Тайна трех
Шрифт:
Через пару недель я уже сидела на кухне съемной квартиры в Москве, разламывая печеньку с предсказанием, и смотрела телевизор. Квартира была небольшой, однокомнатной, зато с балконом, и третий этаж меня устраивал.
Единственное, о чем я попросила хозяйку пару дней назад, – разрешить убрать все зеркала и выкрутить лампочки, оставив для освещения несколько настольных ламп и много подсвечников.
Квартира находилась в предремонтном состоянии, и хозяйка (за небольшой взнос на будущий ремонт) позволила даже отколупать в ванной плитки, выложенные зеркальным квадратом.
Геката сидела на дальнем конце кухонного стола и уплетала вареную курицу.
В экране включенного фоном телевизора диктор бухтел что-то о приближении весны, о перелетных птицах, а потом я услышала голос.
Его голос.
На Косте была смешная панамка с перьями. В руках он держал небольшую птичку, показывая, как их окольцовывают на станции Фрингилла в Калининграде.
– Вы видите уникальные кадры, – перевел оператор камеру на высоких статных птиц с серым оперением, – два журавля с отличительными метками совсем не боятся человека и подходят близко к орнитологу Кириллу Борисовичу. Это правда, что ваша фамилия Журавлев? – спросил корреспондент.
Костя быстро посмотрел в центр камеры и, коснувшись носа, ответил:
– Правда.
– А эти птицы? Чем они уникальны?
– У самца гетерехромия – цвет глаз ярко-голубой, а у самки шесть пальцев на лапке.
– У них есть имена? Как их зовут?
Я прочитала предсказание с разломленной китайской печеньки: «Каждый заслуживает второго шанса, но не за одни и те же ошибки».
На столе вибрировал мобильник. Я увидела сообщение, пересланное Воеводиным от лаборатории, и его приписку: «Родство с Максимом Воронцовым не подтвердилось. Результат отрицательный».
На экране телевизора орнитолог ответил корреспонденту с только мне заметным вздохом самого прекрасного и печального из чувств – грусти о безвозвратно прошедшем:
– Журавлей зовут Кира и Костя.