиков миров. А Председатель мечтает перенести на Небеса – так сказать, в иное, безопасное измерение, - всю планету. В Бога он не верит. А если и верит, пытается Его обмануть…

– Он что, тормоз?! – удивился Кит. – Бог вроде и так все знает заранее… Как это… Провидит. Да?

Вольф печально усмехнулся:

– А ты думаешь, те, которые распинали Христа, саддукеи – они не знали, что замахиваются на самого Бога? Уверяю тебя, знали. Они действительно бросили вызов Богу. Они не просто стремились сделать работу за дьявола. Они бросили вызов и ему, решив доказать, что они могущественнее самой темной силы во Вселенной.

– Круче… - невольно вырвалось у Кита.

– Да-да. Круче, - кивнул Вольф. – Точное словцо. В «яблочко»… Но это особый, отдельный разговор. Не на один вечер. Как и разговор о том, какие события произошли потом и какую сеть – даже не последовательность, а именно сеть причинно-следственных связей с общим центром мне пришлось вымучить, выстрадать и, наконец, соткать, чтобы все произошло так, как произошло… Чтобы весы качнулись в нашу сторону. В нашем с тобой большом деле причины некоторых важнейших событий находятся в будущем, а следствия – в прошлом. Признаюсь однако, что больше всего меня тревожил центр этой паутины событий – активация парагенов в генетическом коде Анны. То, что и было твоей главной миссией в прошлом. Уничтожение защитного слоя этих особых генов должно было стать подобием аннигиляции, соприкосновения вещества и антивещества. Чудовищная вспышка, выброс энергии… Прости, внук!

И Вольф, приложив обе руки к сердцу, очень картинно, но искренне понурил голову.

– А чего? – на всякий случай напрягся, собрался с мозгами и стал мысленно придерживать крышу Кит.

– Я допускал вероятность того, что ты не выживешь в этом пекле, и мне придется хлопотать с девчонкой самому, - приподняв взор, сообщил Вольф. – Тот, кто привел ее ко мне, как сомнамбулу, не успокоил меня, не сказал, что все обойдется… Может, он и сам не знал… Но всё обошлось… В открытых генах Анны была заложена защита сборщика. Мы даже убили двух зайцев. Не дали сбежать в мировое пространство большим негодяям в черных мундирах. Вместо небес, они сразу отправились в противоположном направлении – в преисподнюю. Думаешь, они работали на своего фюрера? И собирались прихватить его с собой? А вот чёрта с два! Обезумевшего капитана они решили бросить на тонущем судне.

– А кто был этот… ну, который привез меня в Берлин? – спросил Кит: Породистый Пилот произвел на него впечатление.

– А как он выглядел? – в свою очередь неожиданно спросил Вольф.

Кит описал, как мог.

– А-а… Вольфрам фон Зивер, - опознал Вольф. – Большая шишка в тайных делах рейха. Нам еще предстоит выяснить, с кем он имел сношения в будущем. Может, ты сам его и спросишь, если встретишь когда-нибудь…

– Как это?! – Киту пришлось тряхнуть головой, чтобы поправить крышу. – Он же того… накрылся… Или выжил?

Вольф улыбнулся:

– Ты все еще не привыкнешь к тому, что в нашем с тобой особом, «внешнем» времени следствия могут существовать раньше причин… Только не говори ему при встрече о том, где и когда его настигнет адское пламя.

Кита, тем временем, все сильнее мучила еще одна заноза, саднившая в извилинах мозговой коры:

– Дед… - доверительно обратился он. – Я только в одно никак врубиться не могу. Зачем было оставлять ее… Эн… ну, Анну, фашистам? Ты же видел Курскую битву… И ты не знал, что именно они затеют всю эту беспредельную войну?

И Киту показалось, что прапрапрадед посмотрел на него растерянно. А потом глубоко и очень тяжело вздохнул:

– Вот что я тебе скажу, внук. Ты все-таки не забывай, что в том будущем, что наступит после нашей смерти, мы с тобой подобны призракам, которых подняли из могил на спиритическом сеансе. Мы не можем знать, как и мертвецы, что за это время произошло в мире живых… По крайней мере, в ясных подробностях. Полагаться на рассказы потомков? Увольте! Уж они расскажут, что им в гимназиях вдолбили… Да, я видел грандиозную битву. Успел заметить на одних танках кресты, на других звезды. Мне бы, конечно, сбегать оттуда в киоск за газеткой, почитать, что в мире происходит… Но признаюсь, как-то боязно было. Посидеть с Председателем в библиотеке, полистать древние подшивки газет тоже как-то не успел, не досуг было. Уж не обессудь. Меня там в такой оборот взяли… Да, я там узнал, что была большая война, но знаешь ли, что в том далеком антихристовом будущем о ней говорят?.. Что это была битва одного Зла с другим Злом. И в конечном итоге погибли оба… Мол, как в Писании сказано, что царство, само в себе разделившееся, не устоит. Но ты же знаешь по-своему, как всё было на самом деле… И я теперь отчасти знаю. А тогда не знал. И представь себе: не имея возможности заходить в будущее в любую дверь и в любой час, еще долго не знал. Поверишь ли?

Кит подумал-подумал… и решил поверить.

– Между прочим, «Лебедя» я уже восстановил, - как бы между прочим, отхлебнув уже явно остывшего чаю из чашки и, наверно, потому поморщившись, сказал Вольф. – Я Везувий обжил, как подмосковную дачку. У меня там тайные доки давным-давно были устроены. Председатель об этом знать не знал… Считай, лишние хлопоты с тебя снял, чтобы ты на мелочи не отвлекался.

– Спасибо, - только и ответил Кит, почувствовав полную опустошенность. – Ну, и кто теперь на нем плавает… летает?..

В этот миг вдруг раздался удар колокола… вернее небольшого, но очень звучного колокольчика – удивительно приятный звон, проникающий в самую глубину сердца. Кит вспомнил старинное слово – «малиновый». Это был точно такой – «малиновый» миниатюрный звон… И тут же послышался знакомый голос – язык был древнегреческий, красивый, мягкий, но решительный, полководческий.

Вольф оцепенел с серебряной ложечкой в руке.

И очень решительно посмотрел на Кита.

– Никита! – сказал он таким тоном, каким будят человека, уже опаздывающего в школу. – Час пробил! Обед завершен!