Чтение онлайн

Метрах в пятидесяти от «шляпы» Павел постучал по железному верху кабины.

–  Эй, друг, останови на минутку машину, что-то нашему майору плохо стало!

Асан остановил машину и высунулся из кабины.

–  Что с ним такое?

–  Не знаю, погляди сам.

Не успел шофер заглянуть в кузов, как Павел обрушил ему на голову рассчитанный тяжелый удар. Убедившись, что по обе стороны перевала не видно ни одной машины, Павел спокойно извлек из карманов майора документы и письма, переложил содержимое желтого чемоданчика в свой и, стащив майора с борта, усадил его рядом с Асаном. Оба они были в глубоком обмороке.

Бросив еще раз взгляд на дорогу, Пауль сел на место водителя, отпустил ручной тормоз, выжал сцепление и нажал на газ. Машина плавно тронулась с места, и, когда она оказалась под самой «шляпой», Павел резко повернул вправо руль и выскочил из кабины. Машина сбила пару надолб и рухнула в пропасть.

Павел, не медля ни одной секунды, взобрался на «шляпу», поджег шнур и бросился бежать. Когда он был уже метрах в семистах от перевала, грохнул глухой взрыв и огромная тупоносая глыба, протаранив дорогу, полетела в пропасть.

В десять часов вечера Павел был уже дома. Перед ужином он раскрыл чемоданчик и стал разбирать вещи майора. На самом дне чемодана лежал толстый самодельный конверт, на котором химическим карандашом было выведено «Музафарову Нариману». Павел повертел в руках письмо, бросил его обратно в чемодан и захлопнул крышку.

Ну, а Теперь давай будем ужинать.

Отработав смену, тетя Дуся вернулась домой. Хлеб лежал на столе, а Наримана не было. Тетя Дуся поста» вила самовар, сварила яйца, нарезала в чашку огурцов с помидорами.

Вскоре пришел и Нариман.

–  Знаете, тетя Дуся, с кем я сегодня познакомился? С Розой, потом с толстым таким… а-а, вспомнил, Батыром его зовут. И еще с Булатом, смешной такой парень… Ну а вы как: узнали что-нибудь?

–  Вытри руки и садись кушать… Не доехал твой майор до рудника. Авария случилась по дороге… и шофер и майор оба погибли…

–  А может, это погиб другой военный?

–  Нет, сынок, эта дорога ведет только к нам.

Тетя Дуся глянула на Наримана, в глазах у него стояли слезы.

–  А чемоданчик желтый не нашли?

–  Ни машины, ни людей, ни чемодана.

Нариман поставил на стол недопитый стакан чаю.

–  Значит все: можно возвращаться в детдом…

–  Может, ты все-таки останешься у нас? Жить будем вместе, к осени, смотришь, и школу построят,- учиться пойдешь. Сколько ты классов-то окончил?

–  Четыре.

–  Вот и хорошо, пойдешь нынче в пятый… А в детдом мы напишем: так, мол, и так, остался на руднике…

–  Нет, тетя Дуся, я поеду. Спасибо вам большое за все…

–  Может, поживешь еще дня три-четыре? А в понедельник поедешь. Я тебя с шоферами познакомлю, будешь к нам в гости приезжать, хорошо?

–  До конца недели останусь, ладно.

Не думал Нариман в эту минуту, что неделя окажется длинной-длинной…

Всему виной оказался акробатический кружок, который был организован при детдоме в прошлом, году. Организовали его после того, как ребята увидели американский фильм «Артисты цирка». В фильме показывали, как один из акробатов знаменитого трио «Кале-донно» делает тройное сальто между небоскребами. Ни сетки, ни страховки, и все это на высоте пятидесятого этажа!

На другой день Нариман, Серега и Наташка повторили аттракцион, использовав для этого два тутовых дерева, росших за сараем. Эксперимент закончился довольно печально: Нариман, который нес на себе основную нагрузку аттракциона и делал тройное сальто между тутовниками, на первом же витке зарылся носом в молодую крапиву. Наташа вывихнула руку, а Серега лишился двух передних зубов. Новое трио Кале-донно было уложено в госпиталь.

Нашлись желающие повторить неудавшийся аттракцион, но сторож детдома в корне пресек все эти попытки.

Прошел месяц, трио уже давно разгуливало на свободе, когда в детдом был направлен из гороно новый физорг. И как удивились ребята, увидев, что их новый учитель, делая по утрам зарядку, преспокойно, без всякого усилия, крутит в воздухе одно сальто за другим!

Это известие всколыхнуло весь детдом, и через неделю состоялось торжественное открытие кружка ¦ Даешь сальто».

Узнав, как начинало свою цирковую карьеру трио Наримана, физорг записал их первыми.

Прошло лето, и не просто лето, а три месяца упорных тренировок. И вот наступил тот долгожданный день, когда с личного согласия директора всему детдому был показан аттракцион ¦тройное сальто между тутовниками*. От одного дерева к другому натянули для страховки волейбольную сетку, к верхушкам прикрепили самодельные трапеции, и трио Наримана под восторженные крики болельщиков повторило американский рекорд! Правда, вместо трех сальто Нариман сделал два, но в суматохе этого никто не заметил.

За ужином рекордсмены были награждены именными булочками и двойной порцией киселя.

–  Ничего,- подумал Нариман, принимая награду,- в следующий раз я обязательно сделаю тройное!

Не успела тетя Дуся убрать со стола посуду, как в комнату вбежала Роза.

–  Тетя Дуся, можно Нариман пойдет с нами купаться?- выпалила она одним духом.

–  Почему ты у меня спрашиваешь? Ты спроси у Наримана.

–  Пойдешь?

–  Можно и пойти…

–  А почему вы не купаетесь здесь, около дома?

–  Ой, тетя Дусенька, тут такая мелкота, и камней очень много, а возле штольни чисто, глубоко и ни одного камешка!

Нариман вопросительно посмотрел на тетю Дусю.

–  Ну что с вами поделаешь, идите, только смотри, сынок… Будьте осторожны…

Когда Роза и Нариман уже вышли из комнаты, она высунулась из окна и остановила их.

–  Может, не пойдете сегодня. Сходили бы посмотрели, как взрослые в волейбол возле управления играют.

–  А мы нырнем всего по разику и пойдем смотреть волейбол.

–  Ну ладно, идите.

Возле моста их уже ждали Батыр и Булат. Они перебрались через шаткий висячий мостик и пошли вверх по правому берегу. Против штольни остановились и спустились по тропинке вниз.

Место, о котором говорила Роза, было действительно чудесное! Река вырывалась из горловины ущелья на простор, но тут же перед ней вырастала высокая каменная плотина. Вода с ревом бросалась на отполированные до блеска каменные бока крепости и в бессильной ярости устремлялась к узкому проходу, пробитому у левого берега. Здесь река просто неистовствовала: она подхватывала со дна подвернувшиеся под руку валуны и швыряла их в проход.