Тайна старой штольни
Шрифт:
Утром на рынке они обменяли немецкие овощи на кусок жмыха и тут же, разделив его на четыре равные части, съели.
После пельменей пили чай с алычовым вареньем. Сидели за столом дотемна. Нариман рассказал, как наши освободили Симферополь, как его потом взяли в детдом, и как он попал в Казахстан.
– Знаешь что,- сказала тетя Дуся, приготовляя ему в маленькой комнате постель,- ты поживи у нас дня три-четыре, а я за это время расспрошу всех шоферов на руднике, и мы обязательно отыщем твоего майора. Раз он ехал к нам, значит он здесь. Мы еще спросим Розочкиного отца, он главный инженер рудника - он тоже должен знать. Все-таки это майор, а не щепка, затеряться он не может…
Проснулся Нариман поздно. Тети Дуси уже не было. На столе лежала записка «Я ушла на работу, вернусь в три часа. В кастрюле есть суп - подогрей. Сходи за хлебом - карточки и деньги на окне. Магазин в двухэтажном доме. Тетя Дуся».
Хлеба в магазине не было. Продавец сказал, что в пекарне обвалилась печь и что хлеб будет часов в двенадцать, не раньше. Нариман постоял, посмотрел на пустые полки и вышел. Сойдя со ступенек, он спрятался за угол: к магазину, размахивая на ходу сумкой, вприпрыжку бежала Роза. Метрах в пяти от магазина она остановилась, взяла сумку в другую руку, поправила платьице и чинно вошла в магазин.
Нариман хотел повернуться и идти, но его внимание привлек сложенный вдвое лист синей бумаги. Он лежал как раз на том самом месте, где останавливалась Роза! Нариман не спеша подошел, толкнул носком - лист развернулся - это были хлебные карточки! Он поднял их и прочел - Ос-па-нов.
В магазине хлопнула дверь. Нариман поднял голову и покраснел, навстречу ему шла Роза. Когда она поравнялась с Нариманом, он протянул ей карточки и чуть слышно сказал:
– Возьмите, это ваши, вы уронили…
Через минуту они уже шли рядом и Роза рассказывала, как она уже второй раз теряет эти карточки.
– Просто нам дали невезучие карточки в этом месяце.
– Почему же невезучие?- возразил Нариман.- Они же не пропали! Два раза вы их теряли, и оба раза нашлись! А могло быть наоборот.
– Ну что вы! У нас на руднике еще не было случая, чтоб кто-нибудь потерял карточки и они не нашлись! Разве можно - это же хлеб…
Возле зеленой калитки они остановились, и Роза тронула Наримана за рукав:
– Пойдем к нам, я покажу тебе свои книжки.
Нариман шагнул и остановился в нерешительности.
– Ну чего ты? Пошли, у нас никого нет.
– А ты не обманываешь?
– Что ты, смотри!- и Роза потрясла перед носом Наримана связкой ключей.- Наши все на работе!
Роза отперла двери, и они вошли в дом.
– Вот здесь я и живу, входи.
Нариман вошел и остановился, удивленно разглядывая небольшую уютную комнату. У окна стояли стол, два стула, диван, а против дивана на самодельных полках лежали книги, сотни книг!
– Тут и мои, и папины,- сказал Роза, проводя рукой по корешкам,- внизу мои, а наверху папины. А знаешь, какие из них мне больше всего нравятся?- Про путешествия, про дальние страны. Больше всех я люблю вот эти две,- Роза достала с верхней полки две толстые книги в зеленых переплетах.
– «История колониальных и зависимых стран»,- прочел Нариман вслух и пожал плечами.
– Думаешь неинтересно? А вот скажи, что ты знаешь об Эфиопии? Ничего? Про Афганистан ты читал что-нибудь?- Нет. А про восстание сипаев в Индии? Хочешь, я тебе дам прочитать эти книги? Только начни читать, они тебе очень понравятся.
В окне показалась чья-то голова. Роза побежала к окну и ухватилась за чуб.
– Будешь еще подслушивать под окнами? Будешь?!
Чуб кричал, визжал, клялся, что не будет, но Роза была неумолима.
– Ты думаешь, я забыла, как в прошлое воскресенье ты клялся не шляться под окнами?
– Розочка, миленькая, честное пионерское, больше не буду!
– Последний раз прощаю, учти!- Роза отпустила чуб и он исчез.
Через минуту в комнату, потирая макушку, вошел Булат.
– Ты изверг рода человеческого. У тебя ни капельки жалости нет. Так же человека без волос оставить можно!
– А ты не лазай под окнами. Мал еще, вот подрастешь немножко…
– Ничего, я и сейчас не маленький, посмотри, какие у меня мускулы на правой руке.
Роза пощупала мускулы Булата и серьезно сказала, глядя на Наримана:
– Ничего мускулы, у меня точно такие были в прошлом году…
– А,- махнул рукой Булат,- что с вами, с девчонками, разговаривать, иди ставь лучше самовар, будем чай с вареньем пить.
Когда Роза вышла, Булат протянул Нариману руку.
– Давай знакомиться, меня зовут Булат.
– Нариман.
– Я знаю, мне тетя Дуся сказала. Это правда, что ты из детдома сбежал?
– Не сбежал, а уехал ненадолго…
В комнату вошла Роза, а за ней с самоваром в руках толстый круглощекий мальчишка. Он поставил на стол самовар и протянул Нариману пухлую пятерню.
– Батыр!
– По части съестного,- скороговоркой добавил Булат.
Ребята прыснули со смеху.
Батыр медленно повернул толстую шею:
– Булка, последний раз предупреждаю…
– О, слышишь?- обратился Булат к Нариману.- Вот вечно они с Розой угрожают мне. Ничего сказать нельзя, не житье, а каторга.
– А если каторга, то зачем к нам приходишь?
– Думаешь, я из-за тебя прихожу?- Я прихожу из за варенья. Никто на руднике так вкусно не варит варенье, как ее мама. Ты сам, Нариман, сейчас убедишься в этом. Где та большая банка с малиной, неси ее сюда…
Возле калитки, громко скрипнув тормозами, мягко осел запыленный газик. Роза вскочила с места.
– Вы пейте, мальчишки, сами наливайте и пейте, я пойду - папу встречу.
– Дядя Рустам главным инженером работает,- доверительно сообщил Нариману Булат.- он самый первый приехал на рудник. Тогда в ущелье не было ни домов, ни моста через речку, даже кинотеатра не было…
Последнее он сказал Нариману на ухо, но Батыр все же услышал.
– Ты что там опять сочиняешь? Какой кинотеатр?
– Какой! Какой! Подумаешь, и сказать уже нельзя! Ну нет его, сегодня нет, а завтра будет! Дядя Рустам мне честное слово дал, что через месяц будет кинотеатр, что мы тоже будем смотреть новые фильмы, и притом бесплатно!
Было слышно, как вошли взрослые, в комнате сразу стало тихо и скучно. Первым не выдержал молчания Булат.
– Батыр, а Батыр!
– Ну что тебе?